Грехи сердца

Твою мать! Он здесь, чтобы забрать темную душу, а не думать о том, как бы переспать с девчонкой. И, чем скорее закончит и уйдет, тем лучше. Даган сжал леденец зубами, откусил кусок конфеты и зажал его коренными зубами.

Черт, раздался ее голос, ну, это все объясняет, ванильная башка.

Даган не очень удивился, но девчонка свое дело сделала. Ее избили, связали и оставили здесь томиться в собственном ужасе, а у нее все еще хватает смелости, чтобы называть его ванильной башкойи белым мальчиком.

Его называли и хуже. И на то были причины.

Ты с ним заодно? Несмотря на браваду, в вопросе слышалась предательская дрожь.

Даган достал леденец изо рта, секунду изучал его, затем сунул обратно, и языком отодвинул к щеке. Девушка замерла, только глазами следила за его движениями.

Под "ним", я так понимаю, ты имеешь в виду своего похитителя. После резкого кивка, мужчина закончил. Нет, я не с ним.

Надежда мелькнула в её глазах.

Ты здесь чтобы освободить меня?

Освободить тебя?! Даган чуть не рассмеялся. Нет. – Если она ищет спасителя, то будет разочарована. Никто не придет. Кроме него. Ей так повезло!

От ответа у девушки побледнели щеки, она вздернула подбородок.

Ты собираешься меня убить? Ее глаза сузились. Если это так, встань в очередь. Я думаю, урод, который меня связал, первым станет заявлять свои права.

«Не сегодня, не я. Не позволю этому ублюдку к тебе прикоснуться».

В то мгновение, когда эта мысль появилась, мужчина тут же растоптал ее в пыль. Он здесь не ради защиты этой странной и соблазнительной девушки. А чтобы убить и забрать то, что ему нужно – темную душу для силы Сета.

Но не ее душу. Душа девушки была яркой, как ксеноновая газоразрядная лампа [5] . Сутех отхаркнет ее как комок шерсти.

Это не ночь твоей смерти.

Да ну, реально? она слегка склонила голову и в дерзкой позе откинула назад одно плечо. Больше бравады. И ни каких слез.

«Интересно».

Реально? с сомнением отозвался он. Потом понял, что девушка спрашивает, правду ли он говорит. Я пришел сюда не за тобой, а за темной душой.

5

Ксеноновая дуговая лампа — источник искусственного света, в котором светится электрическая дуга в колбе, заполненной ксеноном. Дает яркий белый свет, близкий по спектру к дневному. Лампа состоит из колбы из обычного или кварцевого стекла с вольфрамовыми электродами с каждого конца. Колба вакуммируется и затем заполняется ксеноном. Ксеноновые лампы-вспышки имеют третий поджигающий электрод, опоясывающий колбу.

Незнакомка нахмурилась, услышав, зачем он здесь, но не попросила объяснения. Голова у нее занята другими вещами.

Рада за тебя. Может сначала, поможешь мне с этим маленьким неудобством? – в её голосе звучал сарказм. Дернув своими связанными руками вверх, она развела их насколько позволяла веревка, и вздрогнула, когда та задела ее исцарапанную руку. У тебя есть нож?

Пока Даган смотрел на красные, воспаленные следы, обвивавшие ее запястья, что-то странное и незнакомое подняло голову и распрямилось глубоко внутри него. Мужчина видел тысячи ран, большинство из них нанес сам. Но вид красивой смуглой кожи, стертой и окровавленной был ... тревожащим. Даган ощутил секундную дезориентацию. У него нет причин беспокоиться о ее боли.

Нож?! спросила она. Он услышал слово «сволочь», угадывавшееся в ее тоне. Или может «урод».

Ножа нет. Он в нем не нуждался. Тремя шагами Даган сократил расстояние между ними, взял зажатую между губами трубочку от конфеты, засунул ее в карман, затем присел на корточки и поймал веревку в кулак.

С расширенными зрачками девочка ахнула. Каждый мускул ее гладкого тела напрягся. Однако она не отпрянула. Только следила за ним своими невероятными глазами.

В коридоре раздались звуки. Шаги.

Освободи меня! прошипела она.

После. Даган уже встал и попятился.

После чего? Дыхание девушки стало коротким, прерывистым, взгляд метнулся к закрытой двери, а страх явно возрос. Ошеломленный, Даган пытался понять, почему девчонка говорила с ним так чванливо и нахально, но испугалась человека в коридоре. У нее все приоритеты задом наперед.

Еще раз прижав палец к губам Даган призвал ее к молчанию, пока отходил назад к узкому месту между дверным проёмом и стеной. Если девушка умна, то помолчит. А если выдаст, сделает его работу... более грязной.

Стиснув челюсти и сжав пальцы в кулаки, девушка следила за его движениями. Она коротко кивнула, когда дверь со скрипом открылась наполовину. Блондинка в узких джинсах и на шпильках толкнула дверь, полностью открывая ее, и плавно вошла в комнату. Сразу за ней шел высокий мужчина, одетый во все черное, его грязные каштановые волосы свисали до плеч. Одной рукой он крепко сжимал запястье блондинки, другой прижимал длинный охотничий нож к бедру.

Девушка шатаясь поднялась на матрасе и сказала скрипучим голосом.

Марси! Ты жива! О, слава Богу!

Марси замерла, а парень усилил хватку.

«Похоже ублюдок хотел изнасиловать и убить не одну, а двух девушек. Самовлюбленный».

Отвращение свернуло узлом внутренности Дагана. Он сам далек от идеала, но у него действительно были принципы. Он всегда расплачивался с долгами. Данное слово – закон. Он не лгал. И уж точно никогда не спал с девочками, едва закончившими школу, и не перерезал им после этого глотки.

Марси отбросила волосы с лица и отвела бедро в сторону. У нее было безжалостное выражение, словно она знала счет игры, который ее устраивал. Повернув голову, девушка искоса взглянула на матрац и подругу.

Вот и все. Просто взгляд. Без выражения.

Не ужаса. Не страха. Не сочувствия.

Понимание ситуации глубоко пронзило его острым, ярким шипом, и Даган сузил глаза, увидев вещи в новом свете.

Марси не связана. Не вырывалась из объятий мучителя, а расслабленно стояла рядом. Она держалась уверенно, расправив плечи, с высоко поднятой головой, и совсем не боялась. Лишь слабая улыбка тронула её губы.

«Чтоб мне сдохнуть!»

У ублюдка не две пленницы. Он собирался убить и изнасиловать только одну девушку.

А вторая собиралась ему помочь.

Потусторонний мир. Обитель Сета.

Гайджи стоял на песчаном обрыве и смотрел вниз на очередь из душ, ожидавших, чтобы войти внутрь, молящих о моменте, секунде времени Сета. Они знали его имена: Сетх, Сутех, Сет, Бог хаоса, Бог зла, Бог пустыни, Всемогущий. Другие называли его греческим именем – Тифон [6] , богом известным своей жестокостью и слепым гневом. Те, кто думали, что знают его, вовсе ничего не знали. Сет никогда не предавался слепой ярости, он куда опаснее: холоден, расчетлив, методичен в своих действиях, его гнев был скорее лезвием, чем дубиной. Он был бизнесменом, который мог разглядеть все под разными углами, предусмотреть все возможные в будущем последствия каждого своего решения.

6

Тифон , в греческой мифологии могущественное чудовище, порожденное Геей; олицетворение огненных сил земли и её испарений с их разрушительными действиями. Позднее Тифон был отожествлен с египетским Сетом, богом Сирокко, смерти, опустошения, солнечного и лунного затмений и других несчастий.