Гриф

Перевалив хребет Кербе-Чусак, Гиви увидел перед собой развилку. Слева дорога шла по узкой тропе, огибая большое и длинное ущелье, справа она шла тоже по тропе, но в одном месте тропа была разрушена оползнем.

Объект с грузом, естественно, направился налево. А Гиви — направо. Добравшись до места, где оползень разрушил дорогу, Гиви остановил ишака, достал из хурджуна детали снайперской винтовки с глушителем. Быстро собрал ее — лазерный прицел, глушитель, приклад. Прицелился.

С первого выстрела он снял человека, идущего навстречу по узкой тропе к его объекту. Вторым выстрелом он снял и владельца ишака с грузом, — тот попытался ухватиться за ишака, за скалу, но ни то ни другое не было достаточной основой для того, чтобы удержать свою жизнь еще на пару мгновений в этом мире. И он вместе с ишаком рухнул вниз.

Гиви закрепил за скалу с помощью альпинистских колышков и клиньев кольцо, продел в него альпинистский шнур — все это он достал из хурджуна и спустился в ущелье.

Убедившись, что хурджуны на месте и содержимое их не изменилось за эти дни путешествия по горам и ущельям, он по рации вызвал базу и сообщил:

— Груз получен.

Дальше было дело техники. По рации же он получил пароль на дальнейшее проведение операции. Подтянув вверх груз, он взобрался по отвесной стене на прежнее место. Погрузив хурджуны на ишака, Гиви возвратился к развилке и, свернув на левую дорогу, двинулся в путь.

На границе с Казахстаном его ждали. Но это были не люди Бича, а люди противника, принимавшие его за своего благодаря внешнему описанию, соответствующему как Гиви, так и убитому им человеку с кавказской внешностью. Его провели на ишаке до селения, потом подвезли на грузовике до железнодорожной станции, дали билет до Москвы и посадили на поезд. Хорошая мзда, в виде стодолларовых бумажек, помогла ему избежать и ненужных расспросов проводников вагона, и ненужных в еще большей степени осмотров его скромного багажа таможенниками на казахско-российской границе. Слава Богу, уже начал действовать режим наибольшего благоприятствования на границах двух стран. Так что в Москву Гиви вернулся без приключений. На бывшей улице Грановского — ныне вновь Нижнекисловский переулок — прибавился миллион баксов-фальшаков.

КАПИТАН ГЛУЩЕНКО. ПРОФЕССОР МОРОВ. ОПЕРАЦИЯ "ВСЕ НА ВЫБОРЫ-2"

Василий Андреевич перекусил в ресторанчике "На Пироговке", который содержала семейная пара, беженцы из Абхазии, — здесь всегда были в большом ассортименте грузинские национальные блюда. Мясо было нежным и ароматным, зелень свежей, а сациви, как он и любил — не горячим и не холодным, а чуть теплым. Он с аппетитом макал лаваш в миску с сациви, из которой уже выудил все крупные кусочки курицы, — но не мог же он оставить так просто вкуснейший ореховый соус, — и думал.

С одной стороны, все эти заморочки с психотронным воздействием, казались сценами из научно-фантастического романа. С другой стороны…

Когда что-то кажется странным, все вначале говорят: этого не может быть. Потом — это вполне возможно. И наконец — да кто же этого не видит.

— Что-нибудь еще, дорогой? — к нему наклонился вальяжный, совсем не похожий на грузина владелец ресторанчика. — Может быть, осетрину на вертеле?

— Нет, спасибо, я сыт.

— Вина немножко, а?

— Нельзя, я на службе. А вот кофе «по-батумски» я бы выпил.

— По-турецки? С гущей, с пенкой, а?

— Да.

— Через пять минут будет кофе — крепкий и горячий, как поцелуй вашей любимой девушки, — улыбнулся обаятельный владелец ресторана.

А Василий Андреевич размышлял о том, что сказал ему час назад в Центре электромагнитной безопасности Григорий Юрьевич:

— Вы спрашиваете, может ли электромагнитное поле принести вред человеку?

— Да.

— Держу пари, что вы не физик.

— Вы выиграли пари, профессор.

— Но это же общеизвестно…

— Каким образом приносится вред? Механизм какой?

— Наиболее уязвимы нервная, иммунная, эндокринная системы.

— И в результате? Если, скажем, меня действительно сосед облучает?

— Гарантирую вам невроз, ослабление памяти, частые простуды. Иммунная система вашей, так сказать, безопасности начинает халтурить.

— И все это действительно серьезно?

— Более чем. Со временем, если вы не приструните вашего сумасшедшего соседа, это может привести к более тяжким недугам: опухоли мозга, раку крови, тяжелым нейродистрофическим заболеваниям.

— А если нет никакого соседа, а последствия его воздействия есть? Я имею в виду так называемый «естественный», а на самом деле противоестественный фон в крупных городах?

— Вы правы. Он есть. И мы с вами тоже, вне зависимости от наличия соседа-психа, обладающего познаниями в физике, постоянно подвергаемся воздействию электромагнитных полей.

— Источники?

— Самые разнообразные. Хотя бы бытовые электроприборы. Сосед-чистюля ежедневно пылесосит свою квартиру, — поля, образуемые при этом, воздействуют и на вас. Ho не спешите, заслышав шум пылесоса, бежать к соседу и применять меры физического воздействия. Это поле еще слабо. Вот вам пример: предельно допустимая мощность поля, в котором постоянно находится человек, — 0,2 микроватт. А если вы бреетесь электробритвой, то без всякого соседского пылесоса получаете до полутора тысяч.

— Но я бреюсь раз в сутки, и всего минуту-две.

— Это вас и спасает. А вот если на вас оказывают полевые воздействия множество электроприборов в течение суток, — сотовый телефон, электрофен, микроволновая печь, компьютер, кофемолка, даже обычная электроплита, то суммарное поле, воздействующее на ваше тело, может оказаться слишком опасным.

— В Генеральную прокуратуру нередко обращаются отчаявшиеся найти защиту граждане, — описывают жуткие истории про "нехорошие квартиры", про целенаправленное магнитное излучение, полевое воздействие. Я раньше считал авторов таких писем обычными «чайниками». Но, насколько знаю, по мере возможности все письма в прокуратуру у нас проверяются. Правда, пока не слышал, чтобы прокуратура реально помогла кому-нибудь. А на самом деле, бывают такие «нехорошие» квартиры, как у Булгакова?

— Бывают. Недавно наши специалисты выезжали в одну такую квартиру в ответ на просьбу о помощи, — к нам ведь с такими вопросами обращаются, думаю, чаще, чем в Генпрокуратуру.

— К нам обращаются те, кому вы не помогли.

— Но мы действительно иногда помогаем. Вот и на этот раз: провели замеры. Убедились: из-за стены, возле которой стоит кровать нашего клиента, действительно идет мощное электромагнитное излучение, причиняющее серьезный вред здоровью.

— Вы вызвали милицию, пошли к соседу и задали ему вопрос: зачем он губит электромагнитным облучением своего земляка?

— Ничего подобного. Никакого детектива. За стеной был расположен… трансформаторный шкаф, питающий весь 22-этажный дом. Токи шли огромные.

— И как же вы смогли помочь своему клиенту в такой ситуации?

— Мы дали экспертное заключение. На его основе клиент может требовать либо отселения, либо перенесения трансформаторного шкафа в другое место.

— Ну, это когда еще решится, а первое время что делать?

— Переставить кровать в другой угол. А на это место поставить платяной шкаф. Шубам от магнитных полей ни жарко ни холодно.