Грязные игры

менялось прямо на глазах. Утренние бодрость и веселость исчезли, резче обозначились скулы и складка на лбу.

— Ну что там, что, .Сань? — забеспокоился Фил. -

— А это в продолжение нашего давешнего разговора...

— Какого разговора? О чем? — Фил не ничего понял.

— Да все о том же, о веселой жизни в России, — мрачно усмехнулся Саша.

Что-то ты не выглядишь слишком веселым, — Фил пожал плечами.

— Это уж точно, Фила. Знаешь, кто Листьева грохнул?

— Откуда? — сбил искренне изумился.

— Да вот в газете пишут...

— Что пишут, Сань? — Фил беспокоился все больше, даже отложил кий.

Саша прочел вслух: «Скорее всего, главного заказчика этого убийства Никогда не найдут. Но наши источники в правоохранительных органах утверждают, что непосредственными организаторами убийства могли быть представители трех группировок: солнцевской, чеченской или группировки Белова».

А Они что, охренели? — возмутился Фил.

— Блин, щелкоперы хреновы, только с Фондом дела пошли, как бы медным тазом все не накрылось. — Саша зло стиснул зубы. — Похоже, это чей-то заказ.

Он подумал о Введенском, но тут же отбросил эту мысль — вряд ли тот стал бы действовать открыто и через прессу. Да и ни к чему это ему было. Здесь явно поработал тот, кто знал, откуда растут ноги в деле тележурналиста.

Саша даже предположить не мог, каких высот достигло разгильдяйство журналистов-комсомольцев. На самом-то деле источники в МВД намекнули на солнцевских и чеченцев, а Белова в редакции добавили уже сами для красоты. Исключительно потому, что имя Саши после недавнего покушения было какое-то время у всех на слуху. Тяжкое бремя славы — криминальной — работало сейчас против него.

— С этим надо срочно что-то делать... — задумался Саша.

— Что, Сань, газетчиков, может, прищучить?

— Нет, Фила, это не поможет, хотя и не помешает. Так, — было видно, что Саша собрался и сосредоточился, как перед очередной большой битвой, — вызывай Павлючкова. Будем искать настоящих убийц Листьева.

— Ты что Сань, офигел что ли? Все ФСБ с МВД найти не могут!

— Почему ты решил, что не могут? Может, просто не хотят? А я хочу. Пусть твой зам Павлючков поднимет свои старые связи, а ты и вся твоя безопасность займитесь братками, особенно чеченцами. Сегодня жду вас обоих с докладом к трем часам.

— Где? — Фил уже проникся идеей и словно приготовился к прыжку.

— В офисе. На моей территории, — пошутил Саша. — Вам сложнее будет оправдываться, если не раскопаете то, что нужно.

— Раскопаем, — мрачно и уверенно ответил Фил, кивнул на прощанье и вышел из зала...

— Ну, сволочи, — оставшись один, пробормотал Саша. — Надо же, придумали — Листьев!

Он с силой ударил кием по ближайшему шару. Тот обиженно подпрыгнул и с костяным стуком выпал на пол. Саша поднял шар, установил его на прежнем месте и ударил уже аккуратно, как следует. Теперь получилось — шар послушно отправил в корзины сразу двух своих круглых собратьев. Одного — в левую боковую лузу, другого — в правую.дальнюю. Саша довольно умехнулся...

В пиджаке, накинутом на спинку стула, запиликал мобильник. По этому телефону могли звонить только Оля или Макс.

Это была Оля. Слышно было так, будто звонила она из соседней комнаты.

— Маленькая, как вы там? — Саша на мгновение забыл обо всех заморочках, так был рад слышать родной голос жены.

— Сашка, это просто фантастика! Настоящий рай на земле! — почти кричала Оля. — Ты даже представить себе не можешь! Оля, кажется, напрочь забыла о том, что этот особняк на берегу Атлантического океана выбирал для нее сам Саша.

Это действительно была настоящая фантастика. Океан, пальмы, белоснежные особняки, один из которых — почти по соседству с домами модельера Версаче, Сильверста Сталлоне и самой Мадонны — и был их с Ванькой новым домом.

Полет Ванька перенес хорошо. Сначала спал, смешно открыв рот. Любезная темнокожая стюардесса принесла плед и теплые носки. Ванька так и не проснулся, пока Оля укутывала его и, сняв крохотные башмачки, надевала, носочки. Вскоре Оля и сама задремала, расслабившись и впервые за долгое время почувствовав, что она с ребенком находится в полной безопасности.

После обеда Ванька снова заснул, с трогательной серьезностью нацепив на глаза черную махровую повязку. Оля не сразу поняла, для чего эта смешная штука предназначена. Малыш первым сообразил — это чтобы свет не мешал глазкам спать. Сама она больше не уснула, хотя перелет был долгим. Что-то ждет их в дальних заморских странах?

Встречал их Макс. Только они прошли через контроль, как сразу увидели его. Оля едва удержалась, чтобы не рассмеяться слишком громко.

Суровый Макс был одет совсем по-пляжному. Широкие бежевые шорты, футболка с хитророжим Микки-Маусом и, главное, какая-то детская красная панамка в белый горох. Прямо Микки-мухомор, а не серьезный громила-охранник.

По прикиду Макса Оля тотчас поняла, что все ужасы России остались далеко-далеко. Точнее, их просто не осталось! Были только солнце, беззаботные люди и какая-то безудержная роскошь вокруг. Здесь и запахи были другие — пахло

вкусной едой, сладким парфюмом, раскаленным асфальтом.

— Оля, тебе здесь понравится, — говорил Макс, выруливая на своем огромном джипе с бескрайней по размерам автостоянки от аэропорта. — Ванька-то не очень устал?

— Вроде бы ничего, — Оля поправила воротничок рубашки сына. — Вань, ты как себя чувствуешь?

Ванька не ответил, завороженно глядя в окно на огромного негра, который ехал в соседнем ряду в длинной открытой машине ядовито-красного цвета. Машина буквально сотрясалась от чудовищно громкой музыки. Негр при этом еще и пел, используя при этом руль в качестве барабана... Руки его так и мелькали, отбивая ритм... Похоже, дорога его совершенно не интересовала, он, что называется, «ушел в себя и не вернулся». И вид у него был не вполне нормальный. Оля испуганно посмотрела на Макса... Тот усмехнулся: мол, здесь еще не такое увидите!