ГУЛаг Палестины

Израиле 2.года и - с ужасом от этой жизни, с отвращением (газета "Вести", номер 21, 28.01.1993) - бегущим в

Германию, содержит строки, послужившие названием этой главы"... у меня волосы вставали на голове

дыбом от того, что здесь творится, - говорит хирург.
– Селят олим /новоприбывших - прим. автора/ в

деревянных развалюхах, заставляют работать их, как рабов, а потом норовят не заплатить. В

Израиле такое на каждом шагу".

Действительно, единственным способом сделать из людей, не огороженных внутри "общей" зоны

пусть изолированной, пусть крошечной, страны, не превращенных формально в зеков; послушных

рабов-исполнителей, является изолирование их при помощи жилья. Целый ряд экспертов подсчитал, за

те деньги, которые правительство Израиля затратило на покупку дорогостоящих

караванов-вагончиков, можно было построить столько же единиц высококачественного жилья.

Однако, расселение иммигрантов из бывшего СССР в караванах было самоцелью. Жизнь в деревянных

ящиках, где зимой замерзаешь от дикого холода (при плюсовой температуре за окошком), а летом

чувствуешь себя, как на раскаленной сковородке,

* Лев ГУНИН.ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ - стр. 11

а места едва хватает на то, чтобы присесть, эта обстановка сама по себе способна подавить волю и

призвана смоделировать психологию лагерных бараков.

У людей формируется чувство отчаянья, безнадёжности, и в таких условиях воспитываются

юденратен, стукачи, люди, готовые с маниакальной угодливостью служить властям, доносить,

предавать, и, если надо, убивать. Как во всех антидемократических государствах, в Израиле

протесты подавляются не на уровне бунтов или даже протестов, а еще на уровне жалоб. Вот что

пишет газета "Идиот Исраэли" /No 69, 23-29.07.1991 года, вариант русск., Стр.2, рубрика "Обзор новостей.1"/: "В караванном поселке Брандейс, где живут русскоязычные новые эмигранты, нет воды и

электричества". Ближайший источник воды - в 200 м от поселка, причем, эта вода непригодна для

питья. Видимо, это не все ужасы, т.к. жители поселка "были доведены до крайности". Когда

"доведённые до крайности" (отчаянья) явились в канцелярию мэра Хадеры, по указанию того полиция

принялась избивать их. Вполне адекватная реакция уездного израильского князька. По словам

Галины Давыдович, матери 3-х детей, плачущей, рассказывая: "Полицейские схватили женщин за волосы

и сбросили их с лестницы..." "Они избивали даже детей, - сказала Соня Абрамова. 3 женщины с детьми были

задержаны".

Жильё, жилищная политика - неотъемлемый инструмент формирования реалий рабского труда,

рабовладельческих отношений. Человек, лишенный собственного жилья, зависимый в этом от

государства, от работодателя, от старожилов страны, становится податливым материалом, из

которого легко вылепить раба. Вот почему государство и все его цепные псы с такой яростью

подавляет любые попытки загнанных в угол людей решить свои жилищные проблемы. Так, в марте

1992 г. Даниель Элиаз, выходец из Йемена, и его жена Марина /из Риги/ получили разрешение от

Михаэля Алези, ответственного за безопасность поселения Матитъягу в р-не Беньямин,

вселиться в пустой вагончик: после уплаты определенной суммы. Когда вагончик был

капитально отремонтирован Мариной и Даниэлем, его у них забрали и силой увезли их самих

в грузовике, выбросив ночью в таком пустынном месте, где могли погибнуть от жажды и голода.

Марину и Даниэля приютили арабы. Руководил расправой над молодыми людьми Яков Рот,

секретарь поселения Матитьягу. /Газета "Хадашот", pyccк. вар, 30.06.1992 г., стр.26, статья

"Караванно-бедуинская история"/. Какое-то время спустя дополнительная информация об этой

истории раза два появлялась в прессе. Мне довелось также говорить с журналистами газеты

"Хадашот", слышавшими больше подробностей. Никто так и не был наказан. Марина и Даниэль

так и не получили ни жилья, ни компенсации.

[И вот тут мы подходим к самому принципиальному элементу общественно-политического

устройства государства Израиль: ненаказуемости открытых уголовных действий в тех случаях,

если они совершаются

1) представителем более высокой социальной группы по отношению к низшей (богатый безнаказанно

убивает бедного), 2) человеком "хорошего" этнического происхождения по отношению к человеку

"плохого" этнического происхождения (сабра или даже марокканец безнаказанно убивает "русского"),

3) представителем власти, какой-либо "патриотической" организации или структуры, 4) на почве

корысти, зависти, ревности, ненависти, расизма, стяжательства, и т.д. но (!) в поощряемом

государством направлении. Действительно, то, что совершили Яков Рот и его группа, является одним

из тягчайших уголовных преступлений. Во первых, это групповое преступление, что делает его

одним из наиболее серьезных. Оно попадает в разряд "conspiracy/group crime/organized crime" - групповое

преступление. В любой цивилизованной стране это преступление рассматривалось бы, как "robbery, illegal

expropriation, kidnapping, attempted murder" (грабеж, разбой, незаконная экспроприация, похищение, попытка

к убийству) Кроме того, Яков Рот был бы наверняка обвинен в использовании своей административной

власти в преступных целях. Именно ненаказуемость уголовных преступлений по отношению к

социально или этническо (или политически преследуемым) слабым группам или их отдельным

представителям характеризует наиболее преступные режимы в человеческой истории. Таких, как

большевистский режим 1920-х годов или нацистский режим в Германии в 1930-х, режим Мао-цзе-Дуна в

Китае или Пол-Пота в Камбодже. Вспомним всех этих секретарей, председателей, руководителей ячеек,

групповых, комитетчиков, инструкторов, пропагандистов, и т.п. вершивших суд и расправу в России и