Гвардии Рон

Зная, что никакая болячка из этого болота его не возьмёт, Рон задавил поплотнее брезгливость и полз по грязи вперёд.

Местами грязь становилась плотнее, настолько, что можно было идти почти нормально, а местами приходилось погружаться в неё по пояс.

Для повышения скрытности, Рон взял с собой автоматический стаб-пистолет с глушителем, снаряженный бронебойными патронами. Он долго не мог понять, каким образом сочетается пониженная развеска пороха в патроне с бронебойностью, но унтеркомендант, выдавший оружие, объяснил, что нет никакой пониженной развески пороха. Рон тогда усмехнулся, поняв, что глушитель тут позволяет использовать любые боеприпасы.

Лазерная винтовка у него была с собой, причём табельная, а не «хот-шот» версия, оставленная в оружейном шкафу казармы. В случае обнаружения, лазерная винтовка поможет не особо, так как Рон в этом случае планировал с оттяжечкой оторваться на хаоситах магически. Давно не было возможности размять «мускулы». А за ту ерунду, которую они устроили его полку, самое малое, что он мог бы им сделать — спалить к Мордреду пару сотен, а может и тысяч пехотинцев. Или, чем Мордред не шутит, жестоко убить пару-тройку колдунов...

Невидимость позволяла не прятаться в складках местности, поэтому Рон преодолел «ничью» землю относительно быстро — три километра за какие-то четыре часа. Действуй он по всем правилам скрытности, путь занял бы не меньше десяти часов, а то и больше.

Забравшись на небольшой грязевой холмик, Рон лёг и достал бинокль.

Позиции ублюдков из Кровавого Договора Рон видел отчетливо, отсюда даже хорошо просматривалась их поганая жизнедеятельность. Дисциплина у них строгая — на постах стоят как положено, не спят, даже есть подразделения, отрабатывающие где-то вдали приёмы ближнего боя на манекенах. Также Рон наблюдал наличие на позициях около десятка танков «Леман Русс» и двух десятков БТР «Химера», правда, вкопанных в землю по башню. Видимо, так они собирались отражать гипотетическую атаку или контратаку Имперской гвардии. Вполне может быть, что первая атака и была предназначена для провокации контратаки в азарте схватки. Но генерал Солл, про которого в роте ходят разные неясные слухи, в этот раз поступил весьма разумно: оборона хаоситов готовилась долго, тут просто не может не быть сюрпризов в стиле огневых мешков. Без танков прорыва и хоть каких-нибудь САУ штурм может превратиться в одностороннюю кровавую баню.

Рон лично уже оказывался в огневом мешке, в тот раз он «отделался» сожжением легких и ожогом семидесяти процентов тела. Благо, магловская медицина и магия выручили, удалось пережить взрыв танка почти без неустранимых долговременных последствий. Ну как без неустранимых последствий... Кошмары нет-нет, но посещают его спящий разум ночами. Эти ужасы пополнили коллекцию орудий пыток его персонального ночного ада. Правда, если слишком часто смотреть кошмары, можно к ним привыкнуть. Рон почти привык. Почти...

Достав более или менее актуальную карту, Рон начал сверился с ориентирами, определил точное расстояние до них с помощью дальномера, определился со своей дислокацией и начал скрупулёзно отмечать на карте вражескую технику и огневые точки с точностью до метра.

На двадцать второй «Химере» Рону пришлось прерваться. Рядом появился хаоситский колдун, видимо, с проверкой. Он тут же распёк одного из неудачливых пехотинцев, причём буквально. Вспышка пламени — загоревшийся хаосит упал и начал с криками шипеть в луже на дне траншеи.

Погодка выдалась мрачная — серое небо, воздух сырой и стылый, ботинки уже давно наполнены водой, но за здоровье Рон не опасался — простуду получить нереально, так как иммунитет Рона разогнан вакцинами до такой степени, что сжигает любую инфекцию ещё на уровне инвазии. Нет, если загрязнить ранение комком грязи, никакой организм без антибиотиков не справится, но к счастью, антибиотики есть в каждой полевой аптечке. Один укол — и все известные Империуму бактерии, кроме весьма экзотических и неубиваемых, подыхают страшной смертью. Весьма неубиваемыми и экзотическими считались все болезни, которые убивают на месте, таких много, но они встречаются далеко не везде и далеко не всегда. Рон смел надеяться, что в грязи «ничьей» земли таких нет.

К слову, бонусом к продвинутой вакцинации шло долголетие, характерное для жителей Империума Человечества. Многие из местных имеют шансы дожить и до трёхсот-четырёхсот лет, а кто-то из знати может существовать тысячи лет — никакой магии, исключительно наука. Рон прикинул примерно, что живи он спокойно в одном из спокойных центральных миров, можно было бы рассчитывать лет на шестьсот-семьсот жизни без особых инвестиций в собственное здоровье, а если при этом развиваться магически... Вечность.

Но увы. Средняя продолжительность жизни гвардейца после «кризиса первой высадки» — три года. Кто-то живёт несколько десятков лет, а кто-то и все сто, но таких на весь Империум не очень уж много. Даже на самых крутых ребят из Имперской гвардии находится своя тиранидская тварь с острым шипом, или орк с тяжелой чоппой, или аэльдари с мономолекулярным сюрикеном, или хаосит с оскверненным лазганом. Честно говоря, способов умереть в этой Галактике очень и очень много, никакого здоровья и удачи не хватит, чтобы пережить хотя бы десяток из них.

Рон внимательно изучил хаоситского колдуна. При внимательном осмотре, это оказалась колдунья, просто из-за мешковатого кожаного плаща, будто снятого с трупа вместе с кожей, сразу и не опознаешь. Это была высокая тощая женщина лет пятидесяти, покрытые сеткой лопнувших капилляров недобрые зеленые глаза которой не обещали ничего хорошего поникшим и откровенно испуганным хаоситам, некогда черные волосы, заплетенные во множество засаленных и покрытых засохшей кровью косичек, вздрагивали в такт резким движениям головы. Лицо её было невыразительным, тонкий подбородок, невыдающиеся скулы, далеко посаженные глаза, высокий лоб, «украшенный» меткой Хаоса, узкий греческий нос с горбинкой, тонкая полоска губ, та самая, которую женщины XXI века постарались бы замаскировать помадой, надменный взгляд, маленькая родинка на правой щеке, а также едва заметный тоненький шрам под носом. Техника позволяла, поэтому Рон внимательно изучил физиономию этой конкретной колдуньи. Будь это мужик, Рон бы и не задумался о разглядывании его физиономии, но эта бабища была, несмотря на уродливую атрибутику Хаоса, довольно недурна собой.

Так уж получилось, что Рону уже календарно хрен знает сколько лет, а биологически почти восемнадцать, но он всё ещё, фигурально выражаясь, «не был во Флоренции». Под «Флоренцией» имелась в виду бывшая девушка Билла, с которой он имел довольно продолжительные отношения ещё со четвертого курса Хогвартса. Как-то Билл на вопрос Чарли, «где он был», с самодовольной улыбкой ответил, что «был во Флоренции». Малолетние тогда близнецы подхватили шутеечку и использовали её, как надеялся Рон, до сих пор.

Рон ещё «не бывал во Флоренции», но очень хотел, и чем чаще он видел особ противоположного пола, тем чаще хотел посетить этот славный город.

Подростковая похоть — Рон давал себе отчёт, что это, гормоны бурлят, кружат голову, но он всё ещё солдат и не задумываясь, отчекрыжит голову этой хаоситке. Колдуны тем и опасны, что порой недостаточно их просто убить, поэтому рекомендуется отрубать им головы, для надёжности. Бывает так, что уже пристреленных и даже задавленных танками колдунов встречали спустя месяцы и годы, целыми и невредимыми. Рон себе кровника создавать не собирался, поэтому будет работать наверняка.