Хамураппи

– Да, – ответила Врач.

После этого Дима направился в кабину пилотов, а Глеб с командиром – ходить по судну и наблюдать за работой экипажа.

– Как же он меня достал, – войдя в кабину пилотов, сказал Дима.

– Ты про кого? – спросила Марина.

– Да, про этого мажора. Марин Михайловна, не отвлекайтесь, – ответил Дима.

Космический корабль бороздил космос, двигаясь навстречу далеким звездам. Всю свою жизнь Дима хотел стать космонавтом. Именно поэтому он закончил летное училище с отличием. После выпуска ему удалось заслужить уважение среди летчиков и его рекомендовали в лучшую космическую академию. Затем его отправили служить на «Хамураппи». Здесь он отработал полтора года и внутри него что-то остановилось.

Когда-то он любил летать, заполнять бумажные отчеты и бороздить космос, словно океан. Его манили неизведанность и приключения. Однако с каждым годом бумаг становилось все больше и больше.

– Такое ощущение, что мы не в экспедиции летаем, а за пачкой бумаг. Затем сдаем её и снова летим, – говорил Дима своему начальнику.

– Это, чтобы прикрыться. В противном случае тебя привлекут к ответственности из-за того, что твой подчиненный лишний раз чихнул, – отвечал Петр Андреевич.

– Это невозможно. Бумаги!! Бумаги!! Бумаги!! – ворчал Дима.

Поэтому он нашел себе место на космическом корабле, где подолгу наблюдал за космосом. В кабине пилотов открывался прекрасный вид. В окнах, куда следовал «Хуммураппи», было видно бесконечную темную пустоту, освещенную далеким мирами и звездами.

Где-то вдалеке проносилась комета, ослепляя своим белым хвостом все вокруг. Метеориты, плывшие вдоль окна, медленно обгоняли судно и пропадали вдали. Звезды, мигая, манили путешественников и искателей приключений в далекие миры.

Самое тяжелое во время экспедиции – это сам путь. Ожидание и пустота вот, что ждет человека в путешествии. В связи с этим каждый находил себе любимое занятие.

– Марин, может тебе чем-то помочь? – спрашивал Кирилл.

– Не нужно спасибо, – отвечала она холодно.

Марина знала, что нравится Кириллу и не подпускала ближе, чем нужно. Когда ей реально нужна была помощь, а Максима не было рядом, она с удовольствием пользовалась услугами своего воздыхателя. Кирилл не видел этого и наделся, что когда-нибудь Марина ответит ему взаимностью. Зато это видел Максим и сильно ревновал её.

– Что это он к тебе лезет? – оставаясь наедине, спрашивал он у своей девушки.

– Да, брось. Ну как у меня с ним что-то может быть? – отвечала лукаво Марина.

– Он к тебе постоянно пристает, – не унимался Максим.

– Успокойся. Знал бы ты его, как я. Точно бы не ревновал, – загадочна говорила Марина.

Её нравилась ревность Максима. И то ли от любопытства, то ли из-за вредности она не подпускала к себе Кирилла, но и не отодвигала слишком далеко.

Дима делал вид, что ничего не слышит. Он отодвинул железное полотно, которое закрывало окно, и перед ним открылся Млечный путь.

Глава вторая. Предчувствие

После смерти Бори все почувствовали тяжесть внутри. На минуту им показалось, что жизнь коротка, но это ощущение развеялось повседневностью и скукой.

Главный инженер, делопроизводитель и ученный сидели в столовой и скучно разговаривали.

– А мы же даже не помянули его, – сказал Рома.

– Ты главный инженер. Тебе нельзя пить, – смеясь, проговорил Андрюха.

– А ты думаешь, что один из главных здесь, но это не так, – обиделся Рома.

– Без меня этот полет бы не состоялся, – заявил Андрей с важным видом, – без нас ни один полет не совершится.

С этими словами он встал и гордо запрокинул голову. Рома засмеялся

– Ты часами смотришь на приборы и говоришь очевидные вещи. Метеорит пролетает со скоростью 1000 километров в час в направлении галактики Андромеда, – громко заявил он, – мне все равно, куда летит, главное что не в нас.

– Это очень важная информация, – не прекращая доказывать, брюзжал Андрей, – с этими данными я выступаю на лекциях.

– Перед такими же, как ты. Никому это не интересно, – напыщенно перебил его инженер.

Главный ученный не выдержал насмешек и вышел из отсека для приема пищи.

– Даже не доел, – сказал Рома.

– Тогда я доем, – ответил Максим.

Рядом села Марина и обратилась к ним.

– Вы заметили, как грустно стало после смерти Бори? – сказала она тихо.

– Просто такого никогда у нас не случалось, но мы все подписали бумаги, что готовы ко всему. Это был наш выбор, – подтвердил Максим.

Смерть в экспедиции – очень редкий случай. Если такое происходит, начинаются долгие разбирательства. Проверка всех инструктажей и подписей под ними. Проведение занятий для того, чтобы в последствии такого больше не происходило.

Конечно от всего проинструктировать невозможно, но в данной организации вся работа была построена на игре «найти виноватого». После прецедента создавались инструктажи с новыми формулировками и этой бумажной волоките не было конца и края.

– Как думаешь, Дмитрий Николаевич мог его вытащить? – спросил Рома.

– Я сидела в кабине пилота и ведала, как его чуть самого не засосало туда, – нахмурившись ответила Марина.

– Тогда почему его решили обвинить? – спросила Максим.

– Я не знаю, – ответила Марина.

– Вот теперь пытайся помочь. Все равно обвинят, – сказал Рома.

Время обеда подходило к концу. Все разошлись по своим рабочим местам. Связь на «Хаммурапи» поддерживалась с помощью радиоприемников, которые были в каждом отсеке. Командир корабля решил настроить видеосвязь, чтобы она была у каждого. Обычно это делают перед полетом, когда готовят космический корабль. Вместе с тем Петр Андреевич поручил связисту попробовать реализовать эту идею во время экспедиции. Рома взял необходимые материалы в начале полета и весь путь возился с камерами.

– Будет классное изображение, – говорил связист, – это самые лучшие камеры, которые есть в мире.

– Ты сначала поставь их. Потом хвастайся, – отвечал Дима.

Все, что начинал делать Рома, приводило к катастрофическим последствиям в итоге. Когда он только начинал работать на этом судне, у него были некоторые успехи. «Хамураппи» приобрел современный вид. В какой-то момент Рома остановился в развитии. С каждой его инициативой от него требовали все больше и больше.

– Вы от меня требуется собрать новый корабль, – говорил главный связист.