Хищник
Шрифт:
— Но ведь ты отлично знаешь, что плёнки нашего банка можно прослушивать только в том случае, если вся сделка ставится под сомнение.
— Считай, что я ставлю эту сделку под сомнение.
— Чёрт! Но ведь сделка уже заключена.
— Открылись дополнительные обстоятельства, Йен. Человек, который заключил сделку, погиб, и у меня появились сомнения, имел ли место сам факт сделки.
— Это почему же?
— А потому, что эта сделка заведомо убыточна.
— Ничего себе причина! Если всякий, кто купил ценные бумаги, будет отменять сделку на том основании, что его бумаги упали в цене, рынок прекратит своё существование!
Йен был прав.
— Ладно, Йен, — произнёс он примирительным тоном. — Если в этой сделке нет ничего противозаконного, почему бы тебе не позволить мне прослушать запись переговоров?
— Говорю же тебе, такой необходимости нет.
— А я требую этого.
— Ничего ты не получишь.
Йен скрывал что-то важное. Теперь у Криса не было в этом сомнений.
— Соедини-ка меня с Лэрри Стюартом, — сказал Крис. Лэрри был в «Блумфилд Вайсе» важной фигурой, и, хотя Крис не знал в точности, кто в банке даёт разрешение на прослушивание плёнок, он был уверен, что Лэрри занимает более высокий пост, чем Йен.
— Думаешь, он захочет с тобой разговаривать? — с издёвкой в голосе осведомился Йен.
Наступило мгновение, когда уверенность в правильности своих действий почти покинула Криса. В данном случае он пытался ставить под сомнение слова Йена, а уж Йену, насколько мог судить Крис по голосу своего бывшего приятеля, в «Блумфилд Вайсе» верили безоговорочно. С другой стороны, когда Крис служил в банке, Лэрри относился к нему более доброжелательно, нежели все остальные чиновники «Блумфилд Вайса», и он надеялся, что в его душе сохранилась ещё хоть капля приязни.
— Свяжи меня с ним, или я перезвоню ему сам.
Молчание, которое установилось на противоположном конце провода, длилось не меньше минуты, и Крис понял, что пробил брешь в защите Йена.
— Знаешь, Крис, не думаю, что ты вынесешь что-нибудь полезное, прослушав эти плёнки, — произнёс наконец Йен.
— Это уж мне судить. Соедини меня с Лэрри!
— Я тебе все объясню.
— Давай, объясняй.
— Не сейчас, — сказал Йен шёпотом. — Давай поговорим об этом позже.
— Нет, я желаю выслушать твои объяснения немедленно.
Крис слышал, как Йен с шумом перевёл дыхание.
— Ладно. Внизу Ливерпуль-стрит есть маленькое кафе «Понти». Встретимся там через полчаса. Тебя это устроит? — спросил Йен.
— Устроит. Жду тебя там, — сказал Крис.
Крису потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до указанного Йеном кафе. Йен уже был там. Десять лет, которые прошли с тех пор, как они учились на курсах, сказались на его внешности не лучшим образом. Его гладкая прежде кожа была изрезана морщинами. Особенно глубокая морщина залегла у него на лбу, между бровей. Вес он, правда, не набрал, и его фигура оставалась по-юношески стройной. Ради того, чтобы поддерживать себя в форме, Йен три раза в неделю ходил в гимнастический зал. Одевался он, как и прежде, очень элегантно. Носил костюмы лучших фирм, сшитые на заказ рубашки с мягкими воротничками, а его галстуки отличались неброским изяществом, что, как знал Крис, стоило особенно дорого. Йен выглядел старше своих тридцати трёх лет и имел вид опытного и умудрённого жизнью человека. Впрочем, привычка грызть ногти у него сохранилась, а это невольно наводило на мысль, что его самоуверенность была скорее напускной.
Крис заказал себе чёрный кофе и подсел к Йену за столик.
— Рассказывай, — просто сказал он.
Йен некоторое время звенел ложечкой в своей
чашке с кофе капуччино. Взбив на поверхности напитка пену, он поднял на Криса глаза.— Мы с Ленкой встречались, — коротко проинформировал он Криса. — Вот почему я не хотел, чтобы ты слушал наши телефонные переговоры. Там могло оказаться нечто личное.
— Что значит «встречались»? — спросил Крис. — Ты намекаешь на то, что вы с ней спали?
— Называй это как хочешь, но мы с ней были близки.
— Не могу в это поверить, — сказал Крис.
Йен пожал плечами.
— Но с какой стати Ленка согласилась с тобой?..
Йен нахмурился:
— Между прочим, меня находят привлекательным многие женщины, Крис.
— Но Ленка?
— Ты же знаешь, что она мне всегда нравилась. Выяснилось, что я тоже ей нравлюсь.
— Нет!
— Прекрати! — бросил Йен. — Мы и вправду с ней встречались. Мы бы и сейчас встречались, если бы она не умерла. Неужели это так трудно понять?
— Извини, — сказал Крис. — И сколько времени продолжался этот ваш роман?
— Недолго. Помнишь симпозиум финансистов в Барселоне в прошлом месяце? Когда мы с ней жутко напились? Тогда у нас всё и началось.
— У вас с ней было серьёзно?
— Трудно сказать. С Ленкой никогда не знаешь, как всё обернётся. С ней было приятно проводить время, но серьёзных отношений она, по-моему, избегала.
— Это верно, — признал Крис. — Она всегда опасалась, что серьёзные привязанности могут ограничить её свободу.
Крис лихорадочно пытался припомнить малейшую деталь, хоть какой-нибудь признак, который указывал бы на то, что Ленка с Йеном встречались, но ничего похожего вспомнить не мог. Йен, правда, ей звонил, и довольно часто, но Крис считал, что это деловые звонки и ничего больше.
— И что же? Ваши близкие отношения нашли своё отражение в деловых переговорах?
Йен пожал плечами:
— Скорее всего. Я, правда, последние плёнки не прослушивал, но, вполне возможно, там есть нечто, указывающее на то, что нас с Ленкой связывали не только деловые отношения.
— Ладно, — сказал Крис. — Тогда прослушаем их вместе. Только ты и я.
— Это невозможно. При прослушивании должно находиться официальное лицо, которое следит за сохранностью записи.
— Что ж, тогда мы будем слушать запись в присутствии официального лица.
— Прошу тебя, Крис, избавь меня от этого. Слухи ведь пойдут…
— Я понимаю твои чувства. Но я просто обязан прослушать записи ваших последних переговоров и понять, почему Ленка купила эти бумаги. Кстати, тот факт, что вы с Ленкой в последнее время сблизились, вызывает у меня ещё более сильные подозрения насчёт этой сделки.
Йен вздохнул:
— Я знал, что тебя не уломаешь. В таком случае посиди здесь ещё минут двадцать. А я вернусь в банк и попробую выкрасть эти записи.
— Ну нет, — сказал Крис. — Звони и договаривайся с кем хочешь, но мы пойдём к тебе в офис и прослушаем их вместе. Официально.
— Ты что же, мне не доверяешь? — нахмурился Йен.
— Да, — ответил Крис. — Не доверяю.
Они подошли к зданию банка «Блумфилд Вайс». Перед дверьми банка на облицованном плиткой подиуме высилась двадцатифутовая железная абстрактная скульптура в виде фаллоса. Крис решил, что этот символ как нельзя лучше соответствует духу этого заведения. Однако шутки шутками, но когда он вошёл в отделанное мрамором фойе банка, то почувствовал неприятный озноб. С тех пор, как его уволили, он никогда больше здесь не бывал.