Хохмач

– Ну, пока все выглядит неплохо. Значит, мы угоняем грузовик и выбираемся за ограду до того, как он успевает спуститься вниз, так?

– Совершенно верно.

– Ну а потом что? – спросил Чак.

– А потом мы просто на грузовике едем на наш склад.

– И ты считаешь, что это разумно?

– А в чем дело? У нас же там на стекле вывеска: “Мороженое с орехами Челси”.

– Правильно. Но на грузовике-то написано “Мороженое Пик-Пак”.

– Так ведь он будет стоять у нас на заднем дворе.

Туда никто и не подумает заглядывать. А кроме того, Папаша не допустит никого из любопытных, пока мы будем заниматься им.

Папаша, который до этого момента не издал ни звука, решил вдруг внести и свою лепту в разговор.

– Конечно, с этим я справлюсь, – проговорил он, откашливаясь. – А машину, значит, будут брать Рейф с Чаком.

– Так, Папаша, так.

– А я буду одет в форму или как?

– Да, разумеется, – сказал глухой. – Вашей задачей будет не допускать к нам нежелательных визитеров.

– Это заметано. – Старик принялся вглядываться в ряды белых грузовиков, прикрываясь рукой от слепящего солнца. – А кузова у них из листового железа? – спросил он.

– Да, кузова металлические и покрыты сверху какой-то эмалью, – сказал Рейф. – А в чем дело?

– А не будет у нас мороки с установкой новых рекламных щитов?

– Нет, не думаю. У нас есть дрель с карборундовой насадкой. Ею можно сверлить самую твердую сталь.

– Да? Это очень хорошо, – сказал старик, одобрительно кивая.

– А что мы будем делать с номерами? – спросил Чак, делая очередную глубокую затяжку.

– А что нужно делать с номерами? – спросил глухой.

– Мы угоняем грузовик за ночь до того, как приступаем к делу, правильно? – проговорил он.

Это был не слишком приятный человек с тяжеловесной фигурой гориллы: могучие плечи, длинные свисающие руки и массивная круглая голова. Однако голос у него был очень тихий и даже мягкий.

– Совершенно верно, мы добываем машину за ночь до предстоящей работы, – согласился глухой.

– Значит, ее уже будут разыскивать, так ведь? Я хочу сказать, что сторож позвонит в полицию либо сразу, как услышит, что машина выезжает за ворота, либо как только заметит, что она угнана, – тут уж все зависит от его расторопности. И описание этой машины немедленно будет разослано повсюду – вы же знаете, как обычно работает полиция, так ведь? А это будет означать, что номер ее будет сообщен каждой полицейской патрульной машине по всему городу. Ну, и к чему это приведет? Вот обо всем этом я и думал, когда задавал свой вопрос.

– Но номер мы, естественно, заменим.

– Это так, но когда мы это сделаем? Ведь отсюда до нашего склада порядочное расстояние. А если этот сторож окажется расторопным, то номер машины будет передан по радио уже через пять минут. А ведь это мне предстоит вести этот грузовик, сами понимаете.

– А что вы предлагаете?

– По мне, так лучше всего заменить номер прямо здесь, даже не выезжая за ворота. Так будет вернее.

– Ну и отлично.

– Хорошо. И еще: это должен быть не просто номер. Приглядитесь внимательнее к этим машинам: видите, номера у них не совсем обычные. Это какие-то особенные, рекламные, что ли, номера. Нам придется разнюхать все до тридцатого.

– Мы обязательно займемся этим, – заверил его глухой.

– И еще что меня волнует: нам ведь придется работать на открытом месте, когда мы пригоним машину к складу. Понимаете, о чем я? Даже если номер не успеют сообщить всем, то ведь полицейские будут искать машину с надписью “Мороженое Пик-Пак”. А тут мы будем в открытую сверлить в ней дырки. Что-то мне такая картина не улыбается.

– А что вы предлагаете?

– Нельзя ли заранее заготовить какую-нибудь временную надпись, которая закрыла бы старую?

– Боюсь, что такая надпись или плакат только привлекут излишнее внимание.

– Ну не знаю... И все-таки не нравится мне эта затея. Уж слишком серьезное у нас дело, поэтому не стоит рисковать по мелочам.

– А не лучше ли перегнать машину в Мажесту? – спросил старик. – Там мы все и сделали бы, а?

– Вот это было бы действительно опасно. Полчаса добираться туда на пароме? Нет, это исключается.

– А почему бы нам временно не снять гараж где-нибудь здесь поблизости? – спросил Рейф. – Мы смогли бы заехать в него сразу же, как только добудем этот грузовик. Переделаем там все, что нужно, а потом спокойно поедем себе на наш склад. Когда внешний вид будет изменен, то на ней можно спокойно разъезжать где угодно.

– Да, это, пожалуй, было бы лучше всего, – согласился глухой. – Завтра же я свяжусь с агентом по недвижимости. Здесь ведь уже почти сельская местность, и очень может быть, что нам удастся подобрать что-нибудь подходящее. Если же не получится, то нам придется рискнуть и работать на открытом месте.

– Если не удастся снять гараж поблизости, то я предпочел бы просто загнать машину в какую-нибудь темную улочку и побыстрее проделать там все, что нужно, но только не ставить ее у себя на заднем дворе.

– Ладно, не будем спорить сейчас, – сказал глухой. – Мы ведь договорились, что я завтра же постараюсь подыскать гараж где-нибудь здесь. Давайте пока на этом и остановимся.

– Ладно, – согласился Чак.

– Так, значит, машину мы угоняем завтра, правильно? – проговорил старик. Он немного помолчал. – Мне не хотелось бы задавать лишние вопросы, но дело в том, что я присоединился к вам позже всех и...

– Да нет, все нормально. Совершенно верно. Машину мы угоняем завтра.

– А настоящую работу когда проворачиваем?

– На следующий же день, естественно. Тридцатого апреля.

Старик кивнул головой в знак согласия.

– А кто будет за рулем?

– Рейф.

– А с ним кто?

– Я, – сказал глухой.

– А у вас уже есть форма?

– Форма заказана. Завтра же я получу ее.

– А где будем находиться мы с Чаком? – поинтересовался Папаша.

– Вы имеете в виду после того, как вы разнесете свои посылочки? – спросил глухой и ухмыльнулся.

– Да.

– Направитесь прямехонько в наш дом в Маджесте. Свою часть работы вы завершите примерно в час дня или что-нибудь около этого. По моим расчетам, вы поспеете к парому на два пятнадцать. В крайнем случае, сядете на тот, что отходит в четыре ноль пять.