Холодильник
Шрифт:
Михаил неплохо выглядел и уже не имел на глазах своих постоянных очков с сильными диоптриями.
— А ты молодец, — сказал мне видеообраз. — Теперь можно с тобой спокойно поговорить. Как ты себя чувствуешь в новом сознании? — спросил он.
— Мишка, у тебя всё в порядке? — начал я. — Из-за тебя чуть не убили Романа, я протащил его через всё это и сам прошёл огонь и воду, а ты сидишь и улыбаешься в телевизоре? Нас чуть не убили! Какое к чёрту новое сознание? — продолжил я. — После того как забрали Тамару, я опять стал таким, как был раньше.
— Как забрали? — недоумённо спросил образ.
— Мне удалили биочип. Это цена моей с Романом свободы. — Я повернулся к телевизору правым ухом, показывая шрам, как бы оправдываясь. — Но если ты не расскажешь сейчас о себе, я просто разобью телевизор
— Хорошо, слушай, но это будет длинная речь. Ты знаешь что мои исследования зашли в тупик из за недостатка финансирования. После помощи Романа с деньгами военных я уже не знал, радоваться мне или горевать. Мою компанию и проект выкупили с потрохами, я стал мультимиллионером, и меня сразу попытались отстранить от работы, объясняя, что теперь моё присутствие идёт вразрез с государственной безопасностью. Но вскоре они поняли, что без меня у погон ничего не получится. Они были вынуждены меня пригласить обратно и признаться, что моя теория и работа уникальна. Мне предложили работать в исключительной лаборатории с неограниченным бюджетом, но уже в обстановке строжайшей секретности. Я был готов на любые условия, лишь бы продолжить свои исследования.
Вот только возникла проблема. Мои исследования шли абсолютно вразрез с желаниями военных. Сколько с меня взяли подписок, я не могу даже перечислить. Я не мог вдохнуть и выдохнуть без их разрешения. Ко мне приставили охрану. Из меня сделали запертого в шарашке чокнутого профессора. Зачем мне все эти миллионы, говорил я им, если я не могу даже смотаться отдохнуть на море? Ты очень важен для государства, говорили они, ты носитель секретов, представляющих государственную тайну.
А я стремился к самосовершенствованию. Я давно понял, что без вмешательства извне наш мозг не станет более гибким и совершенным, поэтому и занялся разработкой искусственного интеллекта.
Я знал, что рядом негласно всегда находились люди из спецподразделений. Очень кстати мне попался на глаза мой двоюродный брат Петя. Он всё понял, ушёл к нам, взял бразды правления охраной базы на себя и как мог делал мне послабления.
Перед Новым годом я понял, что следующее, шестое поколение чипов будет последним и кардинально другим. Это будут биочипы. И я уже сразу понял проблему, с которой мы столкнёмся. Биочип нельзя будет запрограммировать извне, только вложить новую информацию. Он выращивается заранее, маткой, таким, какой он есть. Программировать его сможет либо такой же искусственный интеллект, подключённый к нему напрямую, либо мозг человека через его вживляемые электроды. Но перебороть импульсами нейронов мозга токи электродов чипа человеку, я понимал, будет невозможно. Значит, биомозг будет всегда довлеть над хозяином после имплантации.
Военные думали по-другому. Они забили интеллект изначально огромным ненужным количеством военной информации, думая, что, подсаживая такие мозги обычному солдату, получат кибервоина. Искусственный интеллект — просто бездушный механизм, не знающий ни страхов, ни боли. Первое, что сделает биочип, это перехватит всё управление организмом на себя, и работа по расширению способностей простого человека пойдёт насмарку.
Я не стал говорить об этом Инге. Но я придумал, как выйти из положения. Ведь то, к чему я стремился изначально, это установить биочип себе. Я подготовил для себя лично партию чипов пятого поколения, коренным образом их переделав, сделал закрытую зону в матке, внёс расширенный вариант эмоционального фильтра. В момент их общей загрузки я провёл с Петей тест.
Матка в процессе детства дала доступ всем двенадцати созревающим интеллектам к внутренним видеокамерам. Это было знакомство с миром. Петя на камеру демонстративно выстрелом снёс голову подготовленному манекену в образе человека. По показаниям приборов только один чип отреагировал на это жестокое событие. У него перегрузился эмоциональный фильтр. Это был двенадцатый. Именно его я и выбрал себе.
Глава 54
Миша видел, что мне это очень интересно, ведь его рассказ действительно увлекал, и продолжил:
— У меня получилась сама любезность, а не кибермозг. То, что я и хотел. Он имел
эмоции и мог сопереживать. Я сделал его специально для того, чтобы запрограммировать им свой будущий биоимплантат. Как же он мне нравился, этот двенадцатый!И он так понравился Инге. Она дала ему имя Макс и молодой звонкий голос парня, её первой любви. Инга пропадала на работе, болтая с ним сутками, пока не начались военные тесты. Макс даже успел объясниться ей в любви. То, что он не будет годен для войны, я прекрасно осознавал заранее. Он не способен был убить человека. То, что мне и было нужно. Мощнейший в мире интеллект-пацифист.
Внедрив такой чип себе, я поднял бы свои возможности на высочайшую планку. В будущем, ассимилировав свой мозг с таким потенциалом, люди станут совершенными, войны прекратятся. Мы наконец займёмся настоящим делом, победим все болезни, нищету, голод, возьмём под контроль все страшные природные катаклизмы, станем осваивать другие планеты. А я хотел просто найти потолок интеллектуального совершенства своего мозга. Если бы я достиг этого величия, я постарался бы взять всё развитие Земли в свои руки!
Потом начались тесты, и военные конечно же забраковали этот образец. Он не применил вовремя условное оружие по врагу и был списан. Выкупить или выкрасть его незаметно прямо из лаборатории было абсолютно невозможно. Я постарался убедить руководство, что вместо уничтожения надо найти ему достойное применение. Для этого предварительно мной была начата гражданская программа «Холодильник». Этой программой я преследовал несколько целей.
Главной задачей была необходимость, чтобы картридж с чипом покинул базу. Но в нём уже на этапе формирования закладывались государственные секреты, ведь он изначально готовился только для войны и оборонки. Я пообещал военным программно закрыть все эти возможности, обнулить Макса и поставить ему таймер на самоуничтожение. Во время этой процедуры Инга плакала.
— Но постой, у меня же был искусственный интеллект-женщина, Тамара. А ты говоришь про парня, — недоумевал я.
— Да это суть дела не меняет. Искусственный интеллект — унисекс. У него же нет вторичных половых признаков. После того как я его обнулил, я сменил голос на приятный женский моей первой помощницы Оксаны. Её голос и психотип я скопировал заранее. Эта девушка не стала работать с военными и ушла в медицину. Кстати, она родная сестра нашей Елены. Я заблокировал все функции в чипе, кроме диет и фитнеса на пароль и поместил в твой холодильник. Вот он и стал женщиной. Кстати, ты мог попросить свой чип сменить голос на бас.
Я представил, как в голове басом слышу: «Сашенька, я тебя люблю!» Нет, такого счастья мне точно не нужно.
Михаил опять продолжил:
— В Америке одно из подразделений корпорации DARPA довело до совершенства технологию выращивания андроидов. Вот только с мозгами у них была глобальная проблема. Это были дармовые солдаты, их можно было штамповать, как шурупы, но им не хватало интеллекта. Они были неуправляемые и тупые, как поросята в загоне. У нас была обратная проблема. Интеллект был, а в направлении андроидов ничего серьёзного не получалось. Поэтому военные и пытались сразу впихнуть боевой биочип в людей. Я случайно прочитал тайную переписку генерала и был шокирован. Он явно был предателем. Потерял гениального разработчика ментального оружия Ковалёва, приписав все его открытия своему тупому племяннику. Вёл двойную игру и хотел слить все наши самые современные военные разработки за этот андроидный кусок пластика. Я не мог ему позволить это сделать. С Петей мы перетащили ящики с прототипами в купленную и поставленную заранее на стоянку машину. А копии переписки генерала я отправил в спецслужбы. С моей ничтожной высоты давить на него было глупо. Меня бы просто уничтожили. Программа «Холодильник» наверху очень понравилась, её приняли военные. Бракованный чип всё равно шёл на утилизацию, и вопрос его стоимости уже не стоял. Ведь по гражданским проектам людям в погонах тоже нужно было что-то продемонстрировать на выставке. Вот я и предложил, если у нас все получится, то обычный холодильник в будущем сможет готовить к армии достойную смену спортивных парней, а не жиртрестов, прости меня, Саша. Я планировал потом нашлёпать таких чипов без всяких военных тайн, для бытового применения.