Хранитель дракона

Я шумно вздохнула.

— Ладно, так и сделаем. Передай грозовому, что нам нужно ослабить этого психа, чтобы он потерял управление над магией Лекса. Пусть Гнев обрушит все свои силы на Орена. Только, умоляю, будь очень осторожен.

— Расслабься, — он спрыгнул с моих рук на землю, — ты имеешь дело с профессионалом. Но и сама столбом не стой, Клементину поищи.

— Обязательно, — я кивнула, и Гринфрог тут же помчался вперед к сражающимся.

Всеми силами надеясь, что с ним будет все в порядке, я поспешила на арену. Ведь теоретически туда направлялась Клементина, когда я ее видела в последний раз.

На арене было не протолкнуться. Люди стояли истуканами, не мигая смотря перед собой. Здесь хватало и магических дракончиков, но в таком же бессознательном состоянии.

— Клементина! — звала я, пробираясь через остолбенелую толпу. — Клементина, где ты?!

Но драконочка не отзывалась.

Между тем багровое сияние наверху принялось подрагивать, словно ослабевая. Похоже, Гнев вплотную занялся этим гадом Ореном! Вот только, если магия вмиг спадет, то Лекс просто-напросто рухнет с такой высоты вниз! Он же насмерть убьется! Так, спокойно, только спокойно, нельзя паниковать…

— Клементина! — я пробиралась все дальше. — Клементи… — дыхание перехватило.

Драконочка лежала в нескольких шагах от меня, свернувшись в маленький комочек. На серебристой чешуе как ожогами пульсировали багровые полосы.

Закусив губу, чтобы не разреветься, я бережно подняла Клементину на руки. Пушистые ресницы дрогнули, драконочка приоткрыла почти бесцветные сейчас глаза.

— Как ты? — севшим голосом прошептала я.

— Лекс умирает, — едва слышно ответила она, слова явно давались с большим трудом. — я пытаюсь сохранить его сущность, но долго так не смогу… Вот-вот защита магии спадет окончательно, и тогда… Тогда начнет разрушаться сама его душа…

— Мы этого не допустим, обещаю тебе, — я порывисто драконочку к себе прижала, — мы обязательно его спасем.

Бережно держа Клементину, я рванула обратно на площадь. Багровое сияние над нами прерывалось все сильнее. Казалось, в любой миг может пропасть окончательно. И стоило нам пересечь границу арены, как так и произошло. В последней вспышке магия в небе исчезла. И в ее угасающем отблеске прекрасно был виден падающий силуэт.

Крик так и замер у меня на губах. Распростершаяся над нами крылатая тень подхватила Лекса чуть ли не в самый последний момент. Грозовой тут же снизился к нам, разжимая лапы и осторожно опуская на землю свою ношу. Сидящий на голове у Гнева Гринфрог тоже спрыгнул вниз.

— Спасибо, — я всхлипнула, уже не удержавшись, — спасибо, что спасли.

— Поторопитесь, он нам нужен, — отрывисто ответил грозовой, резким взмахом крыльев устремляясь обратно к полчищам нежити, где бились другие драконы.

Я опустила на землю Клементину, ее тут же принялся обнимать переживающий Гринфрог. А я дрожащими руками нащупывала пульс на запястье у Лекса. Пусть никаких видимых ран не было, но и дыхание даже не угадывалось.

Едва-едва, но пульс все же был. К счастью, к нам уже спешили: с одной стороны малость потрепанный магистр Диссер с деканом Белгасом, с другой — явно пока еще слабый лорд Сагрейн. Видимо, все они видели, что Лекс теперь здесь.

— Как привести его в сознании, вы знаете? — с отчаянной надеждой я смотрела на магов.

— Хм… — архивариус на миг задумался. — У вас ведь магия одна. У тебя должны были сейчас хотя бы крохи ее уже восстановиться.

— Одной магии недостаточно, — тут же порывисто возразил Диссер, опасливая поглядывая на битву драконов и нежити. — Если я правильно понимаю, могло и его сущность задеть. Судя по окрасу драконочки, она переняла часть этого на себя, чтобы сберечь.

— То есть Клементина может просто вернуть? — просияла я. — Я отдам магию, а она временно хранимую часть сущности?

— Да-да, все верно, — спешно подтвердил лорд Сагрейн, — поторопитесь.

— Погодите! — вдруг вмешался декан Белгас. — Погодите, это же наш шанс! Просто уникальнейшее везение!

Судя по мрачным взглядам собравшихся, в сложившейся ситуации никто особого везения не видел. Но декан спешно пояснил:

— Пусть драконочка вернет только сущность хранителя! Все, как и необходимо для заключения мира с драконами! Никакой мешающей и все портящей сущности охотника, он станет только хранителем! Пусть и таким странным способом, но сама судьба сделала нам столь бесценный подарок! Ведь иначе мы никак не могли бы избавить его от мешающей магии! А теперь драконочка вернет лишь сущность хранителя, составляющую же охотника можно легко уничтожить.

— Но Клементина не пострадает? — тут же нахмурился Гринфрог.

— Нет-нет, ей это ничем не грозит, — тут же заверил лорд Сагрейн. — Сущность охотников ей чужда, так что легко от драконочки отделится.

— Ну так чего мы ждем! — магистр Диссер чуть ли не рявкнул. — Возвращайте парню магию и только сущность хранителя!

Мы встретились глазами с Клементиной лишь на миг, но я и так все поняла.

— Нет… — сама не узнала свой голос.

— Что нет? — не поняли маги.

— Нет! — я сжала руки в кулаках. — Я не позволю так с ним поступить! Что же никто из вас не обмолвился, что станет с Лексом если вернуть ему только часть его сущности? Я не позволю покалечить его душу!

— Слушайте, что за истерики, — декан даже возмутился. — На кону сотни тысяч жизней, зависящих от мира между расами! Этот мир необходим нам всем! Да, это весьма прискорбно, что Лексу придется как-то существовать с покалеченной душой, но одним человеком вполне можно пожертвовать и…

— Нашим Лексом жертвовать нельзя! — голос Гринфрога дрожал от переполняющих эмоций. — Если с ним что-нибудь случится, я всем вам тут клянусь, сущностью светозара клянусь, что как только приду к власти, порушу любой мир между расами!

— Некогда спорить, — вмешался лорд Сагрейн, — в любом случае с каждым мгновением шансы его спасти все меньше.

— Вам никогда не простят эту упущенную возможность, — аж побелевший декан Белгас смотрел на нас в праведном гневе. — Вы могли установить вечный мир, но предпочли одного человека. Вы и сами себе этого никогда не простите!

Я не стала ничего отвечать. Бережно взяла Лекса за руку, Клементина опустилась ему на грудь. От драконочки лилось багровое сияние вперемежку с серебристым, а я всеми силами сосредоточилась на тех крохах магии, которые пусть с трудом, но ощущала. Частички силы словно бы неслись по незримым потокам к кончикам моих пальцев, устремлялись к тому, кому сейчас были гораздо нужнее.

Лекс вдруг резво вздохнул, даже закашлялся. Чуть приоткрыл глаза, пока еще мутный взгляд замер на мне.

— Марина? — чуть сипло прошептал он.

— Миленький наш! Любименький! — Гринфрог в тот же миг кинулся его расцеловывать, но быстро взял себя в руки и сердито добавил: — Хватит уже разлеживаться и прохлаждаться! Нас тут обижают!

— Кто? — Лекс пока явно не понимал, что вообще происходит.

— Все! — выдал Гринфрог. — Начиная с этих трех дядек и заканчивая психом с армией нежити! Но ты же разберешься, да?