Хранитель историй
Шрифт:
— Что?
— Мне просто любопытно.
Рис протянул ей книгу, похоже, написанную на фарси, когда в комнату зашёл Малахай. Ава попыталась избавиться от собственного раздражения при виде любимого.
— Я не могу это прочесть, — запротестовала она, пролистав страницы. — Я немного могу говорить на фарси, но…
— Просто посмотри фотографии, — ответил Рис. — Не знаком ли тебе кто.
Малахай направился к ней, но Ава бросила на него взгляд. Всё ещё раздраженная от «вместе, но не женаты», она не собиралась давать ему поблажек. Он мог хотя бы предупредить. И то, что все кругом такие счастливые,
— Если ты хочешь наказать его, то превосходно справляешься с задачей, — сказал Рис, когда Малахай сменил направление и подошел к Максиму. Они что-то тихо обсудили, а потом с задумчивыми лицами вышли из библиотеки, оставив их с Рисом одних.
Ава повернулась к книжнику.
— Я в конечном итоге с этим справлюсь, но сейчас дико злюсь.
— Он не хотел тебя взбесить. Я в этом уверен.
— Но он не раскрыл мне всю картину, верно? Разве тебе Малахай не сказал, что мы связанны?
Рот Риса открывался и закрывался как у рыбы, выброшенной на берег.
— Не такими словами… точно.
— Неужели? Когда?
Он пробормотал что-то похожее на: «полный осёл».
— Что?
Рис прочистил горло:
— В Каппадокии.
— Правда? — Она взглянула на дверь. — Мы были там вместе всего одну ночь, после того как… ну знаешь.
— Я думаю, вся долина знает. В пещерах отличное эхо. — Рис продолжал говорить, хотя ее лицо залил румянец: — Честно говоря, красавица, вы оба танцевали друг возле друга в течении многих недель. Кончай занудствовать.
— Что?
Она попыталась сдержать смех, когда собеседник покраснел.
— Ничего.
— Ты только что назвал меня занудой? — Смешок перерос в хохот.
— Я… ну, ты. Ты ко всему придираешься. Ты…
— Прекращай бурчать, старик. — У Авы от смеха брызнули слёзы из глаз.
— А ты раздражаешься, злюка.
По крайней мере, Рис тоже смеялся. Глаза посветлели после той катастрофической ночи и её глупой идеи поцеловать его.
— Так что, завязывай.
Смех покинул голос, и Ава смахнула слёзы с глаз.
— У вас двоих есть то, о чем большинство из нас мечтают более двухсот лет. Суженый. Партнёр. Мы все это видим, даже когда ты раздражена, а он рассержен.
— Я специально его злю.
— И ему это нравится. Он любит тебя. И ты явно без ума от него. — Рис схватил её за руку и на пару секунд крепко сжал. — Поэтому остановись и попробуй не забывать об этом. Схвати и удерживай любовь, пока можешь. Это случается не со всеми нами.
— Я постараюсь.
— Постараешься… — он покачал головой и снова повернулся к монитору. — Знаешь, что? Продолжай бороться с неизбежным. Это весьма увлекательное зре…
— Боже! — выдохнула Ава, глядя на лицо на странице. Яркие зелёные глаза были окрашены в черно-белый, но форма именно такая, как она помнила. Эскиз выглядел старым, возможно, он был сделан на рубеже века или ранее. Трудно сказать. В конце концов, стиль очков классический.
— Это он!
Рис резко обернулся.
— Кто?
— Он. — Она указала на угловатое лицо на странице.
— Это он. Доктор Сэдик.
— Ты уверена, Ава?
— Я уверена. Один в один. Точно. — Ава посмотрела на другие фотографии на странице.
Хотя она не могла прочитать написанного, написано о нём было очень много. — Ты хочешь сказать, мой психотерапевт один из солдат григори?— Нет. Рис протянул руку и закрыл книгу, проводя по названию пальцами. На мгновения буквы засветились, и символы перестроились, став вполне разборчивым латинский алфавитом.
— Офигеть… — Ава моргнула, прочитав название. — О! Мой…
— Твой врач не григори, — сказал Рис, забирая книгу. На мгновение письмена задержались, а затем вернулись на оригинальный фарси. Но имя словно выжглось у Авы в сознании.
ЯРОН.
— Твой доктор Сэдик — падший ангел.
Глава 17
Малахай вздрогнул. Ава провела с падшим несколько недель. Это чудовище прикасалось к ней. К его суженой.
Судя по молчанию, она сама глубоко потрясена.
– Конечно, нет, - прошипел Малахай, притянув к себе сидящую на кушетке Аву.
Они все расположились в библиотеке.
Максим возразил:
– Но ты ведь понимаешь важность…
– Никто не будет подвергать Аву риску!
– рявкнул он, не понимая, почему они вообще обсуждают предложение брата.
Доктор Авы - Ярон. Сэдик - падший. Малахай с ума сходил, желая поскорее увезти Аву из города. Посадить её на самолёт. Хотя, нет, ублюдок умеет летать. Лодка? По воде безопаснее. Или машиной. Неважно, главное увезти хоть куда-нибудь подальше. Впервые он полностью осознал, почему ирины бежали.
– Малахай, успокойся, - потребовал стоящий в дверях Дамиан.
– Расскажите мне всё, - впервые прервала молчание Ава, после того как братья собрались в библиотеке.
Рис сидел за компьютером. Лев рядом зарылся в кипу книг с записями о Яроне. Максим устроился в кресле напротив Малахая и Авы, а Дамиан в дверях ждал ответного звонка из Вены.
– Я хочу знать больше о падших, - повторила Ава. — Ведь чушь какая-то. Откуда Ярону знать обо мне? И чем вызван его интерес? Да и Малахай ведёт себя так, словно падшие намного вас круче…
– Именно, - перебил Максим.
– Итак, что ему от меня нужно? Почему он не навредил мне, хотя с лёгкостью мог?
Судя по сжатой челюсти, Ава была настроена решительно. Хочешь не хочешь, придётся ответить на все её вопросы. Упрямая суженная. Если вбила себе что-то в голову, то добивается поставленной цели во что бы то ни стало. С одной стороны, Малахай обожал эту черту её характера, но с другой - хотел рвать от отчаяния волосы на голове.
Опять же, если разобраться, все ирины не из робкого десятка.
Максим скрестил руки и наклонился к ним.
– Ава, первое, что ты должна запомнить: падшие - не люди.
– Понимаю.
– Ошибаешься.
Малахай плевать хотел на обтекаемую манеру речи брата. Для такого молодого книжника Максим обладал более обширными знаниями о григори и падших, чем сам Малахай. Тот предпочитал сначала бить, а вопросы задавать после.
– Тебе не постичь их природы, - продолжил Максим.
– Это невозможно. Падшие - ангелы, существа чуждого мира. Полностью и совершенно иные. Ирины хотя бы частично люди.