Хворь

Он встал прямо перед адъютантом, после чего обвинительно обвел пальцем полутьму, в которой скрывалась свита. Реакция барона не заставила себя ждать – он навалился на паренька, и вот уже часовой согнулся пополам, получив смачный удар прямо в пах. После этого тот отскочил от старика и вскинул ружье.

– Ты что, охренел?!

Толпа людей, еле освещенная фонарем, вжалась в холодные стены тесного помещения. Парень злобно сплюнул, после чего сразу зашагал к выходу, явно сдерживая накатывающую боль. Я вслушивался в то как закрываются затворы на крышке.

– Теперь мы точно долго не протянем – Оживился адъютант. Фонарь затрясся в его дрожащих руках. – Этот кретин прав – к утру нас всех точно не будет!

– Заткнись, Фарад. – Заметил барон. – Если нас казнят, я попрошусь быть первым, чтобы не смотреть как ты распускаешь сопли.

Мы с Кастелланом сразу отползли в противоположный от толпы угол, ближе к лестнице. Он потратил всего минуту, чтобы убедиться в крепости крышки и запоров. Сразу после этого последовала минута молчания, когда каждый из нас пытался собраться с мыслями. В этом момент толпа гудела, подогретая возникшим ранее конфликтом. Я первым разрушил наше молчание.

– Нужно узнать как можно больше о болезни князя.

Кастеллан кивнул.

– Сам я попробую послушать через люк, что там снаружи. Если часовых нет на месте, можем попробовать отломать кусок лестницы и соорудить лом.

Я полез наверх, пока управляющий отправился в другой конец склепа, на свет фонаря. Приложив ухо, я попытался вслушаться в то что происходит снаружи. Капли дождя колотили по крышке, заглушая почти все звуки. Однако, даже при этом мне удалось расслышать снаружи какой-то разговор. Как я и думал, часовые остались на месте.

– Эй, там наверху!

Я посмотрел вниз и увидел барона, который практически на ощупь добрался до лестницы и теперь стоял у ее основания, придерживаясь за металлические края. В это время адъютант со свитой обсуждали надолго ли хватит воздуха. Граф Жеваньский остроумно заметил, что дедушка Фарада во времена строительства служил в казначействе, потому здесь должно быть столько щелей, что никакое удушье не должно быть страшно.

– Командир, спускайся – поговорить надо. – Заявил Аргон.

– Да, конечно, сэр.

Я спрыгнул, понимая что затея со вскрытием крышки все равно не стоила и выеденного яйца. Даже не будь снаружи часовых и нам каким-то чудом удалось бы выбраться, вокруг все еще была площадь, пересечение которой стоило бы жизни большинству из нас. Не говоря уже о том что ждало бы нас дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.