Идеальное тепло
Шрифт:
– Вампирчик, подвинься!
– отпихнула парня невысокая девушка с короткими ярко-красными волосами. У нее было детское лицо и грудь размера 5-го-6-го, затянутая в розовую майку с картинкой двух обнимающихся кроликов над большим красным сердцем. На ногах - джинсовая юбка до лодыжек, но с разрезом до бедра, красные полусапожки на каблуках, а шею обвивал легких розовый шарфик с бахромой.
– Приветик! Я - Лена, можно Леньчик. Я, можно сказать, тут как помощник. Так что если нужно кофе, что-то передать, отправить или забрать, в общем, мелкие поручения, то обращайся ко мне. Хотя, вообще-то, я на самом деле
– Так-так, Лене не наливать, а то остаток вечера будем слушать о том, какой она великий математик!
– произнесла Камилла, и все засмеялись, включая саму Лену. Тар же вновь поддержала всех неуверенной улыбкой.
Затем еще трое представились Тар: с приятной улыбкой, рыжеволосая женщина Хелена - аналитик, спортивного телосложения блондин Дей - еще один вирт-граммер, и представительный мужчина в костюме, но с ребяческой улыбкой, Виктор Артемов - тоже аналитик и заместитель Романова. Он извинился перед Тар за то, что из-за отсутствия по одному важному делу не смог утром представиться и сообщить, что по всем вопросам по работе новая сотрудница должна обращаться к нему.
Тар сразу поняла, из-за чего было его отсутствие. Точнее, кто дал ему такое задание. Мерзкое ощущение на душе облегчало лишь одно - Никита Артемов явно раскаивался и чувствовал вину перед новой сотрудницей.
– А я вирт-хакер, - смущенно представилась в конце Соня.
– Знаю-знаю, о чем ты подумала. Как на правительство может работать хакер?
Тар об этом даже и не думала.
– Я раньше вела нелегальную жизнь. Занималась разными темными делишками и была довольно известным вирт-хакером под ником Мышь Соня, или Сонная Мышь. А потом меня случайно втянули в одно нехорошее дело, связанное с правительством и, - девушка развела руки в сторону, - на этом моя нелегальная жизнь кончилась. Если бы не заманчивое предложение от Романова, то я бы сейчас гнила за решеткой. Вот такая история.
Тар история удивила. Она бы никогда не подумала, что с виду милая, веселая и смущающаяся в присутствии Уина девушка в прошлом была преступницей и также попала сюда не по своей воле. Но вот зачем Соня рассказала ей об этом - кенуар озадачило. Притом Тар чувствовала, что рассказывать она это явно не хотела. Вдобавок девушка ощущала неловкость, страх и ожидание.
– Извини, но я не знаю, как на подобное принято реагировать у людей, - неловко произнесла Тар, когда ожидающая тишина затянулась.
Соня с облегчением рассмеялась и махнула рукой:
– Это ты извини. Из-за Уина я забываю, что ты - представитель другого народа. Уин, хоть и кенуарец, но все же... человечней, что ли.
– Она вновь рассмеялась, только теперь от неловкости, но быстро оборвала смех и продолжила: - А люди реагируют по-разному. Не заморачивайся, в общем.
– Хорошо, - согласилась Тар и попросила: - Можешь не говорить "кенуарец".
– А? Ну хорошо, - растерялась Соня.
– Но почему?
– В нашем языке не склоняют так слова, - пояснила женщина.
– Для вас это ничего не значит, а мне не нравится звучание.
– Как тогда вас называть?
– спросил Никита Артемов.
– Кенуар, - с непониманием ответила Тар.
– А во множественном числе? Кенуры?
Тар весело фыркнула
и объяснила:– Если один или два - кенуар. Если больше двух - оттэ кенуар.
– Ну, а если нужно точное число указать?
Тар, вообще, развеселилась, настолько была смешна ей реакция людей.
– Вы как указываете точное число?
– с незлобным смешком спросила женщина.
Никита Артемов тоже весело фыркнул:
– Я понял тебя. Только мы, говорим: столько-то людей, а вы, получается, столько-то люди.
– Да, - кивнула Тар головой и перефразировала: - столько-то кенуар.
– Только у вас получше звучит, - заметила Камилла и все рассмеялись.
– А я и не знал, - растеряно произнес Уин, когда смешки затихли.
– Главное, что ты про окончание имени знаешь, - сказала Тар.
Для кенуар это был один из важных обычаев, и если бы Уин это не знал, то Тар бы сильно в нем разочаровалась.
– Нет, ну это мне мама с детства вдалбливала!
– с обиженной ноткой ответил Уин.
– А что с окончанием?
– спросила Камилла с искренним любопытством.
Она, вообще, очень сильно интересовалась их расой.
– У нас все имена, женские и мужские, заканчиваются на гласные буквы. После образования пары мужчина к женскому имени добавляет "а", женщина к мужскому "и". Подобное обращение считается ласкательным и позволяется только парам и родителям.
– Какой вы все же консервативный народ, - покачала головой Камилла, а Соня пискнула:
– Ой! Это получается, когда мы называли тебя "Тара"...
– девушка засмущалась и от неловкости спрятала лицо в ладони.
– Извини, Тар! Как нехорошо получилось! Надо было сразу сказать.
– Не заморачивайся, - вернула Тар девушке ее фразу.
– Я понимаю, что у вас совсем другая форма обращения, поэтому сразу решила к ней привыкнуть. "С волками жить, по-волчьи выть" - так ведь у вас говорят?
– Да, но все же, - растеряно подтвердила Соня, а потом взглянула на Уина и, пересиливая смущение, протянула: - А ты получается...
– Не надо, - резко оборвал Уин и поспешно извинился: - Прости, но меня, пожалуйста, не нужно так называть.
Тар подобный ответ удивил: то Уин игнорирует некоторые их правила, то вдруг защищает те, которые она решила нарушить. Для Тар было неважно, что люди будут обращаться к ней в подобной, удобной им форме. Вот если бы это был кенуар, с которым у нее не возникла связь... или человек, с которым возникла...
"Тара..." - прозвучал в голове голос Романова, и кенуар стало трясти сильней, в добавку, нога совсем разболелась.
– Не против. Я присяду?
– попросила расступиться Тар людей возле нее.
– Да-да, - посторонился Марк, отодвигая Бьянку и Крота.
– И в правду, что-то мы заболтались, - подтвердил Никита Артемов.
– Еда остывает же!
Люди и кенуар заняли места за тремя сдвинутыми столами. На столах стояла всевозможная еда: салаты, рыба, мясо, овощи, канапе, а в центре большой торт. Тар, не сильно разбираясь в человеческой еде, следила за тем, что пробовал Уин. Некоторые блюда ей понравились, некоторые - нет. Красную икру она, вообще, не оценила, не смотря на то, что Уин лопал ее чуть ли не ложкой, а вот фрукты, особенно груши и виноград - белый, без косточек - очень пришелся по вкусу.