Игривый бит

тебя». Сейчас он был слишком возбужден, чтобы принимать какие-либо решения. В

гостиной Ребекка положила ему на колени очередную коробку, и села рядом с ним на

диван.

Пока он открывал коробку, Ребекка взволнованно сжимала его коленку. Подарком

оказалась рамка, в которую была вставлена их совместная фотография, именно та, что

была у него на заставке телефона. Это была его самая любимая фотография на свете. На

рамке было выбита надпись «Семья», Эрик не мог удержаться, чтобы не провести по

буквам пальцами. Он не мог в это поверить.

– Мне очень нравится, – едва слышно выдохнул он.

Ребекка поднялась с дивана, и принесла лежащие на столе молоток и гроздь.

– Где мы ее повесим?

Его декоратор наверно умерла бы от сердечного приступа, узнай она, что Ребекка

решила нарушить идеальный интерьер гостиной. Они прибили рамку рядом с картиной

Томаса Кинкейда, после чего они оба улыбались добрые пять минут.

– Потом мы добавим еще несколько снимков, – заверила его Ребекка.

Эрик обнял ее за плечи и прижал к себе.

– Ага. – Он обхватил губами мочку ее уха, предлагая опробовать костюм

болельщицы, который они отложили на потом.

Ребекка дрожала и поглаживала его живот.

– Иди в музыкальную комнату, – сказала она, – жди меня за роялем.

– Я уже готов получить немного твоей любви, – сказал он.

Ребекка подмигнула.

– И возможно ты ее получишь.

– Возможно?

Она вцепилась в его волосы, целуя жарко и страстно, пока его член не стал тверже

камня. Оторвавшись от его губ, Ребекка посмотрела на него с голодом в глазах. Эрик убрал

с лица ее фиолетовые волосы.

– Я приду через десять минут, – пообещала она.

Эрик не понимал, как Ребекка могла спокойно уйти. Он не хотел, чтобы она

уходила, даже на жалкие десять минут. Он знал, она планировала нечто эротичное, и он

мог скоротать время, гадая, что же это может быть. Вздохнув, он побрел в музыкальную

комнату, и сел за черный рояль. Крышка рояля была опущена, и на ней расположились еще

несколько подарком. Как ей все это удалось? Наверно ей кто-то помогал. Она не могла

успеть все сделать в одиночку. Они же практически не расставались.

Он заскучал, поэтому решил сыграть на рояле. Мелодия с их татуировок начала

потихоньку превращаться в песню.

Тут он ощутил пару нежных рук на своих плечах, а после спустившихся на грудь.

Руки Эрика замерли над клавишами. Легкое потягивание кольца в соске отозвалось болью

в его яйцах. Ее грудь прижалась в его спине. К сожалению, она не была обнаженной.

– С днем рожденья, тебя… – Ребекка пропела томным голосом прямо ему на ухо.

Теперь ее руки спускали вниз по его животу.

– С днем рожденья, тебя… – продолжила она.

Эрик обернулся и едва не упал с банкетки. Ребекка была в белом платье с

разлетающейся юбкой. Оно было точной копией платья Мэрилин Монро из фильма «Зуд

седьмого года». Но Ребекка не остановилась только на платье, ее образ полностью

копировал Мэрилин, включая белый парик, и ярко-красную помаду. Она выглядела

горячее, чем ад в июле.

– С днем рождения, мистер Эрик Стикс, – напевала она тем же томным голосом.

Она обошла его и села к нему на колени, обняв обеими руками за шею, похлопывая

в ожидании накладными ресницами.

О, господь всемогущий.

– С днем рожденья тебя!

Сердце бешено билось о ребра, Эрик не мог больше ждать. Он поцеловал ее,

запуская руку ей под юбку, поглаживая гладкую кожу бедра, поднимаясь рукой все выше и

выше. Так он и думал, она была без трусиков. Он усадил ее на рояль, и прошмыгнул

головой ей под подол. Каблуки ее туфель упирались ему в спину, пока его нетерпеливо

ласкал ее языком и губами. Он слизывал ее сладкий нектар, кружа языком по влажной

плоти, удерживая ее бедра руками, раскрывая ее шире, позволяя себе наслаждаться ее

совершенством.

Задыхаясь от восторга, Эрик вытащил голову из-под юбки, одной рукой стянул

шорты вниз, высвобождая ноющий член. Он потянул Ребекка на себя, отрывая ее бедра от

клавиш, позволяя ей зависнуть в воздухе, тем самым выбирая нужную ему высоту. Найдя

под подолом ее вход, он подразнил ее головкой прежде, чем заполнил ее одним резким

толчком. Раскачивая бедрами в неторопливом ритме, Эрик открыл глаз и посмотрел на нее.

Он стянул ее парик, поглаживая шелковистые волосы Ребекка. Хоть она и выглядела

сексуально, притворяясь кем-то другим, он хотел заниматься любовью с настоящей

женщиной. Его женщиной.

Она была всем, о чем он только мог мечтать.

Эрик склонился, целуя ее, и немного меняя ритм. Нет, он не искал быстрого

оргазма. Ему нужна была близость. Ту, что он испытывал, когда был с ней. Он опустил

руку на ее оголенную спину, прижимая ее ближе. Их сердца бешено стучали, но они были

рядом.

Ребекка закончила поцелуй, и Эрик посмотрел в ее прекрасные голубые глаза. Она

смотрела на него будто в неверии. Эрик не удержался и спросил.

– Что такое?

Ребекка обняла его за пояс, утыкаясь носом в его грудь.

– Иногда, для меня это как гром среди ясного неба, – шептала она, – Я понимаю,

насколько сильно мне повезло с тобой.

– Это мне повезло с тобой.

Они услышали шум подъезжающей машины. Ребекка напряглась.

– Который час?

На улице захлопнулась дверь машины.

Эрик посмотрел на огромные часы на стене.

– Почти шесть.

– Уже? – ахнула она. – Поторопись, ты должен кончить.

– Интересно, кто бы это мог быть, – сказал Эрик, стараясь выглянуть в окно.

Немного запаниковав, Ребекка оттолкнула Эрика, от чего его член выскользнул из