Игрок

К счастью, крайних мер не понадобилось: набегавшись вволю и насажав мне на штаны колючих репьев, он послушно упал на траву и, едва я его окликнула, моментально покинул мое тело. А появился на "мостике" с таким блаженным видом, что я невольно почувствовала себя Дедом Морозом, принесшим в детский сад целый мешок желанных подарков.

— Спасибо, Гайдэ! — истово выдохнул зеленоглазый, едва встретил мой вопросительный взгляд. — Я слишком давно не чувствовал себя живым! И даже если ты больше не дашь нам испытать это чувство, все равно — я тебе ОЧЕНЬ благодарен. Будь уверена — я не подведу! И не предам тебя никогда, слышишь?!

— Спасибо, Бер, — сдержанно поблагодарила я. — Ван, теперь твоя очередь…

И снова все то же. И снова все те же нелепые попытки сохранить равновесие. Снова — ликующий шепот в ночи, прерываемый попытками допрыгнуть до звезд и всласть напиться из холодного ручья…

— Я так простужусь, — мрачно комментировала я происходящее. — Или лопну. Или ноги себе переломаю. А если не переломаю, то назавтра все будет так дико болеть… боже, Ван! Ты зачем решил так много поприседать? А подтягиваешься на ветке для чего? Чтобы у меня потом руки отвалились? А это для чего подобрал… нет, не надо… я никогда не держала в руках меч… ой! Вот это да! А вот так изворачиваться не стоит — я никогда не умела… ВАН! Ну, предупредила же!

— Извини, — смущенно пробормотал в который раз Тень, поднимаясь с земли после неудачного сальто. — Я забыл, что это тело — не мое.

— Так посмотри на грудь и вспомни!

— Прости. Я больше не буду.

— Все вы так говорите, — буркнула я, постепенно остывая. — А потом опять творите, что хотите, и удивляетесь: почему же опять посадили шишку на том же месте?! Ну, что я говорила? Понесся, окаянный, по берегу… блин, Ван! Не так быстро! У меня ноги не железные…

В общем, испереживалась я за эту ночь так, как еще никогда в жизни. Один Гор меня искренне порадовал: и встал сразу, с первой попытки, и никаких глупостей не натворил, и окрестные деревья не пугал своими безумствами. Вот только на небо смотрел с какой-то неизбывной тоской. И при этом так сжимал кулаки, что я всерьез заопасалась обнаружить поутру огромные синяки на запястьях.

— Ладно, — проворчала я, когда последняя Тень вернулась, наконец, на "мостик". — Пора мне, не то скоро рассветет, а я так и не поспала толком. Пока, парни, с вами было весело, но теперь мне пора баиньки. До встречи.

— Пока, Гайдэ, — слаженно прошелестели они в ответ, как-то резко погрустнев и утратив недавно обретенный задор.

Я удивленно обернулась.

— Эй, да вы чего? Думаете, в последний раз, что ли?

— А… разве нет? — неуверенно спросил Бер, опередив Аса буквально на секунду и из-за этого получив болезненный тычок в бок.

— Нет, конечно, — заверила я Теней. — Вам же надо постоянно подпитываться, верно? А я вам Тварей в таком количестве не найду, чтобы вы, наконец, насытились. Так что постараюсь по мере возможностей удовлетворять ваши потребности. Скажем, начиная со следующей ночи. Если, конечно, вы научитесь бережно относится к моим бренным останкам и не разломаете мне кости, пока отрываетесь по полной программе.

На меня уставились четыре пары неистово горящих глаз.

— Мы обещаем, Гайдэ, — хрипло отозвался, наконец, Ас. — Мы сделаем все, чтобы ты не пожалела об этом. И мы будем ждать тебя снова. В Тени. Ждать, когда ты нас позовешь.

— Зачем же в Тени? Ждите здесь. Какая вам разница, где бить баклуши? А тут хоть кино есть, — я со смешком покосилась на "экран". — С ним вам не будет так скучно. Только, чур, не подсматривать, как я по кустам хожу!

Они дружно кивнули.

— Вот и договорились, — облегченно вздохнула я и окончательно проснулась.

Как ни странно, на этот раз никакой слабости я не почувствовала. Ни перед пробуждением, ни сразу после него. И даже когда встала, никаких последствий вчерашних геройств не ощутила, не смотря на то, что забывшиеся Тени подвергли мое тело серьезному испытанию. Напротив, я очень хорошо отдохнула, набралась сил и вообще не поняла, что большую часть ночь смотрела увлекательное шоу "Как я был мною". Короче говоря, все оказалось гораздо лучше, чем я ожидала.

Правда, Лин и Мейр не преминули меня отругать за длительные ночные прогулки, но я от их ворчания я отмахнулась: мне было слишком хорошо и слишком приятно от мысли, что я хоть что-то в этом мире сделала правильно.

Этим утром мы втроем прикончили остатки моих невеликих припасов, хотя я искренне надеялась, что их хватит до конца пути. Однако кот и оборотень на пару поглощали такое неимоверное количество продуктов, да и я на свежем воздухе стала на редкость прожорливой, что уже сейчас пришлось задуматься о проблеме добывания пищи. Иными словами, об охоте. Правда, Мейр заверил нас, что непременно возьмет на себя эту нелегкую обязанность, но если с мясом все обстояло не так уж плохо, то хлеб и соль все равно заканчивались. А это значило, что в скором времени волей-неволей, а придется-таки заворачивать к людям.

Собравшись и изрядно облегчив мой походный мешок, мы в неплохом темпе двинулись на восток. Направление, разумеется, задавал Мейр, как опытный лесной житель, мы с Лином безропотно следовали за ним, хотя шейри постоянно сверялся со своими ощущениями и все время норовил поправить оборотня. Дорог здесь, как оказалось, не было — одни звериные тропки, по которым примчался сюда мой Хранитель, но Мейр заверил, что скоро будет и нормальный тракт… ну, относительно нормальный, потому что Валлион мы уже оставили за спиной… по которому идти будет не в пример легче, чем по лесным чащобам.

Меня этот факт порадовал, но как-то вскользь: большую часть времени я вспоминала ночные приключения и раздумывала над тем, как бы половчее их повторить. О Тенях пока говорить попутчикам не стала — еще неизвестно, куда заведет меня моя доброта. Однако внутри уже поселилось и стойко обосновалось чувство, что с этой четверкой я не прогадала. И если найду способ наладить с ними отношения, то лучших стражей и выдумать будет нельзя. А если они мне еще и поверят, перестав воспринимать властной хозяйкой, то и вообще прекрасно. Мне здесь друзья нужны, а не рабы. И друзья преданные, верные, на которых можно положиться. И Тени, как и Мейр, стать такими друзьями могли, поэтому я без устали ломала голову над тем, как же им помочь.

Примерно к полудню Мейр вывел нас на узкую проселочную дорогу — кривоватую, вихлястую, неровную, заросшую травой и разительно отличающуюся от Заброшенного Тракта в худшую сторону. Еще через час… то есть, через оборот… мучений и нескончаемого ворчания на местных дорожников, впереди показалась такая же кривая и неказистая развилка. А когда Мейр уверенно на нее свернул, я, наконец, начала догадываться, что мы приближаемся к какому-то селению.

Еще через дюжину мин кривая дорожка вывела нас на пригорок, где лес, как оказалось, заканчивался и начиналась уютная ложбина, в которой, как вишенка на торте, устроилась небольшая (всего в два десятка домов) деревня. Насколько я смогла разглядеть, дома были сплошь деревянными, бревенчатыми, срубленными максимально просто, чтобы меньше было возни. Окон почти нет — в лучшем случае, одно приютится на стене, да и то крохотное. Крылечки низенькие, а то и вовсе отсутствуют. Крыши плоские или чуть приподнятые "домиком", но крыты не черепицей, а соломой или дранкой. Улица всего одна, разделяющая деревню на две одинаковые половины. Возле парочки дальних домов я заметила колодезные "журавли", смутно удивившись, что здесь не приято иметь свой источник воды на каждый двор. Потом увидела первых жителей и как-то сразу погрустнела: облачение местных жителей вгоняло меня в тоску и уныние. Да и как тут не загрустишь при виде парочки заросших до бровей мужиков в грубых холщовых рубахах, подвязанных на поясе простой веревочкой, в стоптанных сапогах далеко не первой молодости и со взлохмаченными шевелюрами, которые лет десять не знали никакой расчески? Или при виде длинных коричневых платьев женщин, которые доходили до щиколоток и прятали такие же стоптанные, как у мужиков, башмаки? Но и это еще было бы ничего, если бы сверху на них не были надеты некие подобия монашеских ряс, которые полностью закрывали грудь и шею и которые, на манер намета, надежно прятали под собой волосы.

М-да-а…

Я покачала головой: в таких условиях мне, пожалуй, будет трудновато затеряться. И еще труднее смириться с уготованной ролью покорной овцы, которой нельзя даже глаз от земли поднять без разрешения.

— Пожалуй, тебе не стоит со мной идти, — неожиданно сказал Мейр, остановившись на пригорке.

Я хмуро кивнула.

— Мне тоже так кажется.

— Не волнуйся, я скоро. Хлеба только спрошу и поищу старосту, чтобы узнать насчет дороги.

— Давай. Мы с Лином здесь подождем.