Игры богов

Сев за кухонный стол, молодой человек решил заняться работой и разложил чертежи. Вид здания спереди и сбоку, поэтажный план…

Быть может, все дело в их ссоре? Когда Нил вспомнил все то, что он сказал Элис, ему стало плохо. Ничего удивительного, что она так огорчена! Но потом ему пришло в голову, что, если бы причина заключалась в их ссоре, она ни за что не пришла бы к нему. Нет, судя по всему, дело в чем-то другом, происшедшем уже после их расставания. В чем-то еще более ужасном.

Если бы только Элис рассказала ему, что случилось!

Нил открыл кран, смыл карандашную стружку и вернулся к столу. Вид спереди. Что он собирался написать здесь? Ничего, он обязательно все вспомнит. Нил еще раз посмотрел на вид сбоку, затем на поэтажный план. Что-то не так! Сочетание линий и цифр на чертеже, лежавшем на столе, не желало открываться ему, скрывало свой смысл, словно книга на иностранном языке.

Элис сказала, что она боится. Она не злилась, не была обижена — она чего-то боялась. Но что могло ее так напугать? Нил решил, что девушка и сама все ему расскажет, когда будет к этому готова. Или не расскажет?

Он вновь стал рассматривать чертежи и наконец понял, что его смущало: эти чертежи относились к проекту, который он закончил еще прошлым летом.

«Вот дурень! — выругал он себя. — Как можно было все перепутать? Иди и возьми то, что нужно, в сумке. Ну делай же что-нибудь!»

Однако он так и не встал, не отложил ненужные чертежи, а лишь сидел и смотрел на них. Держал в руке карандаш, но ничего не писал.

Спустя некоторое время он услышал, как Элис поднялась с постели и прошла в ванную. Некоторое время спустя она зашла в кухню. Ее мокрые после купания волосы безжизненно свисали вокруг напряженного лица, на ней были ее джинсы и футболка, которую ей дал Нил.

— Извини… — начала она.

— Не стоит, — перебил ее Нил. — Тебе не за что извиняться.

— Спасибо за чай, — произнесла Элис. — И за то, что разрешил мне остаться. Ты настоящий друг! Я тебя недостойна.

— Пожалуйста, не говори так! Ты достойна… ты достойна всего на свете. Всего самого лучшего.

— Неправда, — покачала головой девушка.

— Элис…

— Не говори ничего. Ты не знаешь, что произошло…

— Так расскажи же мне! — воскликнул Нил.

— Не могу. Тебе будет за меня стыдно.

— Элис, что бы ты ни сделала, мне не будет стыдно, поверь!

Но Элис лишь покачала головой.

— Послушай меня, — проговорил Нил. — Сегодня прекрасный денек, почему бы нам не пойти на прогулку? Давай сходим в ближайший парк. Это поможет тебе развеяться — гулять все равно лучше, чем весь день сидеть в четырех стенах.

— Ты пойдешь со мной? — спросила Элис.

— Ну конечно же, пойду, — подтвердил Нил.

— Ты не обязан этого делать — я и так причинила тебе столько неудобств. Я вижу, ты работаешь…

— Не говори глупости, — возразил Нил. — Работа — это всего лишь работа. Пойдем, тебе понравится.

Вначале прогулка действительно понравилась Элис. Солнце пригревало так сильно, что Нил вышел в одной джинсовой куртке поверх рубашки, а Элис оставила в квартире свое зимнее пальто и надела вместо него свитер Нила. Они почти не разговаривали, но так было всегда, и в их молчании не чувствовалось никакой неловкости. Нилу отчаянно хотелось взять Элис за руку, однако он чувствовал, что сейчас она еще не готова к этому, и потому сдержался. Но он все равно наслаждался тем, что идет рядом с Элис. И пусть в этой прогулке не было ничего особенного: ничем не примечательные жилые улицы, уродливая громада старинного муниципального здания, одна из центральных улиц с неизменными забегаловками и агентствами по недвижимости, при виде которых сразу пропадало желание селиться в подобном месте. Вокруг спешили по своим делам люди, в том числе немало парочек, и, глядя на них, Нил размышлял, станут ли когда-нибудь они с Элис такой вот парой. Ему стало стыдно за себя, что он задался этим вопросом в такой неподходящий момент, но он ничего не мог с собой поделать. Ему так хотелось взять Элис за руку, что он даже сунул руку в карман, чтобы удержаться от соблазна.

У ворот парка Элис остановилась и очень серьезно посмотрела ему в глаза. В этот миг Нил осознал, что она никогда еще не смотрела ему в глаза: разговаривая с ним, Элис обычно обращалась к некой точке, расположенной в воздухе над его плечом.

— Что? — спросил он.

— Мне надо поговорить с тобой, — сказала девушка. — Я хочу рассказать тебе о том, что произошло вчера.

— Хорошо, — ответил Нил.

Элис положила руку на парковую ограду. Казалось, она сдерживает себя.

— Все это ужасно, — сказала она.

— Понимаю, — произнес Нил.

— И я сама во всем виновата. Во всем.

— Я уверен, что ты…

— Я виновата, — настаивала Элис.

Нил кивнул.

— Эта история как бы разбита на две части. Первая… первая плохая, мне даже не хочется тебе о ней рассказывать. Но я должна это сделать, ведь без первой части я не смогу рассказать тебе вторую, а я должна…

Элис запнулась.

— Ты ничего мне не должна, — напомнил Нил.

— Должна, — сказала девушка. — Я должна рассказать об этом кому-нибудь, а ты единственный человек, с которым я могу говорить на такие темы. Итак, во-первых, я целовалась с Аполлоном.

— Ничего страшного, — ответил Нил. — Пустяки.

— Ничего это не пустяки, — возразила Элис.

Она отпустила ограду и протянула руку, и Нил подумал было, что она коснется его руки или даже лица, но в следующее мгновение свет солнца исчез и подул неизвестно откуда взявшийся холодный ветер — словно их разом подняли в воздух и бросили в совсем другой день.

— Черт, что за… — пробормотала Элис, поднимая голову.

Нил тоже посмотрел на небо и увидел разом сгустившиеся свинцово-черные тучи, которые клубились и клокотали, словно это были не просто тучи, а какой-то яростный водоворот, который собирался их поглотить. А потом он увидел среди туч лицо старика, искаженное гневом. Прогремел оглушительный раскат грома — Нил еще никогда не слышал такого грохота — и прямо на них полетела стрела молнии, как будто направляемая неведомым разумом, который искал и нашел их.

21

Открыв глаза, Элис с удивлением обнаружила, что лежит на земле у ограды парка под проливным дождем. В ее ушах стоял пронзительный вой автосигнализации — казалось, она сработала на всех машинах на расстоянии в несколько миль. Девушка никак не могла понять, что же случилось, но произошло явно что-то необычное — иначе она не лежала бы здесь. Не то чтобы ей было плохо: по правде говоря, ей вообще было никак. Элис решила, что находится в шоке — но отчего это произошло, определить было сложно. Затем она подумала, что, должно быть, где-то поблизости ударила молния.