Игры миров
Шрифт:
– Противники Зверя Непобедимого! Есть ли у них шанс?! – Продолжал ведущий. – Встречайте, команда крепости Хурс! Новички этого года, которым посчастливится сразиться с настоящим бойцом!
Терион, наконец, отвернулся, и Даша облегченно вздохнула, сердце билось часто-часто, в ушах звенело.
На арену вышло шесть человек. Пять рослых здоровяков в желто-коричневой форме игроков и худощавый парень с двумя бластерами наизготовку. Еще у двоих были мечи, один стрелял из арбалета. У оставшихся, как оказалось, способности исключали необходимость оружия: один «стрелял» огнем, другой – мог управлять воздушными потоками и летать. Ведущий назвал состав команды, перечислил имена.
– Поразительно! – Изумленно воскликнул Джокер. – Как можно выстоять одному против стольких сразу?!
Сирх хмыкнул, но ничего не сказал.
Ведущий отдал команду, и сражение началось. Даша пожалела, что смотрела, но оторваться она не могла.
Все шестеро напали сразу. Они делали это грамотно, четко, комбинируя
– Надеюсь, на Играх не будет профессиональных бойцов. – Прошептал Джокер. – Уж лучше лабиринты и пауки.
Противники Териона погибали один за другим. Он дразнил их какое-то время, а потом быстро и жестоко убивал на радость толпе. Воин выбил у худощавого стрелка бластеры, тот испугался и обратился в бегство. Парень бежал по направлению к секторам игроков, поэтому Даша видела его перекошенное лицо, растерянные глаза, а когда он приблизился – прочла в них такое безумное нежелание умирать… Сердце дрогнуло, Рия с силой сжала кулаки. Зверь настиг свою жертву у самых ограждений. Терион схватил парня, чуть помедлил, поймав перепуганный Дашин взгляд, и свернул жертве шею, бросив труп «к ногам» девушки. У Рии оборвалось что-то внутри. Игрок снова вернулся к сражению. Но Огненная леди никак не могла прийти в себя. Широкая ладонь Сирха накрыла ее сжатые кулаки. Прикосновение оказалось очень нежным, но уверенным и успокаивающим. Страх ушел, будто Сирх закрыл своей ладонью всю Дашу, оградив от дурных переживаний. Постепенно девушка расслабила пальцы, воин чуть погладил их, а потом легонько сжал. К этому моменту на арене в живых остался только Непобедимый Зверь.
Глава 13
Секрет «Колизея» при крепости Арон был скрыт глубоко под землей. Наверху располагались только сама арена и зрительские места, а внизу находились больница, морг, небольшой крематорий, а также множество технологических уровней, складов и, непосредственно, дополнительных площадок, чтобы строить пространство для Игр. В лабиринтах подземных тоннелей скрывались бункера мастеров, распорядителей, а также других важных лиц на случай, если что-то пойдет не так. Правда, серьезных происшествий не случалось на Арене уже более сотни лет, потому убежища использовались как апартаменты для отдохновения влиятельных персон. Именно туда через тайный вход на парковке для летательных аппаратов привели Эйлис. Девушка чувствовала себя в полусне из-за укола, который сделал врач, однако мысль о том, что придется спуститься так глубоко под землю – ужаснула. Ей казалось, что все эти тяжеленные пласты пород непременно сложатся, словно расплющенный слоеный пирог, и раздавят ее. Наложница начала задыхаться от приступа клаустрофобии, но старалась не подать виду, так как еще одного укола не хотелось. Вероятно, стресс вызвал психологическое расстройство. Девушку привели в небольшую, но роскошно и со вкусом обставленную комнату, где ее ожидала служанка с подносом с едой и новой одеждой. Невысокая смуглая женщина в простом длинном платье поклонилась:
– Приветствую вас, госпожа, мы рады, что вы уцелели. Господин пока не может покинуть арену, вы знаете, что уход с выступления будет знаком большого неуважения для гостей. Побудьте пока здесь, отдохните. Желаете, чтобы я помогла вам?
– Нет. И двух вампиров с собой заберите, пожалуйста, – произнесла Эйлис. Служанка вежливо поклонилась, все вышли, оставив девушку одну.
Значит, Лекс не может прервать ради нее просмотр шоу? Ну, что ж… Наложница равнодушно оглядела комнату. Раньше ей нравилась роскошь, но теперь все это убранство казалось чужим и холодным. Приступ паники потихоньку отпускал, но на душе было, мягко говоря, неспокойно. Эйлис молча, механическими движениями сорвала с себя одежду, перепачканную в крови и грязи, отбросила ненавистную в этот миг вуаль и медленно, еле переставляя ноги, поплелась в ванную. На запястье и ладонь наложили специальные непромокаемые повязки. Ушибы и порез на лбу обработали мазью, боль почти отступила. Но сказывалась потеря крови, потому девушка чувствовала сильную слабость. Контрастный душ оживил немного. Эйлис долго стояла под струями воды, пока не замерзла, наконец, вышла, облачилась в хитрый из алой, похожей на атлас, ткани халат-кимоно, который должен был служить торжественным платьем. Наложница опустилась на кровать и замерла. Мысли путались, медленно кружили вокруг, но ни одна не могла захватить внимание. Дверь с легким шипением отворилась, в комнату вошел Лекс в парадном мундире. И тут Эйлис по-настоящему очнулась. Только сейчас она сообразила, что видит повелителя в первый раз после
того, как он собирался ее убить. Вспомнила про танцовщицу, про ревность и обиду, про свое положение рабыни и запрет прикасаться к кому-либо, который накануне был нарушен Киром несколько раз. Эйлис не знала, хочет ли она видеть Лекса после произошедшего и боится ли его. Но сейчас девушка боялась только за воина, спасшего ей жизнь. Правитель Арона за несколько уверенных шагов пересек комнату, подошел к Эйлис, захватил в крепкие объятья, целуя губы, щеки, царапину на лбу. От нежданной нежности и страсти, которую проявил Лекс, сердце девушки дрогнуло, все обиды и переживания отступили на второй план. Только сейчас она поняла, что дрожит, а слезы сами текут по лицу. Но правитель прервал поцелуй, немного грубо прижал Эйлис одной рукой к себе, а другой – поднял подбородок, заглядывая в глаза. Девушка увидела в его взоре закипающий гнев.– Почему от тебя пахнет другим мужчиной, Эйлис? – Почти прорычал мужчина.
Она будто протрезвела, сердце наполнили горечь, обида и злость.
– О, мой господин. – Проговорила наложница тихо, но твердо. – Я так ждала встречи с вами. Так хотела увидеть вас даже после того… что произошло. А сегодня я безумно испугалась, что больше не увижу вас никогда. И я думала… – Голос дрогнул, но Эйлис взяла себя в руки. – Я несу на себе множество запахов ныне. Эша, что окутал меня волшебным туманом и защитил от верной гибели во время взрыва. На мне следы запаха гари, пыли, страха и отчаянья. Черных тварей, что окутали меня своими щупальцами и тащили во тьму. Демонов, что хотели разорвать меня на части. И, конечно, того человека, что, почти потеряв жизнь, спас меня несколько раз всего лишь за полчаса.
Он закрывал меня своим телом, когда мы провалились под землю и на нас сыпались камни, он стал живым щитом, когда кинжалы тьмы должны были превратить меня в решето. Но моя бесполезная в этом мире способность в первый раз помогла. Я смогла создать волшебный круг, а потом вернуть долг человеку, благодаря которому я вижу вас снова. И, признаюсь честно, я ждала от этой встречи чего угодно, кроме вашего вопроса! – В последней фразе было много искренней горечи, которая будто обожгла правителя. Глаза его потемнели, но лицо оставалось устрашающе спокойным. Эйлис выдержала его взгляд. Теперь она больше не сдастся без боя. Никогда. В дверь постучали.
– Господин! Пора!
Лекс бросил назад разраженный взгляд и снова, прищурившись, уставился в глаза девушке. Пальцы мужчины сжали ее горло так, будто он собирался вырвать трахею.
– Возвращайся в крепость. – Произнес он ледяным тоном. – Тебе нечего здесь делать.
Он отпустил захват и двинулся прочь. Эйлис рухнула на кровать, схватившись за горло, на котором моментально проступили синяки. Девушке внезапно стало очень холодно, но когда Лекс вышел, она улыбнулась.
Эйлис пробыла в странном ступоре до своего возвращения «домой». Сил не было даже на мысли. Но когда увидела свою комнату, огромную, застланную золотым покрывалом кровать, почувствовала такое отвращение и ужас, что чуть было, не бросилась бежать, куда глаза глядят.
Переборов себя, села на широкий подоконник, глядя в окно, выходящее во внутренний сад. Глубоко вздохнула…. Странная штука – жизнь. Еще недавно Эйлис даже и представить себе не могла, что такие мужчины как Лекс – реальны. Он казался ей самым лучшим, подобным богу. И так удивительно было, что он выбрал простую земную девушку из сотен красавиц. Эйлис никогда, никогда в своей жизни не могла в глубине души понять, за что ее можно любить, и поверить, что ее вообще может полюбить достойный мужчина. Потому и выбирала подсознательно тех, кто обладал каким-то изъяном, надеясь, что рядом с таким человеком покажется хоть чуть-чуть лучше, а он сможет ее оценить, восхитившись этим «чуть-чуть».
Но Лекс… Он был намного лучше, потому просто не мог испытывать к девушке серьезного чувства. Несмотря на это, Эйлис возвела правителя на пьедестал и поклонялась ему, отдавая все без остатка. Однако все разрушило поведение Кира. Игрок даже не видел лица девушки, но, не колеблясь, отдал за нее жизнь. В личной вселенной Эйлис до нынешнего момента подобное было просто невозможным. Кир совершил чудо. А что, по сути, сделал Лекс? Обращался с ней сразу, как полноправный хозяин со своей вещью. И ни одной попытки завоевать. Даже от нападения не смог защитить, несмотря на всю свою силу. В этот момент его не было, он сидел в своей шикарной ложе на Арене, любуясь, скорее всего, молоденькой танцовщицей. Почему даже сейчас, после всех обид Эйлис выбрала бы мерзкого Лекса, а не достойнейшего Кира? Вероятно, правитель тоже оказался с изъяном. Цикл замкнулся.
Голова разрывалась от мыслей и от боли. Девушка рыдала на окне, не замечая ничего вокруг, постепенно стемнело. Сил, плакать и думать, больше не было. Холодная пустота внутри. Эйлис обхватила колени, пытаясь хоть немного согреться, и незаметно заснула.
Разбудило девушку нежное прикосновение к лицу. Кто-то осторожно убирал спутанные пряди со лба. Потом сильные руки подхватили ее и куда-то понесли. Эйлис открыла припухшие глаза, пытаясь спросонья понять, что происходит. Комнату освещал лишь мягкий лунный свет, он ложился на черты лица Лекса, делая их более нежными. Девушка положила ладонь на небритую щеку. Мужчина поцеловал повязку на ее руке.