Игры ночи

Теперь же, даже завладей Ротан узором, подчинить ведьму-вампира, не будет так просто.

У них, определенно, были проблемы. Вот только, девушка не знала еще, как это коснется ее самой. И это не добавляло радости в перспективу.

Вздохнув, она закрыла глаза и села на пол, начиная искать по-новой. Но, Ротан отвлек ее, кладя свою руку на плечо Элен.

– Сейчас нет времени, потом посмотришь.
– Он вынудил ее подняться.
– Сегодня у нас вечером другие планы. И, возможно, мы сможем больше узнать о том, кто был с Сириной.

И Саманта, и Хелен, вопросительно посмотрели на вампира.

Мужчина усмехнулся.

– Сегодня ночью, мы пойдем в гости. Нас хотят попросить об одолжении. Уверен, Хелен, дорогая, тебе будет весьма интересно...- Улыбка колдуна перешла в ухмылку.

***

Макс устал.

Он нормально не отдыхал уже трое суток. Но, не собирался погружаться в сон в доме Аристарха.

Конечно, можно было бы отправиться к себе. Строго говоря, тут его не держали.

Но, у вампира было, что сообщить другу. Карл не поскупился в благодарности, щедро делясь всей доступной ему информацией. А, как оказалось, очень много можно было узнать, просто мучая кого-нибудь в непосредственной близости от своего создателя, тот просто не обращал внимания на тех, кто и что делал рядом.

И, потому, безумный вампир, сейчас и материализовался в зале замка Михаэля, отчего-то, совсем не подумав предупредить самого хозяина об этом. Не то, чтобы в таком была необходимость. Они все трое обменивались кровью. Михаэль мог спокойно почувствовать, что союзник рядом, не так ли? Так о чем мы говорим?

Но, как оказалось, предупреждать стоило, и не столько ради Михаэля, сколько из-за спокойствия самого Максимилиана.

Однако, дьявол всех раздери, он даже не думал, что натолкнется на эту Сирину!

Нет, ну вот отчего ему так не везет?!

У светловолосого вампира родилось интересное предположение о том, что именно сделает с ним Михаэль, когда окажется в этом зале через несколько мгновений.

А в том, что мастер уже мчится сюда, сомневаться не приходилось.

Дьявол! Как же это все было неудачно!

Девушка с интересом смотрела на него, чуть склонив голову к плечу.

– Привет.- Наконец, произнесла Сирина, приветливо улыбаясь.

Впервые в жизни Максимилиан растерялся. Неужели, ее не предупредили?!

Да нет, маловероятно, чтобы Михаэль не просветил свою ненаглядную Сирину о том, что с ним не то, что разговаривать, в одной комнате лучше не находиться. В конце концов, для его друга не было секретом, как именно Макс предпочитает обходиться с женщинами...

И, пусть он не сделал бы ничего подобного, имея доказательства того, сколь много эта черноволосая девица значит для Михаэля, все равно, видеть женщину в такой близости - было равносильно тому, что помахать красной тряпкой перед носом у разъяренного быка. Его тьма, его безумие, мирно дремавшее после наслаждения, полученного от виды корчащийся Лейлы, приоткрыло веки, с интересом разглядывая ту, что с не меньшим вниманием, изучала его.

– Привет.
– Со странным чувством неуверенности в правильности данного поступка, ответил он. И зажал в руке цепочку. Жаль, что колокольчик потерялся вчера, он не отказался бы от боли посильнее в этот момент.

Сирина встала с пола, где сидела до этого, у кучи каких-то, определенно, сломанных, вещей, разбирая обломки. И чуть приблизилась к Максу.

АД!!

Ей, совершенно точно, не стоило этого делать!

Максимилиан отступил назад, ощущая, как поднимается в нем тьма, требуя новой боли, и ему было безразлично, чья это будет боль. Рука сжалась, заставляя серебро впиваться, прожигая мышцы.

Очнись, придурок! Ты, кажется, собирался ее защищать, попроси Михаэль о подобном?! Так стоит сделать это прямо сейчас, покинув зал, избавляя Сирину от своего присутствия...

Удар бил его с ног, и Максимилиан почувствовал облегчение, ощущая, как с силой врезается в стену.

– Благодарю, - прохрипел он, разорванными от компрессии, легкими.

– Всегда, пожалуйста.
– Мрачно ответил Михаэль, закрывая собой от него девушку.

– Я не обижу ее, Михаэль, обещаю.
– Макс слизнул кровь, струящуюся по лицу. И твердо выдержал взгляд друга, пока тот, пристально рассматривал помятого вампира.

Наконец, выяснив что-то для себя, Михаэль кивнул, немного расслабляясь. Однако, ни на шаг, не меняя своей позиции.

Вот только, похоже было, что сама Сирина не очень согласна с подобной опекой. Привстав на носочки босых ног, и поцеловав любимого в шею, девушка увернулась от рук вампира, и выступила вперед.

– Сирина.
– Михаэль потянулся, намереваясь вернуть ее обратно, но девушка лишь рассмеялась.

А Максимилиан... что ж, он как дурак, стоял и просто смотрел, не зная, что стоило делать ему в этот момент. Но, как и Михаэль, не уверенный в том, что ее приближение было такой уж хорошей идеей.

– Он твой друг, ведь так, Михаэль?
– Весело произнесла Рина, продолжая рассматривать вампира.

– Я бы не стал так громко утверждать...
– Попытался возразить тот ей.

Но девушка прервала его.

– Я чувствую, что это так, Михаэль. Ты переживаешь за него. Вот здесь.
– Ее ладошка легла поверх груди мужчины. Хоть сама Сирина и не обернулась.

Максимилиан не смог сдержаться от ухмылки, впервые наблюдая, как Михаэлю заткнули рот. И многозначительно поднял бровь, встречаясь глазами с союзником. Михаэль просто убивал ответным взглядом.

Как много интересного сумасшедший сегодня узнал, однако.

И это, было приятно, черт возьми!

Да, чертовски приятно знать, что кто-то переживает о тебе!

О, только он не будет об этом им сообщать. Ну, уж нет, увольте.

Он же безумец. Ему не до сентиментальных чувств лишь от того, что кто-то, по-настоящему, считает Макса другом. Совсем не до них...

Не то, чтобы его заботило волнение Михаэля... Они никогда не говорили о таком... Но, ... Макс впервые задумался о том, как много значат в его жизни друзья...

– Я хочу, чтобы он был и моим другом.
– Не обращая внимания на их безмолвные острые взгляды, проговорила Рина.

Эффект от ее слов, можно было, пожалуй, сравнить лишь с взрывом водородной бомбы... Во всяком случае, так, как Макс представлял себе этот взрыв.

– ЧТО?!
– Заревел Михаэль, дергая за руку любимую, притягивая ее к себе.
– Никаких друзей. Тебе будет достаточно и меня, Сирина.
– Непоколебимо заявил он, немного успокаиваясь от того, что она надежно была зажата в его "объятиях".