Игры разума
Шрифт:
Они лживы.
«Вот и Вы», говорю я. Я стою перед Адамом, специально закрывая его от этих трех кровопийц. Справа темные волосы – осторожные движения, слишком много мышц, не успеют они. Сэнди блондин в середине, пряча ствол, попытается не подвергнуть рукоприкладству, т.к. он зависит от своего оружия. С щетиной слева – тощий, плавные движения, вот он – моя самая большая проблема.
Они останавливаются напротив меня, а я так и не могу понять, за кем из нас двоих они пришли.
«Джеймс не говорил, что мне будет нужна помощь», говорю я. Их глаза мелькают друг на друга, этого достаточно. Они точно не с Кейном.
Сэнди блондин со своей пушкой улыбается, показывает свои белые зубки: «Да, конечно. Мы заберем Адама с собой». Опа. Они знают, кто он такой.
«Чего?», говорит Адам, его голос обрывается на полуслове, как будто что-то в горле застряло.
Значит, Кейн не посылал их, и я не их цель, зато сейчас они хотя бы знают, что я с Кейном. О, спасибо, какое облегчение. Я действительно должна быть разбита, если вся эта ловушка с людьми, кому нужен Адам, лучшее что вообще могло произойти со мной. «Он ваш. Только для начала назовите пароль».
«Пароль?» Мистер брюнет с мускулами заговорил, и я надеялась, только он задаст этот вопрос, он тихий.
Я смеюсь «Да я прикалываюсь. Я лишь немного хотела поиграть со словами. Неужели не смешно? Ну ладно, как хотите».
Тощий не улыбается. Он не переставал пялиться на меня, изучал все это время, и даже зная, что они здесь не за мной (почему, ты тупой мальчишка, что насчет тебя?), я знаю, что тощий уже и меня забрать рад, если только он разгадал мою загадку, как я пыталась разгадать Адама.
Тощий расхаживает. «У нас тут намечается поездочка для тебя, там, в углу стоит черный Седан.
«Отлично». Я вытягиваю руки, показывая, что я измученная и готова ко сну.
«Что, черт возьми, здесь происходит?» Спрашивает Адам, его голос нервный. Он все еще надеется, что это какой-то запланированный розыгрыш. «Я ни с кем никуда не еду».
«Было приятно познакомиться, ребятки», говорю я, кручу сумочку, потом кидаю ее в Сенди блондина с пушкой, опускаюсь на землю и вытаскиваю нож из ботинка.
Мускулистый поздно одупляется, перед тем, как осознать, что происходит, оказывается на земле и кричит, хватая свою порезанную правую ногу. Игра окончена. Блондин вертит в руках мою сумочку, наконец, бросает ее и выхватывает ствол. Я режу его правое предплечье. Он не сможет прицелиться левой – но где же этот тощий? Я не вижу его нигде.
Все постепенно падает сейчас! Я слышу какой-то шепот, легкий ветерок, потом щелчок сзади, швыряю свои ботинки и хватаюсь за челюсть блондина. Оглушенная, недостаточно задержав его; Сенди ругается, потому что его пушку кто-то вытянул. Я встаю на ноги, хватаю его за руку (пистолет валяется на земле), какой-то непонятный хлопок по коленке. Неправильный треск. Сейчас двое из них не смогут преследовать нас, один уже позади.
Руки обхватывают меня сзади, мою талию, и мой нож не помешает сейчас (плохо, плохо, плохо – я недостаточно хороша для этого, я знала, что вся проблема в тощем). Хлопнуть его по голове? Не, он это предвидит. Я хромаю и в нескольких дюймах поскальзываюсь, освобождая локоть, не действует, но все же что-то. Я сжимаю нож у его бедра, проклиная его, он не повалит меня, только стоит сжать руку, и я потеряю нож.
Кто-то пронзительно кричит – это Адам, он все
еще здесь, я вообще о нем забыла, я поворачиваюсь и вижу, что он подымает с земли пистолет. Тощий собирался сделать это, но сейчас Адам опередил его, и если честно, я не знаю, хорошо это или плохо, потому что его рука так дрожит, что он может замочить любого из нас, я все-таки лгала, Я не хочу умирать, не хочу, черт возьми, действительно не готова умирать.Тощий пытается подняться, толкая себя об стену, но Адам вскрикивает: «А ну назад! И ты тоже». Он направляет ствол на нас, и весь дрожит, о боже, пожалуйста, серые глаза не убивайте меня. «Убей ее, сейчас же!»
Тот, который с щетиной поднимается, но не отпускает меня, - он так сильно меня сжимает, что не могу дышать, мелькает перед моими глазами. Пожалуйста, не стреляй в меня, Адам. Я хочу догадаться, понять, почему ты оказался в этой ловушке. Я снова хочу увидеть Эни. Джеймс с ума сойдет, если я умру. Я больше никогда с ним не станцую.
«Та расслабься ты», говорит щетинистый.
– «Меня зовут Коул, и мы здесь не затем, чтобы навредить тебе».
«Оставь ее в покое!»
«Адам, опусти пушку. Она единственная, которая желает тебе зла».
«Тогда зачем ты напал на нее?» Голос Адама пронзительный, скрытый паникой. О мои ребра, ребрышки, как же они болят.
«Ты мыслишь неразумно сейчас», - говорит Коул. «Он первая начала. Мы пришли, чтобы помочь тебе, а она атаковала нас».
«Но пистолет был у вас, а не у нее!» Он нервно им машет.
«А у нее был нож, у нее больше оружия в сумочке. Мне нужна твоя помощь. Осторожно опусти пушку и положи мне в карман, это лишь для оглушки. Он незаряженный, я использую его как приманку, если девчонка вдруг будет опасна, и мы сразу уйдем, и все будут в безопасности. Я даю тебе слово!»
Ненавижу такие пистолеты, просто терпеть не могу. ДА ОТПУСТИ МЕНЯ УЖЕ. Я пытаюсь двинуться и толкаю головой его подбородок, ведь его внимание повернуто к другому. Его руки освобождаются и это все, что мне необходимо. Я вырываюсь, и вот я свободна, моя рука высвобождена из его кармана и убегаю (боже эта боль, эта боль).
Но Коул не гонится за мной, он забирает у Адама пистолет. Теперь у него в руках оружие. Я падаю сильно на землю с каким-то треском, раздается выстрел в ногу, теперь понятно, что пистолет заряжен, он повален на землю, но не на долго, я приподнимаюсь и сжимаю пистолет у его груди, он трясется, и я останавливаюсь до тех пор, пока его глаза уйдут в сторону.
Черт, Адам – где Адам, пистолет выстрелил! Где же Адам? Он должен быть в порядке. Вот я вижу его, прижимающегося к стене, лицо белое от ужаса. Мой взгляд касается его тела. Нет ни крови, вообще нет крови нигде, о, слава богу, он не ранен.
«Ты в порядке», говорю я, но не до конца успокоившись, поворачиваюсь к Сенди, у которого замечаю телефон, что ж и его оглушаю ударом. Он упал быстрее, чем Коул. Темные волосы седеют, и наступает шок, держится за ногу, такой немощный, и вокруг уже ничего. Ему следовало больше тренироваться. Я поднимаю сумку с земли и ложу туда пистолет, и снова оборачиваюсь к Адаму. Он пялится на меня с ухмылкой. Ну да, почему бы не посмеяться надо мной? Я показала все, на что я способна. Я чувствую себя, словно я потеряла что-то, но это ведь глупо. Я потеряла все уже много лет назад.