ИММОРТЕЛИ

Ее сыны, семью позабывая,

Вверяются мечтаньям вновь и вновь!..

Нам дорого и свято лишь чужое,

Отрадна нам лишь качка корабля!

Взгляни... в волнах сокрылось все родное,

Передо мной лишь чуждые края!..

Сын Генуи могуч в пути далеком,

Возврата нет в веселый край родной!..

И вечно в даль зовет приветным оком

И слава, и любовь, и смерть в волне морской!..»

СРЕДИ ВРАГОВ

(По цыганской пословице)

Мой черед... На месте лобном

Петля страшная висит,

Молча в нетерпеньи злобном

Вкруг толпа врагов стоит;

Молча с бородою красной

Встал палач передо мной,

Но смеется разум мой:

«Все я знаю, все — напрасно!»

Я смеюсь, в лицо врагу

Я кричу: «Я жил, страдая,

Непрестанно умирая,

Умереть я не могу!..

Сотни раз живой скелет,

Жалкий червь во тьме могилы —

Вновь я жизнь и дух, и свет,

И дыханье новой силы!..»

К ГЛЕТЧЕРУ

Посвящ. А. Белому

Так в полдень бывает, лишь в горы

Поднимется лето, как мальчик

Со взором усталым и жгучим,

И с нами беседу заводит,

Мы речь его видим, но знойно

Дыханье малютки, так знойно.

Как ночью дыханье горячки!..

И ель, и ледник, и источник

На лепет его отвечают,

Но мы их ответ только видим!

Со скал низвергаясь в долину,

Колонной дрожащею встанет

Вдали водопад, и темнее

Мохнатые кажутся ели;

Тогда меж камней, льда и снега

Вдруг свет засверкает знакомый,—

Не так ли у мертвого очи

Нежданно блеснут на мгновенье,

Когда его нежно малютка,

В слезах обнимая, целует...

И взор угасавший промолвит:

«Дитя, я люблю тебя крепко!»

Все шепчет вкруг, страстно пылая:

«Дитя, тебя крепко мы любим!»

А он, этот нежный малютка,

Со взором горячим, усталым,

Целует их, полный печали,

И греет последнею лаской,

И шепчет: «Прощайте навеки,

Я юным, друзья, умираю!..»

Потом, испуская дыханье,

Он слух напрягает тревожно,—

Все тихо, все птички замолкли...

Но вдруг по горам пробегает,

Как молнии блеск, содроганье,

И вновь все вокруг замолкает...

Так в полдень бывает, лишь в горы

Поднимется лето, как мальчик,

Со взором усталым и жгучим!..

НА МОТИВ ИЗ «ЗАРАТУСТРЫ»

Посвящается А, Белому

1.

Как ствол полусгнивший, в лесу я лежал,

И ветер мне гимн похоронный свистал,

И жгло меня солнце горячим лучом,

И буря кропила холодным дождем...

Семь дней, семь ночей, чужд житейской тревоги,

Как мертвый, я в грезах безумных лежал,

Но круг завершился, и снова я встал,

Заратустра, плясун легконогий!..

Я вижу, весь мир ожидает меня,

И ветер струит ароматы,

И небо ликует в сиянии дня,

Меня обгоняя, весельем объяты,

Бегут ручейки, беззаботно звеня!..

И снова живу я, и снова отрада —

Внимать болтовню беззаботных зверей,

Весь мир принимает подобие сада,

Веселое царство детей!

Вновь сердце трепещет... вновь пестрой толпою

Вкруг звуки и песни парят,

И радуги в небе повисли дугою —

Мостов ослепительных ряд...

Мне снова открыты все в мире дороги,

Повсюду я встречу привет,

Со мной закружится весь свет!..

Заратустра, плясун легконогий!..

2.

В этот миг океан к небесам воздымает

Вновь ряды бесконечные жадных грудей,

Снова щедрое солнце в волнах утопает,

Рассыпая снопы золотистых лучей...

Тучи искр золотых, золотые колонны

Протянулись в бездонных водах,

Горы звонких червонцев дрожат на волнах,

И поток серебра отраженный

Разлился в пробежавших по дну облаках!..

В этот миг каждый нищий-рыбак, глядя в море,

Может тихо о веслах мечтать золотых!..

Только я не забуду безумное горе

В этот миг!..

РОЖДЕНЬЕ АРФЫ

(Из «Ирландских мелодий» Т. Мура)

Посвящ. А. Д. Бугаевой

Одно я чудесное знаю преданье,—

У моря кудрявая нимфа жила,

Томилась бедняжка тоской ожиданья.

И горькие слезы о милом лила...

Но тщетно слезами она орошала

Волнистые пряди роскошных кудрей

И тщетно рыдающей песней своей

Пловцов задремавших от сна пробуждала...

Но сжалились боги, и чудо свершилось,

Вдруг арфа явилась из тела ея,

Волос ее пышных волна превратилась

В волшебные струны, печально звеня...

Пусть время несется, но с той же тоскою

Рокочет и стонет, и дышит струна,

Когда я до арфы дотронусь рукою,

Все та же печаль и любовь в ней слышна!.

ИЗ А. ШОПЕНГАУЭРА

(Канту)

Я видел, как, прорезав небосвод,

Ты устремил от нас последний свой полет...

Один остался я, людей покинув стадо.

Твой вдохновенный труд — одна моя отрада!

Речь, полная огня и вдохновенья,

Мне силы льет в борьбе с моей судьбой!..

Мне чуждо все, кляну я край земной

И жизни бесконечное томленье!..

С ПЕРСИДСКОГО [22]

Когда б ты стал царем, владыкой мирозданья,

Не торжествуй, весь этот мир — ничто!..

Когда б над миром ты утратил обладанье,

О, не тоскуй, весь этот мир — ничто!..

Пусть мимо мир пройдет, с ним радость и страданье,

Не плачь, не плачь, весь этот мир — ничто!..

Эллис.

ИЗ В. ГЮГО

(В. Владимирову)

На диком острове блуждая, одинок,

22

Наш перевод сделан с немецкого перевода этого стихотворения, приведенного А. Шопенгауэром в его «Мире как воля и представление».