Император снегов
Шрифт:
Стас покачал головой.
– Ага! Он хочет всех задобрить! Боится, гад.
– Да кого ему бояться?
– Ты отстал от жизни! Знаешь, за последнюю неделю сколько народа сбежало?…Говорят, в Мрачнеевском ущелье уже полгорода собралось!
– А чего они бегут?
– Так Ледиан требует полной покорности! Всюду требуют Дозвол, дороги перекрыты, стража свирепствует…Только грузовики со снегом и льдом мотаются туда-сюда. Кому понравится? Народ злится, вот Ледиан и решил устроить праздник. Дескать, пусть порадуются, душой оттают…
Клим вертел головой по сторонам. Некоторые крепости были готовы к бою. Оставалось достроить главную
– Стас, нужно торопиться! Иначе плану каюк!
– Какому плану Ты что-то придумал?
Клим полез в карман, достал бумагу со схемой. Спрятавшись за недостроенным валом, мальчишки погрузились в расчеты.
Они так увлеклись, что не заметили, как в проеме выросла Зоя.
– А что это вы спрятались? Клим, ты после болезни, а уже сидишь в снегу!
Клим вздохнул.
– Крепость за нас никто не построит! Зоя, ты с нами?
Налетел ветер, и площадь, засыпанную снегом, словно окутало дымом.
Зоя поправила шапочку.
– Конечно. А что надо делать?
– Гнать Ледиана взашей.
– Ну, гнать я готова! – она улыбнулась . – Тем более, у меня с ним личные счеты.
– Личные… – усмехнулся Стас. – Откуда?
– Между прочим, Ледиан выгнал с работы папу!
– Как можно выгнать судью? – удивился Клим.
– А вот так! Суд закрыли. Отец возражал, хотел подавать апелляцию в Верховную Канцелярию Гипербореи! А Ледиан посадил его под арест! Правда, пока под домашний… Так что нужно срочно что-то делать!
В отличие от них Ледиан не терял времени даром.
– Значит, так! – Клим сел на корточки.– Слушай и запоминай…
ГЛАВА 13. Битва за крепость.
Стоя под полосатым штандартом, завернувшись в накидку с двумя алыми крестами, Клим разглядывал в бинокль отряд противника. Впереди когорты из Щучьеозерска красовался Борис Борбаннадыр. Это был невысокий, крепкий мальчишка с крысиным личиком и узкими, всегда злобно прищуренными глазами. Говорили, что он сын гоблина и земной женщины. Но правда ли это, никто не знал.
В запотевших окулярах Клим видел красное, возбужденное лицо Борбаннадыра. Он отдавал последние указания. Выслушав команду, бойцы отдавали честь и бежали на позицию.
Клим оглядел своих бойцов. Справа от него, плотно сжимая губы, стоял Стас. Чуть дальше, хоронясь за ледяными стенами, перешептывались Гога с Магогой. Марк Навралий раскладывал под бастионом снежные ядра. Хомич, Титов, Леня Дымов – все ждали указаний.
В центре площадки, под пятнистым брезентом, копошилась Зоя. Он бинтовала голову толстяку Лукину – вообще-то, тому подбили глаз, но повязка держалась плохо, так что пришлось перебинтовать часть головы, а вместе с ней и заплывший, посиневший глаз.
Зоя украдкой поглядывала на Клима. Она хотела его разжалобить. Но Клим был непреклонен – они пойдут вдвоем. Клим и Стас. Этого достаточно, ведь неизвестно, как все обернется.
Ряды «щук» ощетинились копьями. Метать копья запрещалось, «щуки» использовали их вместо лестниц при штурме: втыкали копья в пазы между снежными кубами и карабкались по ним, как по ступенькам.
Клим бросил взгляд на трибуну. Там обычно сидели чиновники Ратуши. На деревянном помосте стояли кресла, высеченные изо льда. Ледяные сиденья укрывали цветастые ковры. На коврах, откинувшись, расположились члены жюри – первые люди города. В основном это
были все те же чиновники Ратуши. Даже отсюда было видно, что они испуганы. Каждый опасался, что его ждет судьба судьи или Ваксова. Оба не нашли взаимопонимания с Ледианом, и Его Мерзлейшество отстранил их от должности.Ледиан среди них не было. Куда он подевался? Глава города обязательно присутствует на финальном поединке. Если он не придет, план сорвется. Ведь победа в снежной битве сегодня не главное. Главное, время, в течение которого она будет длиться.
Знамена противника колыхнулись. Клим посмотрел направо. Члены жюри встали – они приветствовали появившегося Ледиана. Горностаевая мантия на фоне алых бархатных плащей чиновников Ратуши заметно выделялась. Лица Ледиана не было видно – его скрывал высокий воротник.
Над площадью висела тишина. Поскрипывал снег, живым крылом бился на ветру полосатый штандарт с двумя крестами.
К Климу подбежал Стас.
– Гошка пришел! Примем? Или пошлем подальше?
Внезапно натянувшаяся струна лопнула с тугим звоном – «щуки», всколыхнув воздух улюлюканьем и криком, пошли в наступление.
– Давай его сюда!
Вглядываясь в бинокль, Клим старался не терять из вида лица Борбаннадыра. Тот бежал первым. В правой руке он держал «боевую рогатку»: массивную, двадцатисантиметровую деревяшку с кожаным лоскутом, заправленный в толстую резинку. Пробежав десяток метров, Борбаннадыр остановился, вынул из колчана снежок, вложил его в кожаное гнездо. Оттянул резинку и, не целясь, выстрелил. Снежок был окрашен синими чернилами. Чернила оставляли свои метки на тех, в кого попали. Благодаря этому, можно было подсчитать количество раненых и убитых.
Стас привел Гошу, а сам тут же втиснулся в одну из пустующих крепостных ниш.
Гоша виновато смотрел на Клима. Командующий притянул правое плечо Гоши к своему плечу, они столкнулись. Обряд примирения свершился.
– Выдайте Гошке арбалет! – приказал Клим.
– Спасибо, друг!
Клим повернулся к Гоше.
– Марш на позицию!
Мальчишки обступили полиэтиленовую трубу, забитую утрамбованным снегом. Снег был обсыпан красным порошком. Они подтащили трубу к обледенелому краю крепостного вала, взошли на мостки.
«Щуки» с гиканьем и свистом вбивали копья в стены, карабкались по отвесным стенам.
Пыхтя от усилия, пацаны закинули трубу на стену, замерли, ожидая приказа. Стас пробежался вдоль стены, взрезая ножом застывшие на морозе нити.
Клим сунул голову в проем, глянул вниз. «Щуки» ловко, сноровисто поднимались все выше и выше. Еще минута и враги ступят на территорию крепости!
Клим внимательно следил за карабкающимися «щуками». Еще немного…еще…
Клим взмахнул рукой.
Полиэтилен треснул, как разверзшиеся небеса, туча красноватого снега лавиной полетела на головы штурмующих.
«Щуки» полетели вниз, словно перезревшие яблоки с вывернутого бурей дерева. Если бы не брезент, предусмотрительно натянутый устроителями битвы, без травм бы не обошлось. А так штурмующие отделались синяками, ушибами и царапинами. Зато каждый ощутил себя солдатом, достойным славы предков.
Стас приказал скатывать полиэтилен, подошел к Климу.
– Клим, пора! «Щуки» еще полчаса будут приходить в себя!
В запотевших окулярах Клим видел лицо Ледиана. Он все так же сидел в кресле, плотно запахнувшись в горностаевую мантию. Вышло солнце. Ледиан надел очки. Теперь было непонятно, куда он смотрит.