Империя

— А вы ещё попрактикуйтесь, господин Оками. Помедитируйте в воде. Вы слишком… хм… перевозбудились.

Она развернулась и вместе с Джанко покинула двор школы.

Уже за изгородью девушка обернулась и глянула на меня, а потом вдруг остановилась и поклонилась, с почтением и благодарностью.

Я улыбнулся ей в ответ.

Она мне, и правда, помогла, а я помог ей — в этой ситуации мы оба в первую очередь обеспечивали собственные интересы. Мне нужно было увидеть астральное тело, а Джанко — поехать в Измаил.

Девчонка догнала Лидию и вместе с ней зашагала по дороге в сторону деревни, ну а я всё-таки вылез из озера. У меня появилась идея.

Отыскав в корзинке, которую оставила Джанко, пустую бутылку из под лимонада, я снова погрузился в воду, уселся в позу лотоса и поставил бутылку себе на макушку.

Мне захотелось вернуть то ощущение астрального тела, которое я наконец почувствовал более отчётливо.

* * *

Назавтра я собирался в школу уже без Мичи.

Бедолагу вместе с Горо и братьями Цути на неделю спровадили на поля, работать и исправляться. Жить они должны были в бараках вместе с рабочими-варварами и любые встречи с ними запрещались. Это было одно из условий перевоспитания.

Выйдя после завтрака из дома госпожи Хегевара вместе с её шестерыми детьми, я чуть не упал от неожиданности.

Дети завизжали от восторга, а я просто встал, как вкопанный, разглядывая то, про что напрочь забыл со всеми этими драками, лечебными озёрами и астральными телами.

У дома стоял верхолёт.

Тот, что был мне обещан ещё позавчера. Кузов серого цвета с оранжевой полосой напоминал спорткар, только без колёс, а с лопастями.

Чуть дальше по улице стоял ещё один верхолёт, но уже совсем другого класса. Втрое больше моего, иссиня-чёрный и лоснящийся блеском.

Как только я вышел за калитку, стекло на двери второго верхолёта щёлкнуло и сдвинулось вбок. В салоне я увидел лицо главы Торгового Дома Маямото. Вид у него был неприветливый и хмурый.

— Мне сказали, что ты дожал Галея, — сказал он. — Это хорошо. Но мне захотелось проверить лично, насколько хорошо ты стараешься и сможешь ли отбить мои вложения. Ну и обсудить кое-что бы надо. Для начала — твой контракт, в котором есть некоторые изменения…

Эпизод 16

— Ты мне должен. — Это первое, что сказал мне глава Торгового Дома Маямото, когда я сел в салон его верхолёта.

— Не понял. — А это первое, что я ему ответил.

Мы посмотрели друг на друга.

Маямото был, конечно, человеком в какой-то степени правдивым, в какой-то степени великодушным, в какой-то степени влиятельным.

Но в первую очередь он был дельцом.

И сейчас именно эта его ипостась предстала во всей полноте.

— Хотите, чтобы я вернул те деньги, которые вы обещали Галею за моё обучение в столичной академии? — спросил я, нахмурившись.

— Нет, Оками. Вложения — это вложения. Я делал их осознанно. Дивиденды придут мне потом. Сейчас я говорю о другом.

Он откинулся на спинку кресла, обитого белой кожей и бархатом, положил руку на подлокотник и добавил:

— Как только ты добился того, чтобы Фуми Галей сделал тебя своим старшим учеником, то воспользовался не только его услугами, но и забрал его долги, которые я позавчера выкупил.

Он протянул руку и взял один из свитков, которые стояли в специальных подставках идеально ровным рядом. Затем развернул бумагу и показал её мне.

Чёртовы иероглифы!

Я посмотрел на них и опять нихрена не понял.

Но Маямото любезно пояснил мне всё, что нужно.

— Здесь написано о том, что теперь мне принадлежат долги Фуми Галея, и о том, что я выплатил их его заёмщикам. А ещё здесь отмечены многочисленные свидетельства жителей деревни, которые лично слышали, как Фуми Галей назвал тебя своим учеником. Этого достаточно, чтобы ты забрал его долги, как старший ученик. Таковы законы Янамара. Мне даже твоего согласия не нужно. Эта бумага будет иметь вес и для суда.

Взгляд Маямото стал жёстким, хотя и моё лицо сейчас вряд ли выражало добродушие.

— Не злись, Оками, — сощурился толстяк. — Пойми правильно. Мне нужно, чтобы ты работал только на меня и ни на кого другого. А я всегда перестраховываюсь. Мало ли о чём мы с тобой договорились. Сегодня ты сказал одно, а завтра можешь сказать другое. Как и я, впрочем. Мне нужны гарантии. Я вкладываю деньги в своего телохранителя, и должен быть уверен, что он так и останется моим, и никто его не переманит. Без обид.

Маямото мог этого не пояснять — я и так отлично понял, зачем он затеял все эти дела с выкупом долгов. Боится, что когда я окрепну в силах, то сразу сбегу от него.

— А сам Галей знает, что вы выкупили его долги? — спросил я.

Маямото покачал головой.

— Конечно, нет. Он бы мне помешал. Но теперь уже ничего не сможет с этим сделать.

— И какова сумма долга?

Толстяк ухмыльнулся.

— Люблю разговаривать с деловыми людьми. Сразу к делу, сразу к правде. Потому что, как я люблю повторять: кто правдой живёт, тот и дольше живёт. Верно?

Я не ответил, сверля его взглядом, и Маямото сразу вернулся к делам.

— Сумма долга Галея вместе с процентами заёмщика составила пятьсот тысяч золотых брумов. При службе моим личным телохранителем и при очень высоком жаловании ты будешь отрабатывать этот долг примерно десять лет, что и указано в бумаге.

Меня придавило к сиденью.

Десять лет службы?

Пятьсот тысяч золотых?

Откуда у Галея вообще такие долги, мать его? Он что, планету целиком в кредит покупал?..

Видя, как я побледнел, Маямото смягчил взгляд и по-отечески улыбнулся (метод кнута и пряника он использовал виртуозно).

— Да не волнуйся ты так, это всего лишь рабочие детали. Наш договор остаётся почти в том же виде, лишь с некоторыми изменениями: ты обучаешься и идёшь ко мне на службу. На десять лет. Ничего сложного.

— Про десять лет и долги мы не разговаривали.

— Представь, что это было прописано в договоре мелким шрифтом. Это моя страховка, парень. Пойми меня.

— Я вас уже понял.