Индекс убийства

Сатклифф-Боулс понимал, на что намекает Спенсер: на орбитальной станции боялись не просто заражения, а полного вымирания. После эпидемии на Луне появились реальные основания для таких опасений. Недоверие покупателей к продуктам Звездного Девона может превратить его в бесполезный кусок железа стоимостью во много миллиардов.

С лица Сатклифф-Боулса сбежала краска, в голосе зазвучал страх.

– Кэтлин, можете ли вы заверить меня, что дело не получит никакой огласки? Ведь ничего такого не случилось, правда? Опасности же нет?

Он вытер внезапно вспотевший лоб.

– Вы хотите сказать, нет ничего вирулентного?

– Час её торжества настал. Наконец-то этот поганый аристократишка будет поставлен на место.
– Ничего, что грозило бы смертью, как на Луне? Могу вас заверить, директор, что этого нет. Если вы последуете моим рекомендациям, то, смею надеяться, и не будет. Но мне нужна ваша безоговорочная поддержка…

– Вы получите её. Я… я обещаю, - заикаясь, выдавил из себя Сатклифф-Боулс. Таким Спенсер хотела бы его видеть всегда.

– Прекрасно, - холодно кивнула она ему.
– Я сообщу вам, если появятся новости. Позаботьтесь, чтобы ваши люди не путались у меня под ногами. И держите свои страхи при себе.

Ничто так быстро, как ужас перед эпидемией, не заставляет человека вспомнить о Боге. Даже такого, как Сатклифф-Боулс.

25. ПЛЕННИК

Жан де Кайпер, отдуваясь, тащил бесчувственного офицера Безопасности в опустевшую лабораторию. Йетс был велик и тяжел, а де Кайпер не привык к нагрузкам.

Но все-таки откуда такая одышка? Если эта сука Спенсер ведет нечистую игру, и вирус… Тогда он сам убьет её, и смерть эта будет медленной и мучительной.

Де Кайпер мрачно осмотрелся вокруг. Он не боялся неудачи, просто старался все предвидеть. Когда он разберется с Йетсом и Есильковой, предстоит ещё найти Пита ван Зелла, а это будет непросто, он чувствовал.

Де Кайпер, крякнув, сбросил ношу с плеч. Инспектор Сэмюэл Йетс грохнулся на пол.

Закрыть шлюз ему помог один из подручных Спенсер, который потом попросил отпустить его. Пот градом катился по бледному лицу. Этот парень работал в лаборатории Кэтлин, и она его завербовала. Не слишком надежный помощник. Де Кайпер разрешил ему уйти, понимая, что от него мало толка. Парень был на грани срыва.

Для де Кайпера такой грани не существовало. У него был План. Он хотел странствовать по вельду, не встречая на пути ни одного черномазого. Когда парнишка ушел, де Кайпер отметил, что дальше его использовать опасно - придется убрать. Потом он повернулся к Йетсу, который ещё не пришел в себя.

Перед тем как втащить его в лабораторию, де Кайпер зашел туда. Все было в порядке. Есилькова по-прежнему лежала на полу. Он приподнял ей веко одной рукой и одновременно сильно надавил между ног пальцами другой. Зрачок не расширился. Значит, она не притворялась.

Грязно выругавшись, он выпрямился. Ему в голову пришла одна идея, но сначала надо удостовериться, что никто их не побеспокоит. Он проверил двери - все ли закрыты. Потом осмотрел аппаратуру - не включена ли запись. Только после этого подтащил Йетса и усадил его спиной к столу Спенсер, лицом к Есильковой.

Обычно во время допроса он направлял в глаза жертве яркий свет лампы, что не только давало психологический эффект, но и не позволяло видеть того, кто допрашивает. Правда, это было не так уж важно - допроса почти никто не выдерживал.

На этот раз де Кайпер хотел использовать другой метод. Никогда не знаешь, что сработает лучше.

Де Кайперу было все равно, как получить нужную информацию - важен результат. Если он немного развлечется с Есильковой на глазах у Йетса (что само по себе приятно), он гораздо быстрее узнает все необходимое, чем выбивая признание у каждого в отдельности.

Де Кайпер впрыснул Йетсу антидот. Потом подкатил кресло Спенсер на роликах, поставив его между пленниками, уселся и стал ждать.

Время шло, де Кайпер внимательно наблюдал за Йетсом. Когда он придет в себя и поймет, что не может пошевелиться, расслабленные лицевые мышцы должны напрячься.

Глядя на Сэма, де Кайпер размышлял, что при других обстоятельствах они могли бы стать друзьями. Кожа у Йетса бледная, волосы светлые - смесь нордической и славянской крови, может есть и германские предки. Широкие скулы, немного косой разрез глаз, голландский нос, но рот и подбородок истинно тевтонские. В жилах этого человека текла добрая кровь многих европейских народов.

Мог быть другом и союзником, а сейчас опасный враг. Земная мускулатура ещё не утрачена, грудь широченная, как мехи. Действительно, сильный человек. Очень сильный.

Де Кайпер связал его крепко, не пожалел ленты, ему не вырваться - это выше человеческих сил.

В карманах у Йетса оказалась только личная карточка, удостоверяющая, что он работает в визово-миграционном отделе. Но должно же быть что-то еще, иначе он не оказался бы здесь.

Наверное, эта карточка была только прикрытием. Видимо, Йетс чей-то агент. Но чей? Оппозиции? Тогда какой фракции? Какого правительства? Кто знает, что он здесь? Какие силы стоят за ним? Кто станет его искать и мстить за своего агента, который погибнет при исполнении задания? Когда…

– Ты работаешь на… Спенсер, - запинаясь, произнес Сэм. Язык ещё не совсем его слушался.

Жан де Кайпер снял с пояса электрошок и принялся демонстративно разглядывать его. Потом лениво произнес:

– Ах, так мы проснулись? Давно пора. Скоро в школу. Видишь вот это?

Йетс посмотрел на электрошок, на неподвижное тело Есильковой и сказал:

– Я вижу перед собой идиота, который работает на Спенсер. Ее песенка спета, не важно, что произойдет со мной. Слишком поздно…

– _Я не работаю на Спенсер_, - прошипел де Кайпер и тут же пожалел об этом. Он пришел в ярость, что его считают подручным этой паучихи.
– Я не работаю ни на кого. Я работаю ради нашего Плана, ради того, чтобы вернуть на Землю наш народ, подготовить Африку к заселению _людьми_. Спенсер - ничтожество, ноль, да к тому же и психованная. Только сумасшедшая может носить на шее флакон с вирусом. Если его сорвать с цепочки, раствор впрыскивается в атмосферу, и через десять минут все, кто находится поблизости, погибают… - Де Кайпер понял, что проболтался, и оборвал фразу.