Инкаба
Шрифт:
– Мы.. Пройдем… Сверху! – девочка на ходу подбадривала старушку.
Но та и не думала отставать, карабкалась бодро, как обезьянка. Скоро они добрались до ската крыши и перевалились через снегорез. Веснушка отряхнула платье, затянула потуже красный вышитый пояс. Приложила ладонь к глазам, пытаясь выбрать правильное направление.
Перед ними расстилался лес флагов и флажочков разных форм – тут были и виндеры, и паруса, и крылья. Выше них темнели на горизонте Непролазные горы. Снопы воздушных шаров гроздьями висели над площадью. Их то и выбрала Веснушка ориентиром.
Крыши
Музыка тем временем становилась громче и громче, ветер хлопал флажками еще радостнее, а запахи выпечки в передвижных лотках добирались даже до верхних этажей. Веснушка не рисковала отводить взгляд от кромки декораций главной сцены и потому не заметила, что крыша обернулась выемкой перед чьим-то чердачным окном.
– Ай! – ухнула вниз девочка, ударившись виском о водосточную трубу.
Черепица поплыла, в носу защипало. Старушка едва не упала в обморок:
– Ох, девочка, ты цела? Все из-за меня, сумасшедшей! Ну его, этот праздник! Проживем без него.
– Ну уж нет, – в голосе Веснушки послышались железные нотки.
Магия снова увела их от главной площади: чердачное окно исчезло, а коричневая черепица стала синей. Это была тихая восточная окраина. Веснушка нашла лестницу флагольера и они со старушкой осторожно спустились на тротуар.
Кругом громоздились маленькие домики в два и три этажа. Пышно цвели палисадники. И тут – спасение! Мимо ехал мотобиль родителей Веснушки!
– Ма-а-а-ама! – девочка побежала, подобрав юбки. – Захватите-е-е-е на-а-а-с!
Секунда, другая. Мотобиль вот-вот должен был остановиться, но вместо этого набрал ход и исчез за поворотом. За шторкой мелькнул сердитый мамин нос.
– Дорогая, – старушка тихо подошла сзади и взяла Веснушку за локоть, – это только сначала тяжело. А праздники. Ну их!
– Что-о-о-о? – девочка обернулась.
Вокруг них незаметно появились люди с сером. Как будто от стены отделились. И тут Веснушку прошиб холодный пот. Некстати вспомнилась мамина любимая поговорка – уныние ведет к безыменью. Нет, им рассказывали с детства сказки для непослушных детей, что если ниоль потерять или его украдут. Но это же сказки!
– Вы, вы, – девочка попятилась от незнакомых людей и от старушки.
– Макабы, да, – грустно подтвердил кто-то, – ты тоже. Нет имени, никто не видит, никто не узнает, праздников нет, домов нет, занятия нет.
Веснушка застыла, потом сморщилась и… расхохоталась.
– Идиотская шутка! А ну отойдите!
Девочка принялась нервно рыться в потайном кармашке за алым поясом. Там хранилось зеркальце. Потом подскочила к ближайшему окошку, завела руку с зеркальцем за затылок и начала высматривать с детства знакомую птичку. Силуэт белого лебедя: имя и почетная должность вышивальщицы в мастерской Кеконы. Веснушка уже делала успехи, ее пояс с образцами даже показывали гостям из королевского дворца.
Не
может быть. Не может быть. Не может быть.Лебедя не было.
И имя. Как ее называет мама? Она же не родилась Веснушкой!
Девочка сорвалась с места и побежала вслед за родительским мотобилем. Не может быть, чтобы мама ее не узнала. Е-рун-да!
Макабы не пытались ее догнать, когда их серые одежды остались позади, Веснушка вздохнула с облегчением.
Чем дальше она бежала, тем больше народу появлялось на тротуарах. Жители Зумрата спешили на главную площадь, где праздник должно было открыть приветствие короля.
Длинное платье девочки так некстати обволакивало колени, а тесный пояс не давал дышать. Люди тоже торопились, Веснушку постоянно толкали. Высокий мужчина в цилиндре шел прямо на нее и отпрыгнул в последний момент:
– Ой!
Девочка отшатнулась от прохожего, прижалась к заборчику, возле которого остановилась. Не может быть. Не может быть.
– Извините! – Веснушка вскинула руку.
Мимо спешила низенькая полная дама в модном платье с оборками. Она и не подумала услышать Веснушку и степенно проплыла мимо. Девочка разозлилась непонятно на кого, подскочила к женщине, дернула ее за рукав.
– Ай! – испугалась дама, оглянулась, удивленно посмотрела сквозь Веснушку и пошла дальше, потирая локоть.
Девочка пошла медленнее. Всматривалась в прохожих, может Нина попадется? Как будто впервые оглядывала родной Зумрат: особняки, палисадники богатого центра, в небе над крышами тысячи разномастных флагов.
У самой площади ей повезло, на краю стояли ее родители с Ниной! Мама высокая, а прическа пышная, тяжелая, как моток редкой пряжи, бордовое платье простое, никаких ярусов и оборок. Папа рядом в парадном костюме и котелке, нервно отстукивал дробь тростью. Присмотревшись, Веснушка заметила, что у Нины заплаканное лицо. Кругом кричали торговцы, играла музыка, громко говорили люди и слов родных никак не расслышать.
Вспомнив старушку, Веснушка изо всех сил старалась не отводить взгляд от площади, чтобы снова не оказаться на окраине. Еще немножко, еще шажок и вот уже слышны отдельные слова!
– Мы вместе шли! – всхлипывала Нина, – а потом мотобиль и все, я осталась одна. Везде искала!
– Поиски начнем сейчас же, – отрывисто сказал отец Веснушки.
– Да, да! – ее мама промокнула глаза платком.
– Мама! – Веснушка наткнулась на невидимую стену перед площадью, – мама!
И тогда начала действовать древняя магия. Напряжение на лицах родителей Веснушки таяло, Нина удивленно вытирала слезы. Потом улыбнулась, расхохоталась спешившему мимо клоуну.
– А неплохой праздник, – заметил отец Веснушки, – о чем мы говорили?
– О чем-то важном, – нахмурилась его жена, – мы обязательно вспомним, позже. А пойдемте купим мороженого!
Веснушка попятилась, прижалась спиной к стене дома, за которым начиналась площадь.
Макаба.
Самый страшный кошмар оказался реальностью.
На площади затрубили. Мимо Веснушки торжественно проехал экипаж из дворца. За занавесками девочка успела увидеть молодое лицо короля, каштановые кудри и острые скулы.