Иномирец

– А куда одежда девается...

Это было первое, что пришло ему в голову. Превращение потрясло его до глубины души, потому что тот момент, когда оно потрясало всех остальных, Коля Климович пропустил. Он валялся без сознания, подстреленный Логиновым, придушенный червяками и придавленный перегрузкой.

Каин воспринял вопрос всерьез. И выяснилось, что одежда скатывается во время перевоплощения в кожаный шнурок, который остается на шее. И не дай бог кому-нибудь порвать тонкий ошейник, и упаси бог - выбросить или испортить. Это смертельное оскорбление. Ведь приняв человеческий облик, оборотень останется, в чем мать родила. Этот ошейник - одновременно отличительный знак того, что оборотень находится на службе. Николай только оправился от шока, как Каин в свою очередь забросал его вопросами. И Климович выбрал самую безобидную и отвлеченную тему для разговора - космический десант.

– Земля, которая не Земля и не королевская Провинция?
– недоверчиво переспрашивал Каин. И в его широко распахнутых глазах фосфорически светилось неподдельное изумление, а волосы топорщились жесткой щеткой.
– А ты надеваешь на себя то, что делает тебя ее жителем? Зачем?! Не может быть!

И смотрел на Климовича так, будто тот у него на глазах перекинулся в целое стадо огнедышащих драконов с самками и детенышами. Вобщем, беседа прошла продуктивно. А ее пересказ стал подлинной жемчужиной вечера.

– Ну чего вы так-то уж, - смущенно бубнил Климович, ворочая могучими плечами, как будто его в лопатку комар укусил, пока сослуживцы снимали нервное напряжение, скатываясь от смеха с накренившейся мебели кают-компании.

– А зачем ты его гладил и зубы рассматривал, - простонал Шевцов, - ты что, ветеринар?

– Ну так, чтобы разговор поддержать, - ухмыльнулся Климович.
– Все остальное вроде понятно: четыре лапы, морда-задница, шерсть... ну переливается, так и хрен с ним. В глаза ему лучше и не смотреть, а зубов таких я даже в кошмарных снах не видал... Прямо светятся. Заводская заточка, а не клыки!

– Да у тебя талант общения, Коля!
– только и сказал Логинов.
– Илья Владимирович тебя к себе возьмет, в уфологи.

– Короче, немного... да хватит ржать! Валера, ну ты-то куда?! Ты как врач должен понимать, что это истерика натуральная? Короче, немного он мне рассказал, - подытожил Климович, дождавшись, когда все немного успокоились.
– Все что касается Асианы - вообще табу. Вот жаль забыл спросить, сколько ему лет. Внешность, конечно, необычная, про превращения я вообще молчу. Но я бы больше двадцати пяти не дал.

– Гости возвращаются, - доложил Павел Кравцов по громкой связи. И спасительное, хоть и действительно истеричное, веселье в кают-компании мгновенно прекратилось.

– Блокируйтесь, ребята, - откликнулся Логинов.
– Пока блокируйтесь, там поглядим.

Глава 7 Разбудившие Карамант

Вселенная дымилась на свету.

Всепоглощающий, он нес ей разрушение, и она боялась.

Всепоглощающий, он нес ей обновление, и она боялась, так же как все в ней сущее живое и неживое боялось перемен. Целостность разбивалась в алмазной твердости источника блистающей силы. Рваными полукольцами закручивалось взорванное время. В гигантском водовороте разлученные звезды и планеты жались друг к другу, стремясь вновь объединиться, но образовывали лишь жалкие островки галактик. Спиральные, шаровые, линзовидные, теряющие друг друга в тумане межзвездного вещества галактики уносились прочь, тоскуя по прежним временам, как разлученные родственники. В сердцах, пылающих миллионами градусов, они затаили надежду на новую встречу.

Вселенная потеряла осознание себя и забылась бы в вечном удалении, но Время хранило память о прежних временах. Оно металось по растерзанному пространству, собирая все то, что еще можно было собрать. Оно шептало в уши, дыхальца, щупальца, перепонки и магнитные уловители живых существ великие и утраченные истины. Оно писало историю, истинную историю, на скрижалях, пергаментах, вулканических породах, пело волнами реликтового излучения и в отчаянии замирало в глубине черных дыр. Наконец, и оно улеглось, раскинулось по пространству миллиардами ажурных мостиков, связав рассыпавшийся Изначальный мир в подобие единого целого, и замерло в ожидании...

Самый прочный, самый лучший мост, которым Время по праву гордилось, перекинулся с Земли Королей на осколок Карамант. Такой великолепный, всегда открытый проход! Казалось, замри на нем жизнь, прислушайся - и зазвучит голос, открывающий тайны. Пройди сквозь него хвостатая вестница космоса, и истина помчится на ядре кометы, разбрасывая по пространству великое знание... Но столько воды утекло. Вселенная рассыпалась, а Времени оставалось довольствоваться бессмысленным движением жалких существ, бесцельно бродящих по ажурной сети переходов взад и вперед, не осознавая движения...

В смутные времена диких племен и разрозненных королевств Земли-минус юный маг пришел к наимудрейшему за советом. Он получил бесценные сведения вместе с последним вздохом старика и смело явился к Королю, завоевавшему полмира. Так говорили амбициозному правителю придворные льстецы. На самом деле молодой король всего лишь объединил несколько близлежащих государств. Ложь придворных мало занимала монарха, мечтавшего о мировом господстве. Он принял юношу.

– Я знаю путь к истинному величию, о мой Король. Он лежит сквозь многие Земли, - сказал юноша, преклонив колени, и показал благосклонно кивнувшему монарху туманный проход на Карамант. И тогда Король понял, что значит быть Королем. Так возникло Соединенное королевство миров. Юноша стал родоначальником клана проводников, стражник, прошедший с королевской четой весь путь от дворца в иной мир и обратно и оставшийся стеречь проход - родоначальником клана стражников. А личный телохранитель его величества возглавил клан королевских ищеек

Прошли века, и достижение, вознесшее древнего монарха и его спутников к вершинам власти и славы, сейчас казалось мелким до нелепости. Ведь они сделали всего один неуверенный шажок и даже не по Великой оси, которую открыли много позже, а на ближайший осколок. Но проход, сам проход великолепен и по сей день. Столетиями он остается первым из переходов, который видят перед собой юные послушники кланов проводников и стражников. Это не только дань традиции. Это самый безопасный и простой путь между мирами, и при том он производит должное впечатление.

Что с того, что несколько юных учеников, цепляясь друг за друга и за Учителя, попадут с Земли Королей на Первую Провинцию? Еще не вооруженные знанием и задыхающиеся от волнения они и не заметят переход сквозь границу туманов, по которому их проведет опытный наставник.

Здесь, на пути к Караманту, ученики почти все время идут сами. В волшебном тумане один за другим гаснут, превращаясь в миражи, все привычные ориентиры. И когда ужас готовится охватить юные сердца, впереди вырисовываются смутные контуры неприступного замка, первый камень которого заложили в такой седой древности, что отроки не могут ее даже осознать. О, это несомненно поучительный переход! Подлинная смесь восторга, всемогущества и страха в самых выверенных пропорциях. Туман постепенно расступается, обрамляя клубящимся облаком, осколок земной тверди, на котором возвышается королевская тюрьма.

– Здесь нет места карманникам, душегубам и прочему сброду, - торжественно объявляет Учитель.
– Эта тюрьма для вас, если нарушите обет. Здесь томятся отступники кланов. Сюда ведет только один проход. С Осколка, несущего на себе замок, нет пути ни в Провинции, ни на другие Осколки, ни даже в Темные миры нежити. А та дорога, на которой мы стоим, прекрасно охраняется. Если кто-то хочет проверить, он может пройти вперед.

Как правило, охотников не находилось, но бывали и исключения. Всего три за всю историю, и все из числа несостоявшихся королевских стражников. Кости исключений, выбеленные неземными ветрами, лежали неподалеку. Обычно наставники берегли детскую психику и не тыкали своих подопечных носом в скелеты, кроме тех случаев, когда с уст сыпались ненужные вопросы. Но такое случалось не часто. Участники действа заворожено таращились на мрачный и величественный замок, упирающий башни в вечное Ничто.