Интимные услуги

– Ложкой я через минуту останусь без банки.

– Ты, наверное, основательно разорилась, пока я была в больнице. Каждый день привозила мне столько вкусностей. Ну ничего, скоро я получу пенсию, и мы отдадим твои долги.

– Ну конечно, – возмутилась Катя. – А то, что я целый месяц жила за ваш счет? Вы уже забыли?

– Так, началась старая песня. Как ты вкусно пожарила мясо! Правда, Джим, тебе тоже понравилось?

С подоконника донеслось довольное урчание, которое означало: «Она все делает прекрасно. Моя сладкая девочка».

* * *

Бистро «Момент» существовало всего месяц, но уже имело страстных поклонников и приверженцев. Это была ярко освещенная забегаловка с высокими круглыми табуретами, длинными столами и огромными красочными фотографиями на стенах под стеклом. Меню было разнообразно.

Владелец закусочной применил элементарную формулу: быстрота обслуживания плюс высокое качество еды. И добился успеха в своем деле. Высокое качество еды обеспечивалось не дополнительными материальными затратами, а талантом персонала. Да, здесь, как и в «Макдональдсе», подавали гамбургеры и хот-доги, но сравнивать съедобную продукцию американской закусочной и «Момента» было все равно что сравнивать творчество поэта-самородка из заводской многотиражки с поэзией Лермонтова. Шеф-поваром в «Моменте» был тот самый Владислав, который два месяца назад кормил креветками Орысю и Катю.

В шесть утра понедельника за час до открытия закусочной там уже вовсю шевелились. На кухне – кондиционеры не спасали ее от жары раскаленных духовок – дробно стучали ножи, с инквизиторским грохотом лязгали железные крышки печей, потрескивало раскаленное масло, ухало обминаемое тесто. Капли воды блестели на свежевымытой зелени, белоснежные бока яиц вздрагивали от прикосновения безжалостной лески яйцерезок, янтарно-желтый сыр в идеальных дырочках источал аромат, розовое мясо покрывалось клеточками под ударами молотков, рыба покорно ждала, когда ее лишат переливающейся серебристой чешуи.

На кухню, где Владислав азартно и артистично шинковал лук (он считал ниже своего достоинства пользоваться лукорезкой), заглянула Света. Света была посредником между кухней и голодными клиентами – она стояла около кассового аппарата, вся ультраизумрудная в своей униформе, и оделяла жаждущих порциями уникальных блинчиков с мясом и горячим кофе под названием «Везувий».

– Сегодня я опять буду надрываться одна? – недовольно спросила Светлана.

Управляющий Иннокентий Валентинович, Кеша, который последние двадцать лет упорно боролся с язвой желудка и еще более упорно со своей любовью вкусно поесть, с сожалением оторвался от бурлящего казанка с соусом, окинул изумрудную Свету мрачным взглядом и произнес:

– Нет. Твои мытарства закончились. Сегодня придет девушка, которую нам рекомендовал Владик.

Влад, слушай, а где она, собственно говоря? Уже пора открывать.

Вторую девушку уволили на прошлой неделе, когда она огрела подносом с бутербродами назойливого мужика, пытавшегося перелезть через стойку и завязать с симпатичной «Момент»-герл дружбу. Горячие бутерброды живописным фонтаном разлетелись во все стороны (в том числе и на других, мирно жующих клиентов), волокна расплавленного сыра повисли на витрине с мороженым, несдержанную девушку уволили в тот же миг, а Света должна была несколько дней вкалывать за двоих. За это время она получала двойную ставку, но работа была очень утомительна. Единственный плюс – со Светой никто не пытался завести знакомство: непривлекательность, занудство и трудолюбие сочетались в ней в равных пропорциях.

Вчера Катерина наконец-то вспомнила, что Кира Васильевна дала ей телефон Владислава. Она позвонила ему, узнала, что он теперь работает в другом месте, спросила, нет ли у него какой-нибудь работы – любой! – и неожиданно получила предложение.

– Сейчас она придет, – заверил Кешу Владислав.

– Ну вот, что же вы меня не предупредили? – проныла Света неприятным голосом. – Там за дверью уже полчаса маячит какая-то девица. Это не она?

Народ повалил из кухни в операционный зал, где голодным клиентам ежедневно скармливались тонны провианта, и через минуту Катерина была впущена внутрь.

– Я не знала, как войти, здравствуйте, – объяснила она улыбаясь. – Не опоздала? Привет, Владислав, давно тебя не видела.

Иннокентий Валентинович, Светлана, Владик и два повара, Денис и Матвей, молча смотрели на Катю.

– Кажется, моя язва начинает успокаиваться, – тихо сказал Кеша Владиславу. – У тебя красивая подружка.

Света скептически рассматривала Катины туфли: на таких шпильках она не простоит и двух часов за стойкой. А рабочий день продолжается с семи утра до семи вечера минус два часовых перерыва.

– Как у вас красиво! – немного смущенно произнесла Катерина. – Все сверкает. И очень вкусно пахнет.

– Мой желудок совершенно здоров, – задумчиво сказал себе Иннокентий. – Это не девушка, а балансированный успокаивающий гель для язвенника. Светлана! Дай Екатерине униформу. Катя, у нас униформа. И расскажи ей, как мы работаем…

«Екатерина Великая, – обиженно подумала Света. – Уставились на нее все, словно она „Мисс Мира“. Посмотрю, что с ней станет к концу рабочего дня».

* * *

В десять утра, когда начался перерыв, Катя села на стул, сняла туфли и устроила измученные ноги на соседней табуретке. Она так устала, что даже не хотела есть.

К столику подползла недовольная Света. Она держала большой бумажный изумрудный стакан с надписью «Момент» на боку, от которого распространялся аромат кофе, и трехэтажный бутерброд «Знойное счастье».

– Ты что, успела дома позавтракать? – спросила она Катю, устраиваясь рядом. – Я не успеваю. Вскакиваю как ненормальная в пять утра и мчусь на работу. Еда бесплатно, возьми себе чего-нибудь.

Светлана азартно чавкала бутербродом, но у Кати не было сил подняться и сходить на кухню за своей порцией сандвичей. «Если здесь не найдется каких-нибудь шлепанцев, буду стоять босиком», – подумала она.

Появился Владислав. Через секунду перед Катей уже стоял завтрак.

– Ой, Владик, спасибо тебе! – измученно улыбнулась Катерина. – А я так устала, что не могу сдвинуться с места. Отработала всего три часа… Света, как же ты целый день?

– Привыкла, – мрачно ответила Светлана. Она думала о том, что ей Владислав никогда не приносил кофе с бутербродами.

Из кухни неслышно прокрался повар Денис. У него на подносе стояла двойная порция. Увидев, что Катерина уже ест, он разочарованно вздохнул.

– Ты что, – ехидно спросила Света, – все это сам собираешься съесть?

– Мне надо набрать три килограмма, – гордо заявил Денис. – Хочу поступить в парашютную секцию.

– Ты уже давно преодолел необходимый минимум, – не унималась Света.

Владислав и Катя улыбнулись, а из-за стойки возник второй повар – Матвей. Он тоже нес два стакана.