Иоанниты

Потому что как гром среди ясного неба прозвучал стук в дверь. Наверху кто-то требовательно постучался в обитель самой опасной банды в Фанеке. Нас всех сковало страхом и недоумением. Полагаю, что-то подобное случилось, когда мы с Роде пришли, но нас ещё рассчитывали дождаться.

Все, кто знает об этом месте и кто ещё жив, уже в сборе. Почтальоны и дружелюбные соседи здесь не появляются…

Со второй серией ударов оцепенение сменилось оживлением. Я выхватил пистолет и положил руку на рукоять метательного кинжала, остальные члены банды тоже одномоментно вооружились и даже заняли удобные позиции для обороны.

Дюкард, вооружённый гладкостволом, пошёл встречать незваных гостей. Он медленно, стараясь не шуметь, двинул вверх по ступенькам. Добрался ровно до середины, как вдруг сквозь дверь полетели пули, врезаясь в широкое тело Дюкарда! Тот пальнул в ответ, но на большее бандита не хватило: он поймал ещё пару пуль, упал замертво и покатился вниз по лестнице.

Виктория взревела нечеловеческим голосом, по ушам мне ударило пронзительное верещание. Затем моя дочь стрельнула, не целясь, прямо сквозь стены и перекрытия, инертный патрон прошил кирпичи и доски. Ей вторил Роде, пальнувший куда-то в район входной двери.

Послышался треск выломанной двери, а через секунду вниз хлынули знакомые формы людей Рамона. Я давно заготовил себе укрытие в виде перевёрнутого стола, высунувшись из-за него, я плотным огнём накрыл головную группу атакующих. Тут присоединилась банда с револьверами, и неприятели стали замертво падать один за другим, не успевая толком вскидывать оружие.

Но тут вниз неуклюже скатился молодой парень, укрывающийся ростовым щитом из толстого железа. По тому, как хлипкий с виду боец удерживает громаду одной рукой, легко угадать в гаде иоаннита. В свободной руке у него револьвер, за его спиной укрывается не один товарищ, так что вскоре атакующие смогли прижать нас своим свинцом.

Я нырнул за столешницу – её дубовые доски тут же приняли на себя пару пуль, с трудом их остановив. Ещё одна свинцовая оса прожгла древесину, но в меня не попала.

Осталась всего одна обойма с инертными патронами, но сейчас самое время пустить её в ход. Сменив магазин, я резко высунулся и дал два выстрела прямо в центр щита. Пули не подвели, справившись с железом и уложив иоаннита. Тот, впрочем, не умер и попробовал подняться, вот только ему в лицо кто-то метко угодил из револьвера.

Метнув на прощание нож, я обратно нырнул за стол и вернулся к обычным патронам. На сей раз высунулся справа от укрытия и выстрелом попал в ногу наступающему. Тот свалился и покатился вниз по лестнице, сбивая с ног своих же. А в следующее мгновение меня так лихо прижали огнём, что пришлось бросаться в укрытие и прижиматься что есть сил к земле.

Под пальто нащупал гранату и, недолго думая, метнул её в толпу неприятелей. Грохнул взрыв, от которого хлипкий подвальчик заходил ходуном. Чего ради, интересно, стены не обрушились?

Горячий воздух пронёсся над столом, перемешанный с запахом смерти и воплями умирающих. Я выпрямился и принялся стрелять по всем, кого вижу, пока патроны не кончились.

На лестнице уже навалены горой тела, а противник продолжает прибывать. Вниз кинулись сразу двое новых иоаннитов со щитами, паля на ходу. Встав плотно друг к другу, они создали хорошее укрытие для прибывающих. Не успел я сменить магазин, как из ниоткуда выскочил Дени, бросился вперёд и обошёл щитоносцев сбоку. Он успел дважды выстрелить в одного из них, как его накрыла очередь сразу нескольких стволом.

Раненный им иоаннит пошатнулся, нарушив защиту – я воспользовался моментом и метко послал в образовавшуюся щель метательный нож.

Я отбросил пустую обойму, вновь вернулся к инертным, как вдруг наверху стали ухать глухие взрывы, посыпалась пыль и крошка, а через прошибленные в перекрытии дыры стали спрыгивать всё новые неприятели. Образовалась пылевая завеса, так что я многих из них потерял из виду, но тут стали вспыхивать отличительные белые узоры.

Чёртовы выкормыши Монарха!

На ближайшего я обрушил целую очередь инертных патронов, не оставив гаду ни шанса. Следующий кинулся ко мне, почти не различимый в завесе и полутьме. Я шагнул в сторону – мимо с гулом пронеслось какое-то заклинание, а выпорхнувший из Мада Ниак свистнул навстречу иоанниту.

Послышались крики раненого, но никак не убитого, а тут совсем близко полетели пули. Я на полусогнутых отскочил за чью-то койку, пытаясь одновременно отстреливаться. Драгоценные патроны понеслись абы куда, но стоны раненых и умирающих ни на секунду не смолкают.

Пыль улеглась, давая разглядеть порезанного мною урода. Пока тот зажимал страшную рану на груди, я убрал пистолет и метнул в недобитка нож. Тот угодил в колено, заставив неприятеля потерять равновесие. Не успел иоаннит упасть, как я просунул ему меж рёбер саблю. Подняв насаженного, я укрылся им, как живым щитом, хотя даже перестал понимать, откуда несутся пули.

Сделав несколько шагов наощупь, я уткнулся в свой стол. Бросив пока мёртвого иоаннита, я вернулся к огнестрельному оружию и дал последние выстрелы в сторону нападающих.

Вдруг понял, что выстрелы стали редкими и словно бы далёкими. Быстро-быстро надо менять обойму… не успел – надо мной показался враг, наставивший револьвер. Отменные рефлексы позволили мне перехватить оружие и направить дуло в сторону. Грохнул выстрел, я перехватился за кисть стрелка и с силой сжал, ломая человеку кости.

Выдернув револьвер гада, я схватил того за грудки и притянул к себе. Только изготовился открыть огонь, как справа мелькнула тень, показалась белая вспышка… Не успел я прицелиться, как край стола разнесло в щепки, меня словно бы ударили тысячи кулаков, причём все с разных сторон. Заклинание обронило меня на пол и проволокло по нему добрых три ярда.

В глазах тут же потемнело… Я ожидал, что в ушах будет звенеть, но вместо этого наступила почти полная тишина… Я ещё в сознании, в этом нет сомнений… однако пошевелиться не могу…

А до ушей долетают-таки какие-то обрывки фраз:

– Все… этот тоже ещё жив… Пересчитаться!.. Ремап словил пулю… стрелки херовы… Так сколько там?..

Дальше уже ничего не помню.

Глава XIII Рад встрече

– Как думаешь, кто у них? – спросила Кристин, когда мы тайком наблюдали за Эдмором и Элизой, гуляющих по аллее в парке.