Искатель, 2014 № 05

— Ну да. Мы в дартс играли, а эти подвалили… Нет, они ничего, не приставали, рук не распускали без команды… Потом говорят: давайте продолжим знакомство. Только нужно такси вызвать.

— Куда ехать собирались?

— Мы не помним, — подруги переглянулись. — Вроде в Сметанкино. А денег не оказалось. Они хотели… Но мы были против! Мы их отговаривали, честное слово! А они сказали: мол, мы только одолжим, культурно, без мордобоя…

— Подождите, — майор нахмурился. — Они собирались ограбить кого-то?

— Да нет же, — заторопились обе. — Только попросить. Типа в долг.

— Вот именно, что «типа», — хмыкнул Оленин. — Рассказывайте дальше. Только не врать!

— Ну, мы вышли вчетвером. Дошли до арки, Кит говорит: подождите, девчонки, мы знакомого встретили.

— Он сказал: спонсора. В смысле, того, у кого можно денег одолжить.

— Как выглядел этот «спонсор»?

— Не знаем. Там, под аркой, фонарь не горит, темно. Мы ждали, правда, Лар?

— Ага, — сказала брюнетка. — Минут десять. Или пятнадцать. Потом обиделись — думали, они от нас культурно срулили. Решили заглянуть — не караулить же их до утра, как дурам. Зашли в подворотню. А там…

Два мертвых тела в темноте, под дождем. Впрочем, нет, дождь начался позже, когда приехала оперативно-следственная бригада. Свернутая шея. Перелом кисти, ключицы, и носовая перегородка, воткнутая в мозг, как копье. Все это предполагало недюжинный шум, выкрики, звуки ударов — не может быть, чтобы двое здоровенных парней дали убить себя просто так. Даже с поправкой на количество выпитого.

Если только…

— А вы, милые дамы, не подмешали ли им что-нибудь в напиток?

Обе расширили глаза в благородном негодовании.

— Вы что?! Мы не из таких… У нас и в мыслях не было!

— Ну, это вскрытие покажет, — успокоил их Оленин. — Если у потерпевших в крови обнаружится клофелин или иная дрянь, пойдете как соучастницы.

Теперь девиц, кажется, проняло по-настоящему, поскольку они вцепились в майора мертвой хваткой.

— Какие соучастницы? — заверещали они в два голоса. — Спросите у бармена, мы же сидели у него перед носом! Кабы мы им в стаканы что-нибудь подсыпали, он бы сразу усек!

— А у бармена, кстати, фингал под глазом, — вполголоса заметил Алеша. — И на костяшках пальцев, по-моему, ссадины…

— Разберемся, — буркнул Оленин. — В общем, так, девочки. Сейчас с нашим сотрудником проедете в отделение, дадите письменные показания. И не дай вам бог попытаться «слинять» по дороге.

Девочки понурились.

— А предкам что скажем?

— А что бы вы сказали, если бы наутро из Сметанкино заявились?

Брюнетка вздохнула.

— Ладно. Мы же не сявки, понимаем…

— Там машина стояла, — вдруг подала голос Гаппи.

— Где? — не понял Оленин.

— Мы под арку вошли во двор, смотрим: ребята мертвые. А слева еще одна арка и выход на соседнюю улицу…

— Ясно. А что за машина? Марка, цвет?

— Мы не видели, — виновато сказала Глафира.

— Только слышали, как мотор пофыркивает, — добавила Лариса.

Понедельник, 01.55

— Похоже, не врут, — негромко заметил Алеша, когда обеих свидетельниц увезли давать показания.

— По крайней мере, насчет машины, — вставил Бармалей. — За углом, где улица Афанасия Никитина, недалеко от табачного киоска, масляное пятно на асфальте. Дождь, правда, почти все смыл, но пробы взять удалось. Там стояла машина, почти наверняка иномарка.

— Бармен вспомнил компанию, которая шары гоняла, — сказал Силин и кивнул в сторону бильярдного стола. — Человека четыре, а может, пять. Ушли минут через десять после Потапова и Рухадзе. Расплатились аккуратно.

— Выпивки много заказывали? — спросил Сергей Сергеевич.

— В меру. Уж никак не столько, чтобы из адеквата выпасть.

— Значит, вполне могли догнать наших фигурантов, войти в подворотню через другую арку, устроить потасовку…

— А мотив? Я справлялся у бармена: «терпилы» пришли отдельно, в контакт ни с кем, кроме двух девиц, не вступали…

— Может, как раз девиц и не поделили, — Оленин закурил, выпустил в потолок струйку дыма… — Меня смущает другое. Ни Потапов, ни Рухадзе хлюпиками не выглядели. Спортивные, накачанные ребята. Я бы на месте их противников обязательно вооружился. Ножом, кастетом, арматурой какой-нибудь…

— Не было там никакого оружия, — авторитетно сказал Бармалей. — Подробный отчет я пришлю завтра после обеда, но и сейчас могу сказать: ребят убили голыми руками. Никаких колотых и резаных ран, никаких следов тяжелых предметов.

— Скажите, как благородно, — хмыкнул Силин. — Прямо рыцарский турнир.

— Ну, не такой уж рыцарский. Если принять во внимание, что противников было больше и напали они неожиданно.

— Откуда ты взял, что неожиданно? — с подозрением поинтересовался Оленин.

— На обоих трупах футболки с короткими рукавами. Я осмотрел их предплечья: они чистые, ни царапин, ни ссадин. А должны были остаться, если бы парни от кого-то защищались.

— И что из этого следует?

— А то, что они не успели защититься. Или не смогли по какой-то причине.

— Может, их все-таки опоили?

Бармалей красноречиво пожал плечами: все вопросы после вскрытия, друзья мои, только после вскрытия…

— А что, если это он? — спросил Алеша. — Ну, тот, кого они собирались ограбить?

Сергей Сергеевич с сомнением поджал губы.

— Девицы показали: их спутники заглянули в подворотню. Никита Потапов — тот, у кого волосы посветлее, — сказал: «А вот и спонсор». В единственном числе, понимаешь?

— Ага, — оживился Бармалей. — Тогда этот парень должен быть размером со шкаф.

— Не обязательно со шкаф, — запальчиво возразил Алеша. — Я читал: у Брюса Ли был рост всего метр шестьдесят.

— У Брюса Ли железное алиби, — пробормотал Оленин, размышляя о чем-то своем. — Он вроде умер лет сорок назад. Однако ты прав в другом: этого «спонсора» необходимо установить в первую очередь.

— Товарищ майор, — негромко окликнул Оленина молодой парень-оперативник.

— Что?

— Вот, — он выложил на стол полиэтиленовый пакет, в котором лежало нечто маленькое, продолговатое, темно-красной расцветки.