Искры и химеры
Шрифт:
Седой писатель твердил, что клонирование – это дикость и преступление над природой. Худощавый священник с внушительным крестом на груди, неожиданно для девушки, вступился за клонов:
– Церковь первоначально была против клонирования. С появлением пилигримов пришло переосмысление. Миграция – убийство одной из двух душ: либо рожденной в нашем мире, либо явившейся из-за его пределов. Потому в этом случае клонирование – единственная возможность спасти обе жизни…
– Подождите, – перебил его ведущий, – вы оправдываете миграцию?
– Ни в коем случае! – возмутился священник. – Только через покаяние пилигрим…
– Спасибо,
Дора покосилась на Роберта. Тот явно наслаждался происходящим. Полуулыбка не сходила с его бледного лица. Маша тоже прибалдела от окружающей атмосферы, от разнообразных, пьянящих человеческих эмоций, скученных в тесных стенах студии. Гоша закрылся, нахохлился, ему, наоборот, было тяжело.
А ведущий с энтузиазмом перечислял открытия, сделанные с помощью пилигримов: медицина, химия, физика, электроника, авиация – мигранты всюду вписали свои имена.
– И все же пилигримы – это благо или зло? Давайте спросим у зала? – Ведущий направил луч лазерной указки на старичка-медика, который уже выступал в начале эфира.
– Зло для жертвы, чье тело похищают. Но это и благо для медицины. Мы научились выращивать органы, смогли победить целый ряд болезней…
Ведущий дальше не слушал, переместил луч на новую жертву – тетку во втором ряду.
– Вы бы смогли мигрировать?
– Ни за что!
– Миграция страшна? – Луч уперся в толстяка впереди Роберта.
– Не думаю.
– Если бы вы мигрировали, вы бы скучали по дому?
Луч ударил Доре в лицо, заставив на мгновение зажмуриться.
– Скучаю, – вырвалось у нее.
Рука ведущего повела указкой в сторону и возвратилась обратно, озаряя струсившую девушку.
– Скучаете? То есть вы уже мигрировали? – Ведущий почуял жертву, хищно оскалился.
Свет вокруг показался обжигающим, поток людских эмоций нахлынул, поволок Дору куда-то далеко, разгоняя кровь по венам, пробуждая нездоровый задор. Уши заложило, по спине забегали мурашки.
– Да, – выдавила из себя Дорофея. – Да, я мигрантка, то есть пилигрим! – с вызовом произнесла она.
«Пусть знают! Все пусть знают! Пусть Ланс меня увидит и поймет, как он не прав!»
– Я не жалею о содеянном! Раз я здесь, это не случайность, я уже люблю свою новую родину и новых друзей, могу быть полезной! – заявила она на всю страну.
– Ого! – Брови ведущего двумя аккуратными щетками поползли вверх. – Сколько вам было лет, когда сюда попали?
– Шестнадцать с половиной. В ноябре будет семнадцать! Я здесь, и это мой выбор.
Ведущий замер, обменялся взглядом с Робертом, прислушался к голосу в наушниках и задал следующий вопрос:
– Мне говорят, в вашем мире существует киберпространство, более совершенное, чем наш Интернет. И вы имеете нужные знания и опыт и желаете его здесь воссоздать. И даже собираете команду.
– Не самая лучшая обстановка для подбора кадров, – огрызнулась Дорофея.
«Вот оно что! От кого не ожидала подлянки, так это от Роберта. Все подстроил. И вопрос подобрал он, не кто-нибудь!»
Ведущий понимающе кивнул и поспешил избрать себе новую жертву.
Ноэль успокаивающе взял ее за руку, но Дора возмущенно отодвинулась,
потеснив Машу.– Тогда бы Рюкин и компания не узнали, где ты, могли позабыть о твоей ценности, – не отставал ученый. – Ты хорошая приманка, Дорофея. Я на тебя замечательную рыбку поймаю, червячок.
Девушка задохнулась от негодования. Он только что ее предал. Перед всей страной открыл на нее охоту! Как она теперь выйдет на улицу? И Машку подставил. Зря та хихикает, еще не поняла. Встать бы и уйти, но это привлечет еще больше внимание!
Передача закончилась, довольный Роберт, точно гаммельнский крысолов, повел ребят следом за собой по длинным коридорам телестудии. Обиженная Дорофея плелась позади.
«Приманка. Я приманка. Я мячик, которым играют другие. Я червяк, на которого ловят рыбу». Обида ныла в груди, заставляла сжимать кулаки и реже моргать, иначе бы из глаз потекли слезы.
Именно тогда и появился он – человек из электрички. Взял ее за руку и потянул в сторону. Дора не успела пикнуть, как очутилась на съемочной площадке. Суетились осветители, перетаскивали приборы, ругались. Бородатый дядька самозабвенно орал на актеров. И никто не обращал внимания на девушку в компании невысокого незнакомца.
Дора в панике закричала, позвала Ноэля, Машку. В горло точно сыпанули перца, звук вышел тихим, неубедительным, больным.
Тогда она с вызовом взглянула на похитителя. Тот улыбнулся. Черты лица поплыли, меняясь. Дора ахнула.
– Твой друг сделал большую глупость, явив тебя миру, – быстро заговорил Орэф. – В память о нашей общей знакомой помогу. Помни, ты ее наследница. Уходи. Держи. – В ладонь легли записка и несколько смятых купюр. – По этому адресу найдешь ответы. Бойся химер, твой дар для них не преграда.
Он кивнул и скрылся в коридорах, прежде чем она успела что-либо спросить.
Дорофея покинула здание телецентра, пользуясь своим талантом хамелеона. По навигатору добралась до станции метро. Там пришлось скинуть невидимость, купить билет, понаблюдать, как люди проходят турникет.
– Наследница, – прошептала она, так и сяк пробуя слово, прислушиваясь к ощущениям. Значит, Дельты больше нет! От облегчения хотелось плясать!
Об общении с Дарьей Фелисией воспоминания были самые что ни на есть мерзкие, и все же девушка ощущала с ней какое-то родство. Прошлое таинственного двойника манило и зачаровывало, точно сундук с пиратским кладом. Знаешь, что за ним стоят смерти, чье-то горе, сражения и бури, но все равно желаешь открыть, заглянуть. Что внутри – ссохшиеся, истлевшие кости или сияющие золотые дукаты из далекой страны?
Покинув подземку, Дорофея с интересом осмотрелась, задумалась – не оказалась ли она снова под властью чужого влияния? Не зря ли бросила друзей? Ответов не было. Незнакомцу она верила. Ему не было резона спасать ее тогда, чтобы погубить сейчас.
От метро пришлось пройти минут десять. Дора не раз поблагодарила создателей навигатора, без него она давно бы заплутала.
Туристы направляли свой коммуникатор на то или иное здание, получали карту и инструкцию, как добраться до цели. Как отыскать эту опцию в своем планшете, Дорофея пока не разобралась. А может, таковой и не было. Модель-то девушка выбирала самую дешевую, теперь расплачивалась за жадность.