Искусительница

Работа здесь кипела: по металлическим рельсам стучали кувалды, что-то выкрикивали рабочие, уставшие кони-тяжсловозы подвозили вагоны с рельсами и оттаскивали от полотна дороги землю и камни. Все вокруг было окутано клубами серой пыли.

Дэйв с озабоченным видом подошел к Синтии.

— Возникли проблемы, мисс Маккензи? — спросил он.

— И вам добрый день, мистер Кинкейд, — улыбнулась Синтия.

— Здесь не до светских условностей, мисс Маккензи, — проговорил он сердито. — Что вы здесь делаете?

— Я решила проехаться верхом, чтобы посмотреть, как идет работа, — заявила Синтия.

— Зачем? — нетерпеливо спросил Дэйв.

— Признаться, я просто схожу с ума от вида потных полуобнаженных мужских тел.

— Мисс Маккензи, мы здесь строго придерживаемся правила: детям и женщинам не место на стройплощадке.

— Почему же?

— Здесь слишком много машин и другого оборудования, так что находиться здесь опасно. Поэтому я решил, что жен-шины и дети должны оставаться в городке.

— Да? Что ж, я хочу, чтобы вы знали: я всегда сама принимаю решения.

— Не сомневаюсь в этом. Но видите ли, за безопасность здесь отвечаю я, поэтому приказы отдаю тоже я. Так что, если вы остаетесь на месте строительства, прошу вас не покидать городок. Я достаточно ясно выразился, мисс Маккензи?

— Я сама могу о себе позаботиться, — возмутилась Синтия, — и не намерена выполнять чьи-то приказы! Он не обратил внимания на ее вызывающий тон.

— На обратном пути советую держаться дороги, — хмуро произнес Дэйв. — А то как бы вам не заблудиться.

— Я всегда знаю, куда еду, Кинкейд, — заверила его девушка.

— Если не ошибаюсь, вы говорите о вашей способности ориентироваться?

— Похоже, я действительно вам не нравлюсь, Кинкейд.

— А вас это волнует, мисс Маккензи?

— Признаться, особенно задето мое любопытство, — улыбнулась Синтия.

— От любопытства кошка сдохла, вы не забыли, леди? — И Кинкейд ушел.

Пришпорив коня, Синтия поехала обратно. Как же этот человек раздражал ее! И на этот раз ему удалось одержать над ней верх! Но в борьбе с мужчинами Синтия была отнюдь не новичком. Она была уверена: способ обуздать Дэйва непременно будет найден.

Жизнь в городке только оживала, когда Синтия вышла из своего вагона и, приблизившись к жилищу Дэйва, постучала в дверь.

— Входите! — крикнул он.

Девушка решительно вошла и удивленно замерла на месте. Босой, одетый лишь в вылинявшие джинсы, Дэйв брился перед висящим на стене зеркальцем.

— А, это вы! — недовольно проворчал он. Полуодетый, Дэйв показался Синтии еще выше и мускулистее. Ее взгляд скользнул на его грудь: темная поросль волос, опускаясь, уходила узкой дорожкой под расстегнутый пояс джинсов.

— Доброе утро, босс. — Она старалась говорить весело, хотя в горле ее застрял ком.

Дэйв сполоснул бритву в тазике с водой и продолжал бриться.

— Чего вы хотите, мисс Маккензи?

— Я приехала сюда, чтобы делать что-то полезное, — начала Синтия.

— Например?

— Ну-у… Я могла бы помочь вам одеться. Рука Дэйва, державшая бритву, замерла.

— А мне-то казалось, что вы специализируетесь на раздевании мужчин. — И он вновь принялся скрести намыленные щеки и подбородок.

— У меня много самых разных талантов, — продолжала дразнить его Синтия. — К примеру, я могла бы добрить вас. Не сомневайтесь: я отлично справлюсь с этим. Мне часто доводилось брить Ро… — Она осеклась. — Моего бывшего жениха.

— Бывшего жениха? — ехидно переспросил Дэйв. — Что же произошло? Он внезапно прозрел?

— Нет, не он, а я.

— Поведайте мне подробности этой истории, пока я не позавтракал и мой желудок пуст. Девушка усмехнулась:

— Вам не разозлить меня, как бы вы ни старались. Так что, пожалуй, лучше заключить соглашение.

— Что ж, до завтрашнего дня я могу потерпеть. — Дэйв стер с лица остатки мыльной пены полотенцем. — Завтра утром здесь будет товарный состав, на котором вы уедете.

— Посмотрим, — проговорила Синтия и, подойдя к столу Кинкейда, села на его стул.

— Да вы хромаете, мисс Маккензи. Подвернули лодыжку? — Насмешливое выражение его лица выводило ее из себя.

— Нет, мистер Кинкейд, я не подворачивала лодыжки, — спокойно ответила Синтия.

Почистив зубы, Дэйв выплеснул мыльную воду за окно.

— Ну а теперь, когда мы, кажется, достигли соглашения, почему бы вам не уйти отсюда, чтобы я мог завершить свой туалет?

— Какой смысл мне уходить? — пожала плечами она. — Я ведь уже пропустила самую интересную его часть.

— Леди, да вы просто бесстыдны! — вскричал Дэйв, усаживаясь на стул.

«Господи, как он красив!» — пронеслась мысль у Синтии, не сводившей глаз с широких плеч и груди Дэйва, пока тот натягивал носки и сапоги.

Дэйв перехватил ее взгляд.

— Что еще? — недовольно спросил он.

— Ничего, — неожиданно занервничав, ответила девушка. — Я… После того, как вы вчера ушли, я просмотрела некоторые счета и, кажется, догадалась, в чем причина нехватки оборудования.

— Представляю, — пробурчал Дэйв, засовывая в джинсы полы сорочки и застегивая ремень.

— Я, между прочим, отлично разбираюсь в цифрах.

— Да, в особенности когда они касаются денег. Я обратил на это внимание еще в тот день, когда нотариус читал завещание вашего отца.

— Мне казалось, мы заключили соглашение, — прошептала она укоризненно.

— Ну хорошо. Так что же вы скажете по поводу постоянной нехватки рельсов?

Схватив листок бумаги и карандаш, Синтия принялась быстро делать расчеты.

— Итак, в погонной миле пять тысяч двести восемьдесят футов. А рельсы в длину составляют двадцать шесть футов. Стало быть, на погонную милю дороги уходит четыреста шесть рельсов.

— Верно, — кивнул Дэйв, подойдя к девушке. От него исходил волнующий аромат.

— Значит, на каждую милю вам не хватает двух футов…

— Да, поэтому каждые тринадцать миль мы добавляем по два рельса или приблизительно четырнадцать рельсов на сто миль, — пояснил Кинкейд.