Шрифт:
1
— Еще кофе, сэр?
Гриффин взглянул на позолоченные электронные часы — у него оставалось еще сорок минут до следующей деловой встречи. Он согласно кивнул.
— Что-нибудь еще? — не уходила официантка. В ее голосе звучали соблазнительные нотки, а бедро сладострастно касалось его облаченного в пиджак локтя.
— Нет. Все прекрасно. — Гриффин перевел взгляд с кончика сигары, которую прикуривал, на все еще что-то ожидавшую молодую женщину.
Большие голубые и совершенно прозрачные глаза занимали половину ее привлекательного кукольного личика. Изящная
Поглаживая черные густые усы, Гриффин старался скрыть циничную ухмылку. Официантка напустила на себя вид полного безразличия и отправилась на кухню. Покачивание ее бедер как бы означало прощальный поцелуй.
В ресторане стало вдруг странно тихо. Два часа назад он был переполнен голодной толпой. Теперь столы и кабинки были покинуты, швейцары и броско одетые официантки вернулись на кухню, чтобы насладиться заслуженной передышкой, и Гриффин остался единственным посетителем "Приюта моряков".
Он расправил мускулистые плечи и расслабился, удобно облокотившись на спинку кожаной кушетки. Гриффин радостно наслаждался этим оазисом тишины, вдруг возникшим посреди суматошной пятницы. Его темно-карие глаза обратились к великолепному виду залива Тампа, расстилавшемуся за окнами ресторана.
Верхушки пальм обрамляли блестящие под полуденным солнцем изумрудные воды оживленной бухты. Три рыболовных траулера освобождались от дневного улова, яхты и суда для прогулок мягко покачивались на якорных цепях. Исполненная безмятежного спокойствия картина — прекрасное завершение превосходного ланча.
Внезапно сводчатая дверь ресторана широко распахнулась. Удивленный Гриффин увидел, как высокая женщина ворвалась в его мирный уголок. Она была, очевидно, страшно зла и рассержена и даже не побеспокоилась извиниться за то, что ее огромная сумка больно стукнула его по плечу, когда она проходила мимо, стремясь поскорее проскользнуть в соседнюю кабинку. Постоянный стук ее пальцев о кожаную обивку кушетки, слышимый даже через перегородку, подтвердил впечатление Гриффина, что посетительница кипела от ярости.
Дверь ресторана открылась снова, и на этот раз вошел крепко сбитый человек в голубом деловом костюме, казавшийся таким же взбешенным. Гриффин заметил, что мужчина колебался, прежде чем проложить путь сквозь ряд незанятых столиков к рассерженной женщине.
Брэнди Эббот боролась с желанием превратиться в акулу невероятных размеров. Ее серо-голубые глаза холодно смотрели на Дэниса Грэхема, который направлялся к ней через пустой зал.
— Не могла бы ты объяснить мне, какого черта… Что это за вспышка недовольства?! — резко спросил Дэнис, присаживаясь рядом с ней.
— Вспышка недовольства! — язвительно повторила Брэнди. — Да это только верхушка айсберга! Как ты смеешь обращаться со мной так, будто я какой-то… легкий десерт, который ты можешь предлагать своим клиентам?! — Она зло сверкнула глазами.
— Ну послушай, дорогуша, у Левиса ничего такого не было на уме…
— Этот мужчина ощупал меня всю! — резко прервала она его. — Пока ты сидел и глупо ухмылялся.
—
Он безобидный…Она презрительно хмыкнула, продолжая в упор смотреть на него.
Дэнис заерзал под ее пронзительным взглядом.
— Ты могла бы придумать какой-нибудь другой способ справиться с ним, — пробормотал он, изучая содержимое солонки. — Я имею в виду, что отдавить ему ногу было немного грубовато.
— Ему крупно повезло, что я решила отдавить только это, — с сарказмом ответила она.
— Я не знаю, почему ты так серьезно все воспринимаешь, — упорствовал он, потянувшись, чтобы сжать ее руку. Брэнди высвободилась.
— Не трогай меня, Дэнис! Я не какой-нибудь сентиментальный пудель, которому нужно, чтобы его гладили. Я просто не могу поверить, что ты поощрял это отвратительное насекомое! Тебе бы понравилось, если бы он так же мучил Синтию?
— Давай не будем впутывать сюда мою жену! — приказал он низким предостерегающим тоном.
— Нет, как раз самое время впутать сюда твою жену и отца! — резко возразила Брэнди. — Ведь именно из-за Синтии я не получила денег, которые ты мне обещал!
— Я знал, что ты не оставишь так это дело, — пробормотал Дэнис в раздражении. — Это бизнес, ты же знаешь. Мне пришлось взять ее с собой в поездку.
— Единственное, что я знаю, так это то, что я устала от твоих невыполненных обещаний. Я устала от твоего вечного давления и нервного напряжения, устала от всего этого маскарада ради того, чтобы твой тесть Виктор не выяснил, кто я на самом деле.
— Ну знаешь, дорогуша, я никогда не видел тебя такой раньше… — Его карие глаза удивленно расширились. — Должно быть, это не твое время года. Может быть, если ты отдохнешь оставшуюся часть дня…
— Довольно с меня тупых неандертальских замечаний. — Брэнди презрительно посмотрела на него. Ее тонкие пальцы сомкнулись на рукоятке сверкающего ножа для масла. — Просто пойми своей глупой головой, Дэнис: все кончено. Было достаточно сложно скрывать все от Виктора, а теперь, когда твоя жена будет работать вместе с тобой, игра закончится. Мне кажется, что настало время раскрыть карты.
Брэнди решительно приставила нож к его груди.
— Не доводи меня… — предупредил Дэнис, быстро забирая нож. Затем убрал его и остальное столовое серебро за пределы ее досягаемости.
— Ну вот, теперь я, наверное, выгляжу вздорной особой…
— Ты должна быть благодарна мне за все, что я сделал для тебя!
— За все, что ты сделал! — вскрикнула Брэнди, затем понизила голос, увидев темную голову Гриффина в соседней кабинке. — О, спасибо, великодушный человек.
— Погоди-ка! Ты же не можешь сказать, что все так уж плохо, — защищаясь, возразил он; его пальцы слегка дрожали, развязывая в это время узел на галстуке. — Я был очень щедр к тебе.
— Щедр?! — Рот Брэнди даже приоткрылся в шоке. — Дэнис, тебе досталась вся прибыль, и ты прекрасно знаешь это!
— Мне казалось, что тебе понравилось начало нашего дела, — напомнил он ей голосом обвинителя, проводя рукой по густым светлым волосам.
— Я была наивной, верящей во все лучшее дурочкой… — с горечью пробормотала она. Затем вскинула голову. — Но я уже не та дура! Мне надоело быть используемой. Впервые мне все ясно. Тебе больше не придется манипулировать мною.