Испытание чувств

— Вы можете войти. — Она сделала ударение на местоимении.

Он немного помедлил и спросил:

— И Энди тоже?

Мэгги почувствовала, как задрожала ее девочка, и сжала пальцами маленькую ручку.

— Да-а, она тоже, — неохотно проговорила Джолин, так и не взглянув ни разу на сестру.

Она повернулась и пошла в комнату, свернулась там в кресле и уставилась на мерцающий экран видеомагнитофона, который Мэгги оставила на паузе, когда прозвучал звонок в дверь.

Мэгги проводила гостей в комнату и усадила их на диван. Потом она взяла свою дочь за руку и выключила телевизор.

— Пошли, Джолин. Надо приготовить кукурузные хлопья и какие-нибудь напитки.

Они только что кончили обедать и не нуждались в кукурузных хлопьях, но им необходимо было на минутку остаться наедине. Hа кухне Мэгги быстро обняла дочь.

— Ты поступила очень мужественно, крошка. Я горжусь тобой, потому что ты пригласила Энди войти. Я думаю, что ей так же понравится фильм, как и тебе, и, может быть, она что-нибудь поймет, так же как и ты.

Джолин кивнула, не поднимая пушистых темных ресниц, но выглядела она очень печально.

Джон не мог спокойно сидеть на месте. В то время как Энди осматривала игрушки и детские книжки, он медленно ходил по комнате, разглядывая развешанные по стенам фотографии. Лошади. Много лошадей, украшенных венками и лентами. Разные призы, кубки, дипломы. На многих фотографиях вместе с лошадьми был запечатлен, верхом или рядом с ними, высокий человек с огненно-рыжими волосами и смеющимися глазами. Был снимок того же мужчины с длинноногим жеребенком на руках, которому, наверное, было несколько минут от роду, потом другой снимок, где он держал новорожденного ребенка в вязаном чепчике, завернутого в шерстяное одеяло. В его улыбке, в осторожности, с которой держали ребенка его большие руки, светилась благоговейная нежность. Еще там был снимок, где он стоял с маленькой рыжеволосой девочкой, в которой легко угадывалась Мэгги. На висящей рядом фотографии они опять были вместе — Мэгги, ей, наверное, около четырех лет, в костюме для верховой езды сидит в седле перед ним. Оба смеются, как будто весь мир — веселая игра, в которой участвуют только они одни. Следующий снимок был сделан, видимо, тогда же, что и предыдущий, только теперь Мэгги гордо сидит верхом на широкой спине пони, зажав поводья в кулаке, а ее отец стоит рядом, бережно поддерживая дочь.

Там было еще много фотографий Мэгги более старшего возраста, но ее отца на них больше не было. Джон внимательно осмотрел фотографию Мэгги с бабушкой и дедушкой, особо задержав взгляд на Доке Монро. Он помнил Дока высоким, представительным мужчиной, но здесь, на фотографии, где он стоял рядом с Мэгги, старый доктор явно не выглядел выше среднего роста. Когда-то четырнадцатилетнему мальчику он казался гигантом, а в последнее время это впечатление у Джона даже усилилось, потому что память о Доке Монро в Мейплс была очень сильна. У Джона не было ни одного пациента соответствующего возраста, который не мог бы сказать что-нибудь хорошее о старом Доке Монро.

Джон помедлил перед снимком, на котором Мэгги держала в руках Джолин точно так же, как на другой фотографии отец держал саму Мэгги. Начиная с этого места, все фотографии были в основном посвящены Джолин, и Джону казалось, что это детские фотографии его собственной дочери. Это было странное, сбивающее с толку ощущение — видеть, как бы выглядела Энди в непривычной одежде, в необычной для него обстановке, рядом с незнакомыми людьми.

— Можно мне посмотреть, пап? — Энди вскочила на кресло, чтобы лучше рассмотреть фотографии, скованность ее как рукой сняло.

— Ой, смотри! — Она показала на снимок, на котором Джолин скакала на Призраке. — У Джули есть своя лошадь? — Энди бросила на него чуть ли не обвиняющий взгляд, потом требовательно спросила: — Она даст мне покататься на ней, а, пап?

Прежде чем он успел ответить, она пересела на подлокотник кресла и принялась разглядывать другие фотографии.

— Ой, смотри, это, наверное, мисс Эдейр, когда была маленькой. А это ее папа? У него тоже рыжие волосы. И у нее тоже была своя лошадь, когда она была маленькой.

Зависть отчетливо звучала в ее голосе.

— А почему здесь больше нет снимков, где она сфотографирована вместе с папой?

— Я думаю, что он умер, — осторожно сказал Джон.

Энди взглянула на него, ее возбуждение пропало.

— Да? — сказала она. Энди никогда не говорила о смерти, даже в самых общих выражениях. Она не обращала на смерть внимания, считала, что это что-то непонятное, неизвестное, что-то такое, что никогда не должно ее, Энди, касаться. Она продолжила изучать фотографии, надолго замирая перед каждым изображением лошади, задавая время от времени вопросы о призах, на которые Джон не всегда мог ответить.

Перед фотографией, которую так долго рассматривал Джон, она задержалась.

— Это мисс Эдейр, а это ее бабушка и дедушка, правильно? Они совсем-совсем старые, да, пап?

Он кивнул, и Энди продолжила осмотр.

— Вот я чего не понимаю — а где ее мама?

Теперь, после вопроса Энди, Джон тоже обратил на это внимание. История жизни Мэгги имела весьма заметные пробелы. Очень странно.

— Ты думаешь, ее мама тоже умерла? — тихо спросила Энди.

— Я не знаю, доченька, — сказал он, опуская ее на пол. Взяв дочь за руку, он направился к дивану, на который Мэгги предложила им сесть прежде, чем пошла на кухню. Энди устроилась рядом с ним, не выпуская его пальцев из своей руки.

— Это, наверное, совсем плохо, — сказала она, — когда твои мама и папа умирают, а ты еще очень маленький ребенок.

— Да, это плохо, — согласился Джон, крайне удивленный ее словами, и стал ждать продолжения. Жаль, что она выбрала такое неподходящее время и место для обсуждения этой темы, но раз уж она начала этот разговор, лучше, видимо, ее не сбивать. Ясно, что она над чем-то размышляет.

— А если ты умрешь, то я должна буду жить вместе с бабушкой и дедушкой? — Под ее внешне беспечным голосом угадывалась неподдельная тревога.

— Да, — спокойно ответил он.

— А если потом и бабушка с дедушкой умрут, где я буду жить?

— В твоих вопросах слишком много если, дорогая, но, если даже это случится, ты никогда не останешься одна. Всегда найдется семья, которой нужна маленькая девочка, найдется кто-то, кто даст тебе кров и будет беречь тебя, пока ты не вырастешь.

— Может быть, кто-то, как мисс Эдейр, — сказала она — Потому что теперь у меня есть сестра, а она — мама моей сестры. Если я буду жить с ними, то ясно, что мне будет можно кататься на их лошадях сколько я захочу.

Джон посмотрел на нее не зная, то ли ему смеяться, то ли негодовать. Сколько в этом рассуждении было от искренних страхов, что случится, если все, кого она знает, умрут, и сколько от желания иметь лошадь?

— Как бы то ни было, — успокоил он дочь, — я не собираюсь умирать. Я сильный и здоровый человек и надеюсь прожить еще много лет.

Энди не выглядела полностью разубежденной, но промолчала. Когда послышались шаги Мэгги и Джолин, возвращавшихся с кухни, она не стала отпускать его руку. Джон мягко сжал ее пальцы — после этого неожиданного разговора им владели смешанные чувства.