Источник

Очень странное чувство. Я в первый раз вижу это место, но знаю что уже много лет, оно принадлежит мне и здесь я провожу немало времени.

Смотрю на Игната. Он в ответ смотрит на меня с какой-то растерянностью. Он будто стал старше и одновременно помолодел.

Игнат всегда был для меня старшим товарищем, хоть мы и ровесники. Сейчас же он смотрит на меня так будто главный я.

Похоже я стал понимать. Мне это просто снится. Бывают такие, очень реалистичные сны.

Мне захотелось подшутить над Игнатом, но… Но не до шуток.

— Это неизбежно. — продолжил Игнат. — Более того, если мы постараемся что-то изменить, то произойдет что-то ужасное. Не знаю что, но чувствую. Ты знаешь у меня все избирательно.

Я понимающе кивнул. То есть не я, я то ничего не понимал. А вот тот я который говорил с Игнатом, кивнул со знанием дела.

— Нужно чтобы все сделала Ирина. Меня она не послушает, она слишком привязана к тебе. Поэтому сам ее убеждай.

— Все потому что ее невозможно просчитать?

— И она сможет все исполнить не задев гаджет.

— Есть понимание, сколько у нас времени?

— Нет, может через неделю, а может через десять лет. Но готовиться нужно уже сейчас…

Разговор все длился, а я уже не слушал. Мною овладело что-то другое, солнечное и светлое. Сон продолжался, но уже о чем-то другом.

Глава 3. Предварительный результат

Проснись.

Сергей лежал закрыв глаза.

Рук и ног он не чувствовал. Глаза открывать не хотелось. Голова не болела, но казалось очень тяжелой, почти неподъемной и ватной.

Во рту пересохло. Он подвигал языком, первое мгновение показалось что тот намертво прилип к небу.

— Доброе утро Сергей. — очень спокойный, ровный голос, незнакомый. — не отвечайте. Ваш организм перенес серьезные перегрузки. Мозг и тело не до конца восстановились, требуется еще время на полную реабилитацию.

Кто это говорит? И как понял что я проснулся? Я ведь даже не шевелился. И голос бесцветный такой.

— Попробуйте открыть глаза, но не торопитесь. — Внезапно Сергей понял что не слышал говорившего ушами. Голос звучал в его голове. — глазам нужно будет привыкнуть к свету.

Он через силу разлепил веки. Глаза резануло, — будто соль попала, они сразу стали слезиться.

Пока зрение привыкло, прошло наверное полминуты.

Он попытался оглядеться, при этом не двигая головой.

Перед его взором, метрах в двух над ним нависал потолок. Обычный потолок, белый.

Он через боль повертел глазами. Поморщившись попытался чуть повернуть голову. Он был в небольшой комнате, по ощущениям лежал на кровати. Единственным в помещении источником света было окно справа.

Окно было зашторено, но сквозь щели проглядывало серо-оранжевое небо. Больше похоже на закат.

— А почему доброе утро-то?

Он попытался задать этот вопрос вслух. Почему-то это казалось ему важным сейчас. Но у него ничего не получилось, больше было похоже на сиплое мычание.

— На столике справа от Вас стоит стакан с водой. Попробуйте попить, но не делайте резких движений. Это может быть болезненно.

Сергей повернул голову чуть сильнее. Стакан и правда был. Он потянулся. Рука казалось весила килограммов пятьдесят. Он попытался приподняться, — безрезультатно.

После четвертой попытки ему удалось привстать, и подтянувшись облокотиться на спинку кровати.

Потом он дотянулся-таки до стакана и поднес его к губам. Казалось во рту была настоящая пустыня.

Он сделал несколько маленьких глотков.

— Хорошо. Попробуйте задать Ваш вопрос еще раз.

— Се… — он сглотнул, — сейчас утро? — голос хриплый, как у алкаша.

— Нет, сейчас вечер, восемь часов тридцать девять минут.

— Почему ты… — Сергей не знал кто с ним говорит, но вдруг подумал, что как-то невежливо обращаться на ты к тому, кто так отчаянно Выкает. — Почему Вы сказали доброе утро?

— Это вежливость. Так говорят люди друг-другу при пробуждении. Разве не так?

— Так. Но обычно это утром говорят. Кто вы?

— Я Лаки.

Сергея будто ударило током. Его осенило яркой вспышкой, что это та самая скользкая гадость в его голове.

Он глубоко вдохнул, с горем пополам смог взять себя в руки.

Он не знал что еще спросить, в голову не шли мысли. И просто было лень.

— И что теперь делать будем?

— Сначала мы будем адаптироваться друг к другу. Это займет еще совсем немного времени.

— Долго я в отключке был?

Лаки сделал небольшую паузу, потом ответил.

— Пять дней, три часа и семнадцать минут.

Ничего себе. — подумал Сергей, — Я почти неделю так провалялся. Вот черт.

— И сколько мне еще так лежать?

— Первичная синхронизация почти закончена. Вы придете к состоянию нормы, через семнадцать часов.

Сергей задумался. Ни о чем-то конкретном, просто ненадолго ушел в себя. Тело понемногу стало слушаться. Постепенно возвращалась чувствительность.

Я подал сигнал Алексею. Он скоро будет.

Сергей не знал, хотелось ли ему сейчас видеть друга.

Через пару минут в дальнем углу комнаты открылась дверь и вошел Леха.

Было заметно что он слишком суетлив. Он сильно горбился. Глаза его были красные, ввалившиеся. Он похоже эти пять дней не спал.

— Привет, как ты себя чувствуешь? — на его лице проявилась виноватая улыбка, он старался не встречаться с Сергеем взглядом.

Сергею почему-то, стало немного стыдно.

— Прекрасно! Похоже я неплохо выспался, — он постарался сделать голос бодрым, — все правда хорошо.

— Ты прости что так вышло. Такого не должно было произойти, — Сергей чувствовал что Алексею нужно хоть что-то сказать, попытаться объясниться, выговориться, и он не перебивал. — Гаджет, ну Лаки, слишком быстро стал сливаться с мозгом, видимо где-то сбои были. В итоге синхронизация прошла на три часа быстрее, зато адаптация увеличилась почти на четыре дня. Но необратимых повреждений нет. И я просто не ожидал что тебе придется пройти через такие мучения, и я..