Итоги № 31 (2012)
Шрифт:
Я за здоровую конкуренцию. У России и большей части
«Шорты» не в моде / Дело / Капитал / Загранштучки
«Шорты» не в моде
/ Дело / Капитал / Загранштучки
Страх перед дальнейшим ростом доходности гособлигаций Испании в случае продолжения обвала фондового рынка страны заставил испанские власти запретить в понедельник, 23 июля на три месяца короткие продажи акций и торговлю производными инструментами, эквивалентными открытию коротких позиций. Итальянские власти поддержали коллег из Испании, запретив короткие продажи на неделю. Среди участников рынка ходят слухи, что к запрету на «шорты» могут при необходимости присоединиться власти Франции и Бельгии.
Для инвесторов в итальянские и испанские акции основной вопрос сейчас заключается в том, стоит ли сбрасывать таковые, имеющиеся на руках, или лучше подождать, на случай если в результате запрета на короткие продажи эти акции могут подорожать?
По опыту кризиса 2008—2009 годов можно сказать, что запрет на короткие продажи не принесет устойчивого роста акций. Все, что может произойти, — это краткосрочный, длиной в несколько дней, отскок котировок перед дальнейшим снижением.
Последний раз запрет на короткие продажи в Европе вводился в августе 2011 года Испанией, Италией, Францией и Бельгией после рекордного с 2008 года обвала акций банковского сектора. Однако, судя по динамике фондовых индексов Испании и Италии, в последующие после запрета месяцы запрет на «шорты» лишь замедлил падение, но никак не привел к росту акций в следующие недели.
Фондовый индекс Испании IBEX 35 после запрета «шортов» 12 августа прошлого года еще в течение целого месяца продолжал снижаться и вернулся к уровню, который был на момент введения запрета, лишь в начале октября. Фондовый индекс Италии FTSE MIB снижался и того дольше, целых полтора месяца, вернувшись к исходному уровню также в начале октября. Больше того, уже в ноябре оба индекса вновь опустились значительно ниже августовских уровней.
К слову, в сентябре 2008 года после коллапса инвестиционного банка Lehman Brothers короткие продажи были запрещены на несколько недель в США, а в июне 2010 года в связи с экономическим кризисом «шорты» запретила уже Германия.
Оба запрета также не привели к какому-либо значимому росту акций в следующие несколько месяцев, хотя в Германии примерно через три месяца начался устойчивый рост рынка. Впрочем, это было скорее связано с подъемом на всех мировых площадках, нежели с июньским запретом на короткие продажи.
Так что, вероятно, и нынешний запрет на необеспеченные продажи акций не приведет к существенному росту котировок.
Персона грата / Политика и экономика / Профиль
Персона грата
/ Политика и экономика / Профиль
Сергей Лавров: от небоскреба на окраине Манхэттена до высотки на Смоленской площади
Октябрь 1995 года, 50-я сессия Генассамблеи ООН. Постпред России Сергей Лавров не идет — буквально летит по коридору нью-йоркской штаб-квартиры. На мою просьбу об интервью реагирует, не снижая скорости: «Прошу в курилку». Острых тем не обходит, западных коллег критикует, формулировки четкие, никакого тебе «широкого круга проблем, представляющих взаимный интерес». На фоне тогдашнего министра иностранных дел Андрея Козырева, снискавшего никнейм Чего Изволите, он выглядел почти инопланетянином. Лавров источал «ненашенскую» свободу и независимость суждений...
Из высотки на Манхэттене Лавров уже давно перебрался в высотку на Смоленской площади, став самым «долгоиграющим» министром иностранных дел новой России. Но своему амплуа не изменил ни разу...
Студент
...Будущий министр родился 21 марта 1950 года в Москве в семье служащих Министерства внешней торговли СССР. Историей международных отношений увлекался со школьной скамьи. Далее — аттестат с серебряной медалью и МГИМО.
СССР, как известно, был обществом бесклассовым, но не бескастовым. Мгимошники слыли кастой особой. Это теперь говорят: мажоры. Тогда это звучало понятнее и проще: золотая молодежь. Хотя и в стенах самого вуза имелись свои касты, свои «козырные» и не очень факультеты. Лавров попал на восточное, не самое престижное отделение. Зубрил сингальский язык, вкупе с ним — английский и французский.
Как водилось в советские времена, в начале сентября первокурсники вместо учебных аудиторий очутились на стройке — Москва ударными темпами возводила Останкинскую телебашню. Студент Лавров — автор и исполнитель песен под гитарный перезвон — мгновенно стал душой компании. «Там, в котловане, мы и сплотились. Этот костяк курса потом стал основой нашего стройотряда. Хакасия, Тува, Якутия, Дальний Восток — где мы только не строили!» — вспоминал он. Впрочем, многим своим сокурсникам наш герой запомнился отнюдь не стройотрядовской штормовкой. Красавцем щеголем тот был уже тогда, студенты попроще и подойти-то к нему стеснялись.
Лаврова выбрали культоргом вуза. На ответственном посту не дремал — сочинял и режиссировал капустники. Страсть к этому делу он не только пронес через всю жизнь, но и придал ей международное звучание. Июль 2005 года, форум АСЕАН во Вьентьяне, традиционный cabbage field (он же — капустник). Министр отжигает в пародии на фильм «Звездные войны» в роли джедая...
Постпред
По окончании института в 1972 году Сергея Лаврова направляют в Шри-Ланку старшим референтом посольства. По сути же он стал «ангелом-хранителем» при тогдашнем после Рафике Нишановиче Нишанове: переводчиком, личным секретарем и помощником, заведовал протоколом, занимался аналитической работой. Словом, начальную дипшколу прошел от А до Я. В МИД вернулся через четыре года — в управление международных организаций. Первое назначение в ООН получил в 1981 году. В 1988 году вновь вернулся в Москву. Через два года на Смоленской площади сменил Андрея Козырева на посту начальника управления (тот стал главой МИД РСФСР). Если верить Андрею Владимировичу, именно он и порекомендовал молодого дипломата Седому Лису — Эдуарду Шеварднадзе. Так или иначе, в апреле 1992 года Лавров становится замминистра иностранных дел новой России, а через два года — постпредом РФ при ООН.
О его назначении в Нью-Йорк судачили разное. Одни — что перспективного дипломата направили поднимать отстающий колхоз: в начале 90-х работу нашего ооновского постпредства не критиковал только ленивый. Другие — что Андрей Козырев просто-напросто отправил за океан потенциального конкурента.
Так или иначе, но в декабре 1995-го накануне отставки Козырева Лаврова действительно рассматривали как одного из его преемников. Но не срослось. В преддверии своей второй президентской кампании, триумфов явно не сулившей, Борис Ельцин предпочел молодому Лаврову многоопытного Примакова. А в сентябре 1998 года МИД возглавил уже его, Примакова, протеже Игорь Иванов.