Итоги № 44 (2011)

Уже в этом году должны были начаться массовые выплаты накопительной части пенсий. По оценке президента Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов Константина Угрюмова, их должны получать около 500 тысяч человек (это льготные категории граждан, выходящие на пенсию раньше обычного срока). Но не случилось — накопительная часть пенсий не выплачивается. «Отсутствие выплат является прямым нарушением прав застрахованных пенсионеров», — говорит Константин Угрюмов. Но причина в том, что до сих пор не принят закон, который должен определить порядок ее начисления и выплаты.

Кто-то скажет, что загвоздка с принятием «выплатного» закона произошла именно потому, что речь идет о слишком маленьких суммах и чиновникам просто стыдно за проведенную реформу. Другие — что они надеются ее вовсе отменить, изъяв деньги с накопительных счетов и направив их на покрытие текущего пенсионного дефицита. Правда, надолго пенсионных накоплений не хватит. По итогам 2010 года их всего-то 1,3 триллиона рублей. А Пенсионному фонду России ежегодно необходимо более пяти триллионов. То есть наши накопления покрывают лишь четвертую часть годовых расходов на пенсионеров.

Ситуация заставляет правительство спешить. Ведь в будущем году «новых» пенсионеров будет уже 4 миллиона. И затягивание с принятием закона может привести к взрыву социального недовольства. Интересно, что соответствующий законопроект был разработан Минэкономразвития еще в 2009 году, но из-за позиции Минздравсоцразвития попал в парламент только через два года. Как стало известно «Итогам», в социальном ведомстве не соглашались с двумя принципиальными положениями — возможностью выплаты накопительной части пенсии в ускоренном порядке в течение семи лет и правом родственников пенсионера наследовать накопления в случае его смерти. Собственно, итоги совещания в правительстве стали компромиссом, которого в конце концов удалось достичь. Ключевым стало решение о том, что на ускоренную выплату пенсионных накоплений смогут претендовать только те, кто участвует в программе софинансирования или направляет материнский капитал на увеличение размера выплат.

Тем самым государство пытается стимулировать граждан копить на пенсию самостоятельно. Суть программы заключается в том, что граждане получают возможность отчислять на свои накопительные счета еще и часть заработка. В ответ на это государство к каждому отложенному гражданином на старость рублю добавляет свой рубль. Но здесь есть условие: сумма, положенная вами на счет, не должна быть меньше 2 тысяч и больше 12 тысяч рублей в год. Программа действует десять лет. И за это время можно накопить максимум 120 тысяч рублей и получить столько же от государства. Подобная схема позволит прибавить к пенсии еще 2 тысячи рублей в месяц, если получать ее вы планируете в течение тех же десяти лет.

Звучит такая перспектива заманчиво. Но только на первый взгляд. Максимальная сумма личных накоплений по программе софинансирования — 120 тысяч рублей. НПФ, как уже было сказано, на длительном отрезке времени показывают крайне низкую доходность. Если же эти деньги банально разместить на рублевом банковском счете под 10 процентов годовых, то через десять лет вы получите 240 тысяч рублей — столько же, сколько можно накопить с участием государства. Но поскольку ограничения по максимальному размеру вкладов в банках не существует, самостоятельно скопить на старость можно куда больше. Неудивительно, что, по официальным данным, в программе софинансирования пенсий сегодня участвуют лишь 5 миллионов 700 тысяч человек. Цифра не такая уж большая, если учесть, что всего пенсионные накопления сегодня формируют 71,6 миллиона наших сограждан.

Государство явно дает понять, что исключительно за счет налогов достойную пенсию обеспечить не получается. В итоге не около 6 миллионов, а все 70 миллионов человек, в перспективе имеющих право на средства накопительной части пенсии, должны начать откладывать на старость свои кровные. Авось тогда будущая пенсия не окажется в разы меньше текущей зарплаты. Правда, для этого придется откладывать значительно больше, чем 12 тысяч рублей в год. И без всякого государственного софинансирования. А значит, нынешнюю пенсионную реформу в любом случае пора сдавать в архив и начинать изобретать пенсионный велосипед заново.

Константин Угодников

В Греции ничего нет / Дело / Капитал

Всю эту кутерьму вокруг Греции и европейских проблем иначе как бесплатным цирком не назовешь: слишком уж долго и нудно шли переговоры между греческими кредиторами и лидерами Европейского союза. И вот вроде бы они окончательно договорились. Цена вопроса — списание 100 из 350 миллиардов евро афинских долгов.

После того как Николя Саркози и Ангела Меркель озвучили решение по Греции, рынки тут же воспряли духом, а евро стал укрепляться. Казалось бы, все должны радоваться. Отнюдь...

Лидеры крупнейших европейских экономик почему-то не раскрыли деталей механизма списания греческого долга. А ведь именно в деталях вся суть! От того, каким образом будет реализована эта неприятная процедура, зависит размер убытков мировой финансовой системы.

Есть одна небольшая, малоизвестная, но очень влиятельная организация — Международная ассоциация свопов и деривативов. Вот уже более 25 лет она стоит на страже интересов крупнейших мировых инвестиционных банков и очень успешно борется с попытками властей регулировать международный рынок производных финансовых инструментов (деривативов). Именно она будет решать, является частичное списание афинского долга полноценным дефолтом или всего лишь невинной реструктуризацией долговых обязательств. Если Греция все-таки объявит себя банкротом, то у мировых и локальных банков, а также хедж-фондов возникнут проблемы аж на 1,5—2 триллиона долларов: им придется выплачивать страховые суммы по кредитно-дефолтным свопам. Такой вариант развития событий вполне реален. Например, за признание решения о списании части греческого долга страховым случаем выступают такие банки, как Barclays и Credit Suisse (их представители входят в совет директоров вышеупомянутой ассоциации). Зато американские банки вполне могут быть против, поскольку тогда, по некоторым оценкам, им придется выплатить 600 миллиардов долларов, которых у них попросту нет.

К таким «виражам» добавляются еще и неожиданные проблемы самого Европейского центрального банка, выкупившего греческие бонды на 60—70 миллиардов евро. Если ему придется списать половину афинских обязательств, то у него появится огромная дыра в балансе, потому что собственного капитала Европейского центробанка для того, чтобы «переварить» все потери, просто не хватит. И тогда европейский регулятор становится банкротом! Все это уже находится, на мой взгляд, на грани абсурда. Куда смотрят политики?

После того как Ангела Меркель и Николя Саркози показали, как сильно они беспокоятся о своих банках (к слову, имеющих международный статус), ни у кого не должен вызывать иллюзий правильный ответ насчет реальных хозяев Европейского союза. Мировые банки по сути — это одно большое «масонство», которое держит политиков в узде и заставляет считаться со своими интересами. Однако последние должны учитывать мнение не только банкиров, но и европейских избирателей, которые все больше возмущены бессмысленным заливанием деньгами греческих проблем.

Стоит евролидерам сделать один неверный шаг, и они тут же потеряют доверие и с легкостью полетят со своих мест на следующих же выборах. В Германии, например, скоро будет избираться новый канцлер, а партия Ангелы Меркель — Христианско-демократический союз сдает в ходе региональных выборов одну землю за другой. Поэтому европолитики и действуют так осторожно и тратят месяцы на бесполезные поиски компромиссов.

А ведь решение европейских и мировых проблем лежит на поверхности, оно просто элементарно. Я думаю, что такие страны, как Греция, Испания и Италия, рано или поздно объявят нормальный дефолт. Это приведет к неизбежному банкротству большого числа банков. Да, будет больно, обидно и неприятно для всех — но что поделать! Плохие инвестиции должны быть обнулены, должна пройти череда банкротств, чтобы экономика оздоровилась от того безмерного объема долга, который она сейчас не в состоянии обслужить.