Изыди

И сегодняшний день не был исключением. Очередная попойка, дебош пьяного папаши, и, не став дожидаться рукоприкладства, Филипп сграбастал свои скудные пожитки и был таков. Устало остановившись в небольшом скверике, он натужно вздохнул, стянул видавший виды рюкзак с гудящих плеч и небрежно бросил его на лавку. Настороженно озираясь, достал пачку сигарет и, закинув вновь на плечо багаж, потянулся за зажигалкой в задний карман тесных джинс. Злые слёзы туманили взор. Смачно затянувшись, подросток поковылял к старому покосившемуся ларьку. Спрятав дымящий бычок в рукаве, парень, сгорбившись, протиснулся внутрь. Изо всех сил стараясь не грякнуть хлипкой дверью, он аккуратно потянул её на себя, но тут же поёжился от мерзкого скрипа. За прилавком обнаружилась хмурая, побитая жизнью особа.

– Чего надо? – неприветливо зыркнула бабища. Конопатый непробиваемо указал взглядом на небольшую бутылку воды и зашарил по карманам в поисках оставшейся после раздачи листовок (редкой, но необходимой подработки) мелочи. Не успев и звякнуть о прилавок, монеты были спешно прихлопнуты влажной ладонью. Торговка недовольно цыкнула и стянула с верхней полки бутылку негазированной столовой. Водрузив на прилавок заветный сосуд, она ловко сграбастала деньги, тут же потеряв интерес к неряшливому подростку. Передёрнув плечом, бедняга выскользнул за дверь, уцепив бутылку за горлышко. Глубоко затянувшись остатками тлеющей роскоши, он безмятежно потушил сигарету об обшарпанную стену всё того же щедрого ларька. Суетливо оглядываясь, он сдёрнул крышку с бутылки и сделал жадный глоток, тщетно пытаясь загасить пожар души живительной влагой. Мгновенно опустошив половину купленной тары, он почувствовал явное облегчение и, приободрившись, продолжил свой бесцельное путешествие.

Глава 2

Филипп шёл, не разбирая дороги, пару раз в задумчивости наскакивал на нервных прохожих, не обращая внимания на недовольные крики и проклятия, щедро сыпавшиеся вслед. Едва сдерживая слёзы, он вспоминал пьяную орущую физиономию отца и быстро постаревшую худенькую мать, испуганно сжавшуюся трепетной птичкой. Конечно, её жаль, но что мог противопоставить хилый пацан против слетевшего с катушек пьяного бугая? Он уныло взглянул на свои сжатые цыплячьи кулачки и, хмыкнув, покачал головой. Вот бы ему пудовые кулачищи, тогда б он показал отцу, как обижать слабых.

Пошатнувшаяся психика тихо шуршала шифером. Как можно двинуться в пятнадцать, спросите вы? Уверяю вас, можно! Если терпеть с шести лет ежедневный вынос мозга и бесчисленные побои. Вновь задёргался карман. Филу уже в который раз звонил приятель. Отвечать почему-то не хотелось, но занудный упрямец мог сводить сума своими звонками хоть целый день. Судорожно потянув трубку, Фил безнадёжно запутался в кожанке и ответить, естественно, не успел. Торопливо закурив, он решил сам набрать приятеля и уткнулся в мобилку. Что и следовало ожидать, тут же с кем-то столкнулся. Не отрываясь от светящегося экрана, Фил резко свернул, обходя препятствие, но… препятствие почему-то не обходилось. Удивленно вскинув голову, парень запнулся, едва не выронив телефон. Готовые было сорваться с губ слова возмущения колючим комом застряли в глотке. Это был плащ. Долгополый, струящийся жидким атласом чёрный плащ. Объёмный капюшон скрывал темноту и… пустоту?

– Кто вы? – пискнул мальчишка, нервно сглотнув и пытаясь протолкнуть в желудок колючего ежа. Но в ответ тишина. «Плащ» дёрнулся и, тихо рыкнув, грубо оттолкнул мальчишку, да так, что тот, неловко размахивая руками, полетел в сторону. Дёрнув вниз кончик капюшона когтистой перчаткой, персонаж невозмутимо прошествовал мимо.

Фил буквально оторопел от такой наглости:

–ЭЙ!? – поднимаясь с колючего пня, так удачно подвернувшегося под пятую точку, он с ненавистью прожигал взглядом плащ. Точнее, удаляющуюся спину. Что ж, драться с таким странным прохожим ему не хотелось, и, проглотив обиду, парень недовольно отряхнулся. Напоследок фыркнув, он хотел было продолжить свой путь в никуда, но идея фикс дерзко заползла в голову и завладела мыслями, отвлекая от так неудачно начавшегося дня. Уже с другим интересом Филипп обратил взор в сторону нахального незнакомца. Тёмная фигура спешно удалялась. Ещё чуть, и её будет уже не догнать. «От кого ты бежишь? Или опаздываешь?» В это время школьники идут либо в школу, либо в колледж… Или незнакомец спешит куда-то ещё? Куда же? Зловредная мыслишка захватила, увлекла и потянула подростка вслед тьме. Навстречу чему-то новому, опасному, но жутко интересному.

***

Минуты сменялись часами, а Фил всё крался за «плащом», опасливо озираясь. Через редкий лес, замусоренное озеро, когда-то такое прозрачное и ясное, как и ярко-голубые глаза мальчишки, в которых раньше можно было утонуть, а теперь уже совсем поблёкшие. Отчаянно ругая самого себя за минутную слабость, продирался он сквозь колючие кусты и цепкие ветки будто влекомый неподвластной хрупкому разуму силой. А корявые деревья, словно специально, хватали своими скрюченными пальцами за одежду, путались в скомканных волосах, норовя оставить на память лохмотья такого приметного скальпа. Но наконец-то лес закончился, и Филипп резко остановился, затаив дыхание, не решаясь покинуть столь недружелюбные заросли и шагнуть на открытое пространство, в середине которого ютилось небольшое полуразрушенное строение. Именно туда, в старую непонятную заброшку, и шагнул наглый тип. Мелькнувший на долю мгновения из-под чёрного атласа хвост ввёл мальчика в ступор.

«Хвост… Хвост!? Нифига себе костюмчик. Не настоящий же это живой, выросший хвост. Но не бывает же таких людей. Или бывает… Людей ли? Чертей… Демонов… Фурий… Кто там ещё хвостатый из нечисти… М-м-м… Оборотень? Нет!» – тут же отмёл последнее предположение обескураженный сыщик. Сейчас же не ночь и нет полной луны. «Господи», – одёрнул себя парень. – «Неужели я серьёзно стою тут и рассуждаю о таких вещах? Просто немыслимо! Видимо, действительно крыша поехала!» – новоиспеченный сыщик страдальчески закатил глаза, но тут же коварно прищурился. – «Что ж, всё-таки надо проверить.»

Вот именно сейчас ему бы развернуться и сломя голову бежать, пусть и в безжалостный, но такой знакомый и понятный мир, но нет же! Как во всех традиционных ужастиках, когда, вместо того, чтобы спасаться, главный герой тупо прётся в самое жуткое пекло, Филипп, тряхнув головой, отгоняя невольные мурашки и умные мысли, осторожно двинулся к зданию.

Да, Карл, не назад, а именно к этой злополучной и страшной заброшке! Что за чудовище скрывается от глаз людских в чаще густого леса?

Тщательно прячась за углом, мальчишка заглянул в пролом дверного косяка и лихорадочно зашарил глазами. Посчитав свои дерзкие наблюдения недостаточной уликой, он заблаговременно включил камеру мобильника и навёл на существо, так кстати опускавшее капюшон. Один момент… Секунда… Оно поворачивается, пальцы слабеют, телефон вдребезги, а Филипп судорожно зажимает ладонями раззявленный в немом крике рот, пытаясь заползти за выщербленные осколки ближайшей стены и не издать при этом ни звука. Чёртик, демон, фурий или сам его знает кто он такой с шумом втянул носом воздух и уставился прямо на копошащегося в руинах шпиона. Точнее на тот самый угол, где минуту назад прятался Филипп. Рваным рывком подскочил к дверному проёму, поскрёб старую дверь когтями и оскалился. Сердце мальчишки ухнуло в пятки.

– Где же ты спрятался, смертный? – громогласный рокот чудовищной волной обрушился на страдальца. Чёрт не Чёрт грозно тряхнул головой, обнажая короткие рожки в смоляных волосах. Ярко-алая прядь кокетливо скрыла глаза. Жуткие, горящие жёлтым пламенем шары с по-кошачьи вертикальными зрачками. Острый, прямой, вполне себе человеческий нос продолжал шумно втягивать воздух, чутко улавливая флюиды страха и безошибочно определяя местоположение жертвы. Скукожившись в нервный комок, мальчишка плотнее вжимался в стену, пытаясь слиться с облупившейся кладкой, но оглушительный бой сердца и шумное дыхание не давало и шанса на то, что ему удастся остаться незаметным. Он уже обложил себя всеми пришедшими в голову проклятьями, помолился всем известным Богам, обещая им быть хорошим и послушным мальчиком, лишь бы помогли избежать внимания кошмарной твари, но, видимо ему снова не повезло и у Богов сегодня выходной.

– Попался!! – длинной когтистой лапой чудовище цепко схватило за воротник застиранной, но ещё плотной толстовки и притянуло дрожащего лазутчика прямо к своей мерзкой морде.

– Фу-у-у! – казалось бы, уродливей уже некуда, но скрюченная физиономия Чёрта доказала обратное. – Человечек! – и молниеносно затаивший от страха дыхание мальчишка был брезгливо отброшен.

– Ну ни фига себе!!! – он больно приземлился на острое крошево строительного мусора многострадальной пятой точкой, от возмущения и удара у парнишки вышибло и дух, и страх одновременно. – Это я-то «Фу-у-у!!!»? Себя давно в зеркало видел? – с трудом поднимаясь и потирая больное место, огрызнулся он, но тут же запнулся, вспомнив, что должен дрожать от ужаса. Жаром окатило лицо, и предательская испарина выступила на лбу. Не подавая вида, Филипп упрямо вздёрнул подбородок и злобно уставился демону прямо в глаза.

– Пуф-ф… Да! – чертяка еле сдерживал смех при виде душевных метаний, отразившихся на перекошенном лице смертного.

– Обидно вообще-то!! – процедил сквозь зубы подросток, скрестив руки, и, как ему казалось, угрожающе сдвинув брови.

– Как хотя бы имя твоё, бесстрашная козявка? – улыбнулся рогатый, обнажая небольшие, но острые клычки. Невероятно, но он как будто бы сдулся, и перед храбрившимся школьником теперь возвышался не такой уж и страшный персонаж. Стянув легкий плащ, незнакомец небрежным жестом отбросил его в сторону, оставшись лишь в алой, как кровь, тунике.