K.S.E.N.O.N

Хомячиха сидела на диванчике, поджав ноги. Горячий напиток вдруг пробудил в ней чувство ностальгии, и она замерла, всматриваясь в свое темное, размытое отражение.

Следователь взял стул, до этого находившийся возле двери, поставил его ближе к дивану и уселся напротив девушки, закинув ногу на ногу. Теперь они оба молча изучали друг друга. Гетерохромия Рида еще с первых минут знакомства привлекла внимание хомячихи. Левый глаз серый, как дым во время пожара, а правый - как небо, каким оно было еще лет десять назад - насыщенно-голубой. Часть волос закрывали его, но не полностью.

Николас думал о том, стоит ли сейчас пытаться что-то выудить из нее. С одной стороны, девушка выглядела вполне спокойной, но нельзя было забывать, что она не обычный человек. Им удалось сбежать с места происшествия до прибытия полиции. Попади хомячиха к ним на допрос, у него самого была бы уйма проблем. Чертов Винсент! Во что он его втянул?

– Как ты себя чувствуешь?
– спросил для начала Рид.

Девушка неоднозначно пожала плечами.

– Мне нужно задать тебе несколько вопросов. Сможешь ответить?

Николас терпеливо ждал от нее хоть какого-нибудь ответа, и, наконец, она утвердительно кивнула. Он выждал еще минуту, чтобы, во-первых, самому собраться с мыслями, а во-вторых, дать ей настроиться на нужный лад.

– Зачем ты побежала туда?
– спросил он как можно нейтральнее.

Девушка опустила глаза, обдумывая слова.

– Мне показалось, что там я смогу вспомнить...

Рид впервые слышал ее низковатый голос не в обрывке фразы, а в полноценном предложении.

– Почему именно там?

Она снова пожала плечами.

– Удалось что-то вспомнить?

Отрицательно покачала головой.

Следователь вздохнул и откинулся на спинку стула.

– Ты помнишь, что происходило с тобой в первые минуты после потери памяти?

Она помнила, но хотела бы забыть и это. Забыть дуло автомата, наведенное на нее, и черное отверстие, словно портал в бездну.

– Ладно, оставим это на потом, - сказал следователь, заметив, как напряглась девушка, - Давай пока перейдем ко мне. Меня зовут...

– Николас Рид. Я помню, - перебила следователя хомячиха, тем самым немного сбив его с толку. А ведь он уже представлялся полным именем в ее присутствии, когда они были на корабле.

– Можно просто Ник, если тебе будет удобнее.

Мужчина встал, подошел к окну и приоткрыл створку. В помещение тут же проникли звуки уличной суматохи. Затем он сунул руку во внутренний карман куртки и не обнаружил там свои любимые сигареты. Рид вдруг вспомнил, что они так и остались лежать на столе, в его квартире, но он не отчаялся, в тумбочке хранилась еще одна пачка неначатых. Следователь облокотился на подоконник и щелкнул коллекционной зажигалкой. Такие сейчас нигде не купишь, разве что на аукционе, но Риду она досталась в подарок от одного весьма щедрого и благодарного клиента. «За хорошо выполненную работу,» - сказал тогда уже лысеющий, брюхатый владелец отеля «Селестия». Он просил навести справки на его партнера по бизнесу, чтобы, найдя лазейку, можно было прибрать к рукам и вторую половину. Рид не только выполнил, но и перевыполнил план, загнав беднягу за решетку с конфискацией имущества. Ничего личного, просто в процессе расследования он случайно разворошил змеиное кубло. Таким людям всегда есть, что скрывать.

Облако дыма выплыло в окно. Николас давно ждал возможности закурить. На улицах и, особенно, в общественных местах грешить табаком запрещалось, хотя можно было использовать электронки, но Рид предпочитал традиционный способ курения.

– Как хочешь, чтобы я тебя называл?
– возобновил разговор следователь.

– Все равно, - ответила девушка после небольшой паузы.

– Я уже мысленно обозвал тебя Хомячихой, но не думаю, что тебе будет по вкусу такое прозвище. Давай договоримся, чтобы ни у кого не возникало вопросов, я сделаю тебе паспорт с любым понравившимся именем до тех пор, пока ты не вспомнишь свою настоящую личность, и ты в дальнейшем будешь представляться только этим именем. Позже мы придумаем тебе небольшую историю жизни для убедительности.

Следователь сделал затяжку и выпустил еще одно облако дыма. Его лицо сейчас выглядело расслабленным. В какой-то момент он поймал на себе недоверчивый взгляд девушки.

– Скажу откровенно, я пытаюсь помочь тебе не из каких-то бескорыстных побуждений. Если ты все вспомнишь, я тоже выиграю от этого, - объяснил Николас, - Но факт остается фактом: сейчас я единственный человек, на которого ты можешь положиться, заинтересованный в твоей безопасности, а это главное для тебя. Прости, что не объяснил тебе этого раньше. Мне казалось, ты была еще не готова выслушать меня или кого либо.

Рид смотрел куда-то в угол кабинета, не видя ничего перед собой. В голове хаотичными круговоротами вращались недавние события. Его не столько заинтересовал мутант, хотя, конечно, он тоже произвел на него неизгладимое впечатление, сколько те двое ребят в черном, которые за минуту сделали то, чего не смогли сделать прославленные консервы и отряд нацгвардии - обезглавили чудовище. А еще Николаса удивил тот факт, что мутант не тронул хомячиху, когда та подошла к нему. Он четко запечатлел в памяти картину, когда девушка почти ласково прикоснулась к морде чудовища, словно они давние знакомые. Это выглядело бы трогательно, если бы не валяющийся рядом разодранный труп. Рид выстрелил потому, что боялся, что в любой момент ее может настигнуть та же участь.

– Хоуп, - вдруг сквозь задумчивость услышал он голос хомячихи.

– Что?
– переспросил следователь.

– Мне нравится имя Хоуп. Я хочу, чтобы меня так звали, - мечтательно произнесла девушка и обняла себя за плечи.

– Не сказал бы, что тебе подходит это имя, но пусть будет Хоуп, - согласился Рид.

Одиночество

К вечеру Рид, наконец-то, смог забрать хид-кар с эстакады. Только теперь он вспомнил, что не захлопнул дверцу, когда сломя голову понесся вслед за Хоуп. Тем не менее, каким-то чудесным образом в машине все осталось на своих местах. Ни документы, ни дисконтные карты, ни что-либо еще не пропало. Зато снаружи, а именно на правом крыле автомобиля, появилась идеально ровная белая царапина, которая тянулась едва ли не по всей длине хид-кара. Но обиднее всего было то, что страховая компания, с которой Николас заключил контракт, обанкротилась меньше месяца назад. Сейчас любой бизнес, хоть частный, хоть юридический, мог полететь под откос, так что в этом не было ничего удивительного или неожиданного. В этом плане Риду повезло больше. В любое время всегда будет процветать преступность, а в нынешние дни и подавно, так что у него всегда будет работа.

Подумав об этом, следователь немного осадил свое раздражение. Он приближался к дому. Тени на асфальте к тому времени значительно удлинились, и уже начинали загораться придорожные огни. Хоуп, как обычно, сидела сзади, прислонившись лбом к прохладному стеклу. От спокойного, мерного дыхания девушки на нем выступил конденсат, который, словно в калейдоскопе, стал отражать огни города. Едва заметное гудение двигателя вводило в легкую дрему, и по телу растекалась одурманивающая расслабленность. При этом голову Хоуп буравили мысли, которые не позволяли ей всецело отдаться этому состоянию.

Ник молчал всю дорогу с того момента, как они покинули офис. Ее немного коробило то, что он так холоден к ней и в то же время следователь никогда не давил на нее. Порой она даже забывала, в какой трудной ситуации находится, и хотела просто все взвалить на Николаса, раз уж он сам вызвался ей помогать. Пусть он борется вместо нее.

Это эгоистично? Но что значит эгоизм для человека без памяти?

– Выходить не собираешься?
– услышала она сквозь глубокую призму размышлений. Оказалось, что они уже давно остановились под домом следователя. Рид открыл дверцу для нее и ждал, когда девушка сообразит выйти.