Как стать продюсером

— Ну а мы ей в этом поможем, — поддакивал ему его приятель.

— Получается, что вы прямые наши конкуренты, — хмыкнул я.

Работой «в поле» оказались обычные выезды к разным людям, которые по тем или иным причинам не могли явиться в студию. Точнее, в здание «Кимура» рвались толпы людей, но братья (всё-таки оказались троюродными) Баро решили не искать среди льющегося, как они это называли, хаоса искорки надежды, а искать их самостоятельно. И, как оказалось, их стратегия часто приносила плоды. Конечно же, самородки появлялись и сами на пороге компании, но… в общим, любили эти парни самостоятельно всё делать. Ну а я и не против покататься, хоть немного выберусь из стен «Кимура».

— Конкуренты? — хохотнул Сараке. — Нет, приятель, никакие вы нам не конкуренты.

— О как, — в тон ему хмыкнул я. — Значит, Чоу говорила правду — пафоса у вас не занимать.

На это рассмеялись уже все трое.

— Ягами-сан очень умная женщина, — заговорил водитель. — Наверное, из-за этого и одинокая. Слишком много работы, в которую она влюблена.

— Звучит печально, — произнёс его братец, но потом вновь стал весёлым. — Кстати, Кацу, вот скажи честно, кто тебе больше по нраву Ягами-сан или Сано-сан?

— Эм, — я несколько замялся. Слишком провокационный вопрос. — Думаете, я вот так просто признаюсь двум неизвестным парням?

— Правильно, Кацу, — одобрительно кивнул Нооро. — Никому не доверяй. В нашем деле это очень опасно.

— Но при этом всегда нужно иметь союзников, — продолжил Сараке. — Так что, приятель, — он повернулся ко мне с переднего сиденья и протянул руку, — надеюсь, что наша неожиданная встреча послужит большому и плодотворному сотрудничеству.

— А уж как я на это надеюсь, — искренне ответил я и пожал его ладонь.

Глава 30

Солнце приятно согревало тело. Стоило выйти из машины, как его лучи скользнули по мне, напомнив, что я всё ещё живой человек. Да, вот такие мысли посетили меня, ведь в прошлой жизни я был монстром. Чудовищем, терзающим греховные души. Впрочем, они сами были в этом виноваты. Никто просто так в Дзигоку не попадает.

Откуда у меня эти депрессивные мысли, спросите вы. Да всё просто, достаточно было взглянуть, куда меня привезли братья Баро, как настроение стремительно улетучилось.

— Да брось, чего ты?! — приобнял меня за плечи Нооро, заметив мой подавленный вид. — Мы же, наоборот, принесли им удачу.

— Возможно, — вставил своё слово его братец и первым направился к… детскому дому.

Да, да, именно туда меня и привезли. А мне жуть как не хотелось ловить на себе взгляды, полные мольбы и надежды. Почему-то я уже представлял их. Хотя… может, всё обойдётся, и я себя накручиваю?

— Пойдём, — Нооро потянул меня к дверям. — Поверь, сперва тяжело, но потом привыкаешь.

— Так себе напутствие, — буркнул я, озираясь по сторонам, будто искал спасение. Глупо, понимаю, но в тот момент я не мог себя контролировать. Нахлынули воспоминания о моей дочери и её матери… неприятная история.

Стоило нам появиться на пороге, как двери сами распахнулись, и к нам сбежала щупленькая женщина, лет за пятьдесят. Длинные тёмные волосы и выразительная улыбка. Вот только в глазах бескрайняя усталость и нечто ещё, что я не сразу распознал.

— Баро-сан, — она поклонилась сперва Нооро, а после Сараке. — Баро-сан. Рада вас видеть.

Страх, вот что было в её взгляде и ауре, окружающей незнакомку. Вот только недобрый страх, будто она хотела что-то утаить и боялась, что её раскроют. Но проблема в том, что мы не из какой-то там государственной службы, и проверки не планировались. Нам бы просто взглянуть на ваши дарования и спокойно вернуться в «Кимура».

— Взаимно, Кохаги-сан, — поклонились ей братья. Я последовал их примеру. — А это наш новый компаньон, — указал на меня Нооро. — Знакомьтесь, Таката Кацу.

— О-о-о, — протянула женщина с той же лукавой улыбкой. — Тот самый Демон радости?

— Можно сказать и так, Кохаги-сан, — кивнул я. — Просто оказался в нужное время в нужном месте.

— Порой этого мало, — нравоучительно заметила она, подняв указательный палец. — Ваши навыки и готовность вступить в неравный бой за зрительское внимание, вот что вам помогло, Таката-сан.

— Не могу спорить со стольной умной женщиной, — хмыкнул в ответ.

— Вы мне льстите, — смутилась наша собеседница, но тут же спохватилась. — Но что же мы стоим у дверей. Прошу, проходи. Дети вас заждались.

Войдя внутрь, я несколько успокоился. Нет, гнетущее чувство одиночества не исчезло, однако стоило мне увидеть пронёсшуюся мимо нас стайку детей, от которых так и разило радостью, я невольно улыбнулся. Однако стоило мне пройти в зал, где уже всё подготовили, как ко мне вернулась та самая злость, что я испытывал, живя в Дзигоку. И пусть я был Демоном, Дьяволом, Сатаной, или кем-то ещё (имена давали люди, им бы только оскорблять всех вокруг, не видя собственные прегрешения), но я никогда целенаправленно не терзал души. Грешные безусловно, хотя даже в том случае каждому из ублюдков было отведено определённое место, где он страдал самостоятельно. Да, мои приспешники помогали в этом, да и сам я порой опускался к своим пленникам. Однако я никогда не трогал души детей. И знаете почему? Потому что их не было в моём огненном царстве! Дети — невинные создания, которые лишь с возрастом могут превратиться в монстров. И зачастую это связано с тем, что были воспитаны либо вот в таких вот условиях, как в этом детском доме, либо в окружении настоящих чудовищ, которых почему-то называли родителями. Нет, никто из этих маленьких созданий не заслуживает того, чтобы их бросали. И, кстати, для людей, что поступали столь гнусно (именно лицемерно, так как ситуации были различные) в Дзигоку был отдельный котёл. И вот уже там я…

— Кацу? — вырвал меня из воспоминаний Нооро. — Ты ещё с нами?

— Да, простите, — я мотнул головой, собираясь с мыслями. — Просто задумался.

— Надеюсь, о чём-то благостном, — улыбнулась мне заведующая. — Ведь сейчас вы услышите нечто прекрасное.

К тому моменту мы стояли в просторном зале, чистом, прибранном, но всё равно детском, так как несколько игрушек, валявшихся по углам, я всё же приметил. И это почему-то поселило в моём сердце радость.

А у противоположной стены стоял рояль, за который и села одна из девочек. Высокая для своего роста, но безумно худая. Казалось, стоит на неё дунуть, как девчушку унесёт в открытое окно. Хотя при этом признаков голодания или какой-либо болезни у неё не наблюдалось. Выглядела вполне здоровой.

— Это Анжи, — представила её женщина. — И у неё потрясающий голос. Впрочем, вы сейчас сами услышите, — провела ладонью по плечам девочки. — Прошу, Анжи, сыграй для нас.

Пальцы Анжи мягко легли на клавиши, и тогда зал наполнила тихая и убаюкивающая мелодия. А через пару мгновений Анжи запела:

— Я был рождён из груды камня,

И только твердь в груди моей.

И мне не страшны хлад и пламя,