Кальдерон

На краю поляны я оглянулся. Горбатый Мэдро сидел у плиты и грыз ногу Диккена, стараясь оторвать от голени кусок мяса. Страстно грыз, жадно, как оголодавший пёс. Мерзкое зрелище. Но теперь не было сомнений, что в руке он держал человеческую кость.

Небо сегодня балует нас звездопадом. Тёмно-синяя гладь, заметив, что ярких светящихся точек на ней стало слишком много, осыпает их словно спелые абрикосы. Звёзды сыплются на Далиум, позволяя его жителям верить в чудеса и загадывать желания. Но кое-кто эту красоту больше никогда не увидит…

Как поэтично я описал ночь, в которой свершится жестокая расправа. Самого тошнит от такого словоблудия. Тихо крадусь к дому торговца сукном. Чтобы выяснить, где живёт Трум, я дождался, пока тот закроет лавку и направится в своё семейное гнёздышко. Пришёл он сюда не сразу, решив сначала пропустить пару рюмок в одном из трактиров. Так что попутно мне выпала возможность немного изучить город. Далиум — один из провинциальных центров с оживлёнными улицами, рынком и множеством различных магазинов и баров. Дома не деревянные, как в посёлках, а каменные или кирпичные, с черепичной крышей. Некоторые — в три этажа. Обитали тут, в основном, неписи, но игроков тоже хватало, ведь почти в любом заведении можно получить квест. Мой двенадцатый уровень на фоне местного контингента смотрелся жалко. Правда, ни у кого нет такой брони. До наступления вечера оставалось ещё несколько часов, так что я успел зайти в магазин магических вещей и купить два самых дорогих кольца из тех, что были в продаже. Одно на десять процентов увеличивало количество маны, другое усиливало магию разрушения на те же десять процентов.

Я застыл у старого сарая. Жду, пока патрулирующие город рыцари с факелами удалятся на почтительное расстояние. Электричества в «красной зоне» нет, без лунного света и огня на улицах царила бы темнота. Не знаю, почему убить Трума нужно именно ночью, но таково условие. И даже если б небо затянули тучи — плевать. У меня есть «Ночное зрение».

Одноэтажный дом из жёлтого кирпича с покатой крышей. Деревянная дверь массивная, со стальными поперечными планками. Я не громила и вряд ли смогу её выбить. Не буду и пытаться, ведь есть окна. Быстрыми мелкими шагами семеню к тому, что выходит на задний двор. Удар. Звон битого стекла. Заскакиваю внутрь. Даже если разбудил соседей и вообще всё пойдёт не так, моё имя и внешность скрывает плащ. Главное, убить всех, кроме старшей дочери. Но мне неизвестно, сколько человек в семье торговца. Я достал кинжал.

Гостиная выглядела неплохо. Резная мебель, в серванте много красивой посуды, на полу ковёр с замысловатыми узорами. На стене — картины с натюрмортом и морским пейзажем. Распахнулась дверь, из спальни появился Трум в подштанниках и с двуручным мечом. Держит его неуверенно, руки дрожат. Он явно не умеет обращаться с оружием. Я приготовился ударить холодом, но тут позади торговца заметил миловидную женщину в светлом халате. Она зажгла свечу. Приятные добрые черты лица, испуганный взгляд. Шепчет что-то похожее на молитву. Следом распахнулась и вторая дверь. На пороге комнаты стояла девушка лет двадцати. Волнистые длинные волосы, красивое лицо, в глазах тревога. Одета в ночную рубашку. В руке нож. К ней прижимался кудрявый маленький мальчик. Увидев мой кинжал, он начал тихо плакать. Ну и дела.

— Уходите, — попросила женщина. — Мы не сделали ничего плохого.

— Я отдам все деньги, — сказал Трум, — только не трогай детей.

Вот нахрена придумывать такие задания?! Пусть это бездушные программы, но выглядят они как живые люди. Мало вам всяких монстров? Хотите, чтобы я резал глотки женщинам и детям?

Девушка отстранила мальчика и сделала шаг вперёд. Готова пырнуть незваного гостя. Смелая.

— Камелия, нет! — крикнул Трум и бросился на меня, не давая дочери стать первой жертвой.

— Зани су каус.

Торговец застыл на расстоянии вытянутой руки. Волнение сошло с его лица. Я выбил меч, тот со звоном упал на пол. Камелия подбежала и ударила меня ножом в грудь. Затем в живот. В плечо. В ногу. Снова в грудь. Я не умирал и вообще ни как не реагировал. Ерунда. Мой клинок за один удар отнимает больше. От безысходности девушка опустила руки, по её щекам побежали слёзы.

Это самый лёгкий квест — убить четверых беззащитных NPC. Хоть клинком, хоть «Морозом по коже». Идеальные цели для поднятия навыка. Однако я медлил. Что происходит? Мне ведь даже на людей часто было плевать, а тут какие-то неписи. Понятное дело, идёт проверка человеческих качеств, вот только я не человек. Может, этого и боюсь — стереть в себе последние остатки того, что роднило меня с людьми? Не знаю. Но Зоксулар пусть катится в жопу! И его трупоед — туда же! И программисты, которые пишут такие квесты!

Прячу кинжал и вылезаю через окно на улицу. Вот такой я верный слуга. Оставлять деньги за разбитое стекло не стал, и так уже много доброты проявлено. Прогуляюсь к трактиру, где выпивал Трум. Там сидело много персонажей с яркими точками над головами. Надеюсь, хоть кто-то остался. Узнаю, что предложат они.

— Плесни-ка мне чего покрепче, — попросил я зеленоглазую мулатку в синем сарафане по ту сторону барной стойки.

Когда Камелия била меня ножом, я не ощутил ни малейшего жжения, но разум пока не верил в полную атрофию чувств и требовал контрольную проверку. Барменша налила в рюмку что-то прозрачное. Водка? Принюхался и не почувствовал запаха. Попробовал. Безвкусная жидкость. Отставил рюмку в сторону. Кто-то бросает бухать, дабы не умереть от цирроза, я же бросил после смерти.

Ладно, Тан пришёл сюда не ради выпивки. Окидываю взглядом трактир. Игроков и неписей полно, но народу с квестами заметно поубавилось. Днём их было десять-двенадцать, сейчас только двое. Я подошёл к толстяку с растрёпанными волосами и носом-картошкой. Он пил эль сразу с двух больших деревянных кружек, одновременно заигрывая с развратного вида девицей. Та постоянно поглядывала на его мешочек с деньгами, заткнутый за пояс — у девицы свой квест. Спросил толстяка, есть ли для меня работа.

— Да, приятель, есть, — ответил толстяк и поставил одну кружку на стол, чтобы погладить стройную красивую ножку. — Выбей долг с чёртового наглеца Джона Ретти. Он должен был вернуть мне две тысячи монет ещё месяц назад…

Я не стал дослушивать до конца и сразу направился к другому столу. Мелкие задания мне ни к чему. Пожилой светлый эльф с лиловом сюртуке в одиночестве глушил пойло из высокой глиняной бутылки. Глаза пьяные, но с лавки пока не падает. Поинтересовался, могу ли чем помочь?

— Украли весь товар, — едва ворочая языком, произнёс эльф. — Понимаешь, весь! Две больших крытых телеги с сыром. А стража говорит: «Никаких следов»… Ну так ведь не бывает…

Да что за хрень?! Все нормальные квесты расхватали, остались только такие. Мне рубилово нужно, а не вот это вот всё. Расследованием я на Кересе займусь.

Нужно глянуть, кто сидел в других заведениях. Уж барчуганов в городе хватало. На соседней улице была пивнушка, заметил её, когда следил за Трумом. Я двинулся к выходу, но в дверях столкнулся с неписью с жёлтой точкой над головой. Небритый высокий парень в дорогих кожаных доспехах. Взгляд колкий. Длинные светлые волосы собраны на затылке в хвост, который обвивал шею словно шарф. Конец хвоста крепился к его же основанию деревянным «крабом». На спине — колчан со стрелами. Но главное, парень тридцать седьмого уровня. Это уже серьёзный чувак. Таких просто так в игру не вводят. Он прошёл мимо меня, сел за барную стойку, попросил у мулатки перекусить.

Я вернулся. Сел рядом.

— Приветствую тебя.

Парень окинул меня взглядом с ног до головы.

— Привет, — короткий сухой ответ.

Барменша поставила перед ним тарелку с яичницей и хлебом.

— Есть работа?

— Борьба со злом, — он принялся уплетать свой поздний ужин.

— Годится.

Ничего не отвечает. Жуёт.

— Так что делать?

— Дай мне спокойно поесть.

Вот засранец. Хорошо, подожду. Наверняка у него квест интересней, чем долги выбивать. Алкоголь не заказывал, значит, парню нужно быть бдительным. И вообще он выбивался из здешней тусовки. Наконец, с едой покончено. Чувак положил на стол несколько золотых, встал. Кивком головы позвал меня за собой.