Каменное сердце

— Хорошая ты девчонка, пифия. Жалко, врешь с предсказаниями. — Несколько рывков поставленной вертикально пики в очередной раз раскидали слишком близкие наконечники. Но их было чересчур много, и Олегу пришлось пятиться, прижимаясь спиной к горячей спине спутницы. — В одном ты права: не судьба мне стать твоим мужем. И ребенка нам родить — не судьба. Напрасно знакомились.

Тут огромный валун врезался в землю в трех шагах от ведуна, больно обдав его мелким крошевом. Гномы заметались — кто испугался, кого покалечило скользящим ударом. Еще камень рухнул по другую сторону. Послышался устрашающий рев, и уже перед самым носом Середина рухнул огромный гранитный кулак. В груди екнуло, нежданная подмога напугала ведуна даже сильнее, чем острые копья подземных жителей. Он неуверенно посмотрел вниз… Нет, повезло. Ноги целы, по пальцам не попало. Посмотрел вверх… и обнаружил на расстоянии вытянутой руки глаз Ессея. Сглотнул, прошипел:

— Спасибо, брат…

— Внизу есть ход, — от голоса гиганта заложило уши. — Сейчас я его заткну.

Земля дважды дрогнула. Оказавшись на полторы сотни метров дальше, великан принялся энергично трясти, ломать тамошние скалы, обрушивая валуны себе под ноги и время от времени их притоптывая.

— Так что ты там говорил насчет детей? — ласково прошептала в ухо Роксалана. — Я не расслышала. Про детей, про мужа?

— М… М-мегальянс, — опять сглотнул Олег. — Тут вокруг должно быть полно гномов. Нужно выследить их и перебить. Как бы со спины не ударили.

— Мегальянс — это большой союз, чуня, — хмыкнула девушка. — Шведскую семью предлагаешь?

— Нет, ты мне нравишься, Роксалана, — мотнул головой Середин. — Только дай дух перевести. Мне чуть ноги не оттоптали.

— Нравлюсь и.?

— Гномы! — Он опустил копье и кинулся к камню. Но трое коротышек, бросив оружие, сыпанули в разные стороны.

— Ну вот, уже отмазку придумал, — задумчиво произнесла сзади девушка. — Если тепленьким не взять, обязательно выкрутится.

Нагнать хоть одного из подземных жителей Середину так и не удалось. Драться с ним никто из карликов даже не пытался, а уворачивались, находили лазейки и укрытия они с такой скоростью, словно заранее пути отхода распланировали. Трудно ночью полуслепому против зрячих.

— Нужно засыпать тронный зал, — промелькнув сверху, сообщил Ессей. — Оттуда тоже можно попасть наверх!

Спустя полминуты грохот ломаемых камней послышался уже от вершины.

Махнув рукой на уцелевших недоростков, Олег вернулся к Роксалане и Тарии, подобрал кувалды.

— Хоть и не оружие, а бросить жалко. Инструмент. Как плот свяжем, никаких хлопот с ними не будет. Не на горбу же повезем, вода понесет.

— Нехорошо это, — покачала головой Роксалана.

— Молоты?

— Уходить нехорошо, не попрощавшись. Он все же от смерти нас спас, и сейчас ради нас старается. А сердце у него одно. Где-то под землей зарыто, у кочерыжки морщинистой. Вдруг он его прямо сейчас расколоть собирается?

— Я даже близко не представляю, где оно может быть спрятано, — развел руками Олег. — И как искать…

— Нужно позвать его с собой. Что ему тут теперь делать?

— Если успеем. Подгорный князь, думаю, только сейчас узнал о его предательстве. Как раз в эти минуты, небось, бежит за сердцем.

— Ты что, радуешься?

— Идем скорее, — оставил Олег без ответа глупый вопрос. — Счетчик тикает. Хоть попрощаться.

Ессей запечатывал тронный зал долго и старательно, обдирая макушки всех ближайших гор и выступающие скалы. После его работы на карту можно было смело наносить новый высотный пик. Словно в ознаменование победы, склоны осветились рассветными лучами. Великан распрямился, прикрыл глаза ладонью, сотворил глубокий вздох:

— Это правда. Так хорошо мне не было никогда в жизни! Счастье — это когда все вокруг так?

— Будет лучше, — пообещала берегиня. — Я горжусь тобой, могучий Ессей. Разве можно не любоваться таким, как ты?

— Я — Ессей! — захохотал гигант. Его смех заставил во всех окрестных лесах сорваться с гнезд и взметнуться ввысь птиц, колыхнул деревья, разогнал тонкую пелену облаков. Но он не был пугающим. Это был смех счастливого человека.

— Ты слышишь меня, брат?! — помахал от места недавней битвы Середин.

До этого подойти к богатырю ближе он не рисковал: вокруг трудяги сыпались камушки по центнеру весом.

— Да, смертный, — поставил руки в боки великан.

— Мы идем в славный город Муром! Дорога будет долгой и нескучной. Не желаешь ли пойти с нами? Мы все будем рады такому товарищу!

— Му-уром… — Разумеется, лицо гиганта повернулось к наяде. — Не знаю. Я никогда никуда не ходил. Уходить рано! Из города подгорного князя есть еще два выхода. Нужно заделать их, чтобы гномы не вышли и не убили вас всех. Это там…

Гигантскими шагами Ессей спустился с горы, за минуту пересек долину полукилометровой ширины, поднялся на соседнюю гору и принялся энергично боксировать со склоном.

— Откуда он знает, как эти лазы выглядят снаружи? — не поняла Роксалана. — Он же всю жизнь провел под землей.

— Старики сказывали, гномы посылали его воевать с людьми, — поправила Тария. — Он знает, откуда выходить наверх и как возвращаться в пещеры.

— Господи, как же они отбивались от такого монстра? — перекрестилась Роксалана.

— Мы проиграли войну, — с горечью признала кочевница.

— Мог бы нас и отнести… — Середин прикусил губу, мучаясь в сомнениях, но обе кувалды все же спрятал за пояс, также прихватил два тонких и длинных вороненых копья. Заметив у некоторых погибших карликов мечи, забрал четыре штуки, сунул пару Роксалане, еще два — Тарии и кивнул: — Пошли.

Люди перебирались от горы до горы не меньше часа: пока спустились, пока шагали через густую, выше колена, траву, пока карабкались наверх через гладкие, словно окатанные морем валуны, сваленные один на другой. Восхождение прервал зловещий вой — оглушающий, как голос Ессея, но не знакомый.

— Он что, теперь еще и поет? — усмехнулся Олег. — Похоже, жизнь парня окончательно вошла в новую колею.

— Помогите! — внезапно возникла перед ним берегиня. — Помоги Ессею, смертный! Они его убивают!

— Кто? Кого?

— Там, — махнула рукой наяда. — Возле входа. Откуда гномы могли выбраться в мир.

— Подождите здесь, — крикнул Середин девушкам, а сам, свернув, стал карабкаться на отдельно стоящий скальный палец.

Разумеется, из двух спутниц его послушалась только кочевница. Роксалана забралась следом. Вместе они увидели, как Ессей взмахнул рукой, и он него отлетел сверкающий, словно солнце, шар. Однако сзади на великана запрыгнул саблезубый тигр, вогнал в плечо длинные клыки, рванул плоть, еще раз, еще — гигант поймал его за шкирку, несколько раз шарахнул о горный склон. В это время золотой шар развернулся, став чем-то похожим на броненосца, только с щупальцами под брюхом, и прыгнул, норовя спутать Ессею ноги. Тот бросил кошку, наклонился ко второй твари. Она торопливо схлопнулась в шар — и великан поддал этот мячик, откинув на добрых полкилометра в чащу леса. Там затряслись вершины, причем вполне целенаправленно — невидимый враг торопился назад к месту схватки, где саблезубый тигр рвал великану ногу. От могучих ударов сотрясалась гора и раскалывались камни. Словно щепки, разлетались вековые ели и сосны.

— Это Фарух и Люклин, — сообразил Олег. — Демон железный и демон золотой. Гномы натравили на Ессея двух оставшихся стражей.

— Они же охраняют что-то там внизу!

— Ты забыла? Ессей замуровывает выходы из города на поверхность. Им сейчас уже не до жиру. Послали то, что есть.

Люклин исхитрился-таки спутать ноги великана и свернулся кольцом, защищая тонкие гибкие щупальца прочной броней. Ессей пытался порвать путы, бил их все сокрушающими кулаками, но безуспешно. Над кронами взметнулся тигр — гигант потерял равновесие, и все трое покатились вниз, мимо вцепившихся в скалу зрителей. Роксалана вскрикнула, берегиня исчезла, чтобы оказаться внизу, на их пути. Демоны, снося деревья и скалы, неудержимой лавиной прокатились по ней… Но нежить, разумеется, не пострадала — осталась стоять там же, где была.