Камешки

— И что? — спросила Джульетта, не понимая, какое отношение эта поучительная история имеет к воинам, решившим толпой напасть на одного мага.

— А то, что родители и воспитатели за ними следят. И рано или поздно могут понять, что сколько не пори, толку все равно не будет. Не знаю, что в таком случае делают с принцами, но каких-нибудь баронят, если они не единственные наследники, ссылают в школу доспешных воинов. Туда же своих лишних или бесталанных отпрысков ссылают купцы и не только они. Еще в эту школу попадают сироты с подходящими физическими данными и кое-какими мозгами. Ну, понимаешь, тех, кто поумнее и работоспособнее — разбирают в ученики разные строители, гончары и прочие. Одаренных магии учат. Совсем безнадежных отсылают подальше от столицы в разные шахты, леса и каменоломни. Ну, еще в эту школу попадают разные бастарды и крайне редко балбесы, желающие рыцарской славы. Вот. И все эти выдающиеся личности кипят в котле под названием "казарма". Их довольно редко оттуда выпускают. А когда выпускают, они бегут искать приключения и частенько находят тех, кому повезло больше. А это, знаешь ли, обидно. Вот и дерутся.

— А десять на одного?

— Я же говорю, наивное ты дитя. Наши парни, если поймают одинокого ученика из той школы, тоже мимо не пройдут. Просто из мести. Сильно избивать не будут, конечно, но унизить попытаются. И знаешь, что странно? До сих пор ни наши учителя в ту школу не ходили, ни их к нам. А значит, произошло что-то действительно странное и страшное.

— Ага, — сказала Джульетта и задумалась. — Шелла, а как же тогда офицеры и… даже у короля есть звание и он где-то учился, когда был принцем. Вот.

— Ну не в школе же, в которой учат пользоваться амулетным доспехом и ничего более. Понимаешь, на самом деле это скорее младшая школа, чем старшая.

— Тогда, чтобы стать офицером, нужно учиться в воинской старшей? — уточнила Джульетта.

— Именно. Но не у всех на это хватает ума и терпения. А так, даже те, кто становится офицером за заслуги, все равно сдают какие-то экзамены.

— Понятно, — сказала Джульетта.

Книги опять наврали. А может, те, кто их пишут, плохо знают, как устроена жизнь.

— Шелла, а тебе не интересно, что там произошло?

— Интересно.

— Так давай узнаем.

— Хм… как?

— Пойдем на то место, где была драка, и спросим у живущих там людей.

— Хм… — отозвалась Шелла, но отказываться не стала.

Эта идея пришла в голову не одной Джульетте. Троица оборотней до нее додумалась гораздо раньше. Да им и думать долго не понадобилось. Они вспомнили так и не пойманного метателя неподъемных камней и сразу поняли, что это был он, тот самый неполный оборотень, которого они так и не вычислили. Поэтому для начала Вират попытался выяснить, кто ночью уходил в город, а убедившись, что половина школы, отправился на место происшествия. Хотел отправиться сам, но за ним увязались Бадеш и Ратая.

Место, куда они пришли после долгих, но осторожных расспросов попавшихся по пути стражников, оборотней разочаровало. Ночью на этой небольшой площади с фонтаном наверняка было темно и пусто. А днем на ней шумел небольшой базарчик. Селяне продавали зелень, овощи и фрукты прямо с тачек и небольших возков, притянутых ослами и мелкими лохматыми лошадками. Две девчонки, одетые бедно, но чисто, явно сестры, сидели прямо на крыльце дома и зашивали чью-то одежду. Дедок на соседнем крыльце ловко превращал прутик в астру, а рядом с ним стоял глиняный кувшин с целым букетом деревянных цветов. На бортике бассейна сидела лоточница и уныло призывала покупателей отведать пирожков с вареньем.

— Дела, — растерянно сказал Вират, представив, как отреагируют все эти люди, если он сейчас шлепнется на четвереньки и попытается вынюхать следы прошедшей драки. Понятно, что кровь замыли, да и стража с торговцами и покупателями все, что могли, затоптали. Но унюхать что-то наверняка можно. Черная трава, уничтожающая любые следы, на этой площади не росла.

Бадеша проблемы с чьей-то неадекватной реакцией на неадекватный поступок не волновали. Он быстренько пробежался вокруг бассейна, заставив лоточницу пугливо поджать ноги, едва не свалившись в воду. Заглянул под тачку, груженную луковыми перьями, пучками петрушки и мелкими кривыми огурцами. Попытался заглянуть под осла, за что был по-ослиному обруган. А потом пополз под чей-то воз с фруктами.

— Ой, дурак, — сказала Ратая, понимая, что ничем хорошим эти поиски не закончатся и бросилась за Бадешом. Селяне на действия магов вообще реагировали странно, они отчего-то были уверены, что маги только то и делают, что создают всякую гадость, а когда создать ее не могут, о выкапывают из-под земли. И все ля того, чтобы потом эту пакость героически победить и взять за это с бедных селян деньги.

С другой стороны воза завизжала женщина, и Вират побежал туда же. И даже успел добежать вовремя для того, чтобы увидеть, как Бадеш неуклюже выползает из-под юбки обратно под воз. А обладательница этой юбки не переставая орет, привлекая всеобщее внимание.

— Идиот! — возмущенно сказала Ратая, наклонилась и попыталась рывком вытащить Бадеша на белый свет.

— Простите моего безумного брата! — заголосил Вират не хуже нервной барышни, понимая, что если не простят, то наверняка побьют. Ну или попытаются. А с площади придется убегать в любом случае.

— Там, там! — пуча глаза и тыкая в юбку пальцем, попытался что-то рассказать Бадеш.

— Ноги там, дурень! — взвыла Ратая.

Женщина как-то неожиданно замолчала и бочком, бочком стала отходить от ненормальной троицы, явно заподозрив, что они сбежали из приюта для умалишенных.

— Там! — настаивал Бадеш, потом шлепнулся на пузо и ткнулся носом в щель между камнями брусчатки.

— Клад нашел! — азартно воскликнул детина, явно такой же умный, как и кладоискатель.

— Там! — сам того не понимая, подтвердил увлеченный находкой Бадеш, и на глазах изумленной публики сковырнул камень, простоявший на этом месте не одно столетие.

Потом он наскреб из ямки грязи и с величайшей осторожностью, будто держал в ладони хрупкое золотое яйцо, поднес ее к лицу Ратаи, проникновенно жаловавшейся на безумного братца.

Девушка резко замолчала и уставилась на ладонь, как баран на новые ворота.

— О-о-о-о… — обрадовалась она находке и шумно втянула воздух над ладонью. — Это же… их было двое, значит он знает, кто это. Вот зараза!

— Зараза! — тоскливо завыл нетрезвый женский голос со стороны воза, в котором стояли корзины с грибами-дождевиками. — Они откопали заразу! Мы все почернеем и умрем! О, моя маленькая доченька, на кого ж тебя мамка покинет!

Прозвучало так проникновенно и многообещающе, что продавцы и покупатели дружно шарахнулись от оборотней, сразу сообразив, что маги откопали древнее зло.

— Да не бойтесь вы, — попыталась их успокоить Ратая и улыбнулась, продемонстрировав клыки. — Это не то, что вы думаете.

— Мертвячка! — опять завыла та же тетка.

— Да не мертвячка я! — возмутилась Ратая и, пытаясь это доказать, схватила за руку высокого нескладного парня.

— А-а-а-а! — басом заорал он, вырвал свою ладонь из нежных девичьих ручек и ломанулся в толпу.

— О-о-о-о! — подозрительно дружно поддержала его толпа и стала разбегаться.

— Зараза! Мы все умрем! — надрывалась нетрезвая тетка, и Вират понял, что кто-кто, а они точно умрут, если не уберутся с площади. Потому что сейчас сюда сбежится стража с магами, возмутителей спокойствия поймают и убьют, чтобы больше это спокойствие не возмущали.