Канадский гамбит

Рыжеволосый тоже улыбнулся. Полез во внутренний нагрудный карман темно-синего пиджака. Безо всякого удивления Фрост увидел внушительную черную рукоять револьвера, выступавшую из кобуры.

— Вот, пожалуйста.

Фрост подумал, что ему скоро надоест разглядывать черные кожаные книжечки с впечатляющими печатями и фото. Удостоверение. Вложенный внутрь значок. Питер А. Каннингэм. Капрал Королевской Конной Полиции.

— Акцент у вас несомненно английский, — заметил Фрост, возвращая книжку владельцу.

— Родился в Англии, там же окончил колледж, — засмеялся Каннингэм.

— Да, конечно… А почему доктор Чильтон отказался приехать сам?

— Э-э-э… Видите ли, старина, я понятия не имею, сколько вы знаете, и сколько вообще имеете право знать. Чильтон занимается неким секретным делом. Совместная американо-канадская разработка. Совершенно секретная, поверьте. Проект близится к завершению, доктор занят по горло, и при всем желании вырваться не смог. Но вы не волнуйтесь, я довезу парня в целости и сохранности.

— Разумеется.

— Ну что же, — улыбнулся Каннингэм, — поскольку стороны пришли к соглашению, прошу простить и привести сюда Кевина. По чести говоря, нынешний день у меня чрезвычайно уплотнен.

Секунду-другую Фрост глядел на Каннингэма, не говоря ни слова.

— Только одну лишнюю минуту, сэр, — промолвил он под конец. — Вы сами профессионал и, я уверен, лишь одобрите краткую дополнительную проверку. Я должен позвонить в Конную Полицию.

Фрост неторопливо повернулся к телефону. Если Каннингэм будет стоять спокойно, подумал наемник, если не попытается отнять у меня трубку — даже звонить незачем. Извинюсь и вручу ему Кевина…

— Хэнк, ложись! — отчаянно заорал предмет фростовских забот, объявляясь в дверном проеме.

Лязгнул затвор KG—9. Элизабет протискивалась мимо ребенка, стараясь прикрыть его. Фрост уже катился по ковру, выдергивая хромированный браунинг, щелкая предохранителем, разворачивая дуло.

Грохнул первый выстрел. И произвел его Питер Каннингэм. Фрост ошибся — самозванец был вооружен вовсе не револьвером, а вальтером-ППК. Непростительная ошибка, машинально отметил Фрост. Спутал системы. Старею, что ли?

Браунинг ответил. И еще раз. И еще.

Каннингэм успел выпустить вторую пулю, однако та ушла уже совсем в сторону, ибо рыжеволосый опрокидывался навзничь, изрешеченный зарядами Фроста и короткой очередью Элизабет. Ударившись головой о спинку металлической кровати, он выпустил оружие, перевернулся и затих навеки.

Вскочив, наемник одним прыжком очутился рядом, приставил хромированный ствол к левому виску негодяя. Но Каннингэм, действительно, был мертв. Фрост, как обычно, обернулся через правое плечо — укоренившаяся привычка одноглазого человека.

Элизабет продолжала держать пистолет-пулемет наперевес. Маленький Кевин пугливо прижимался к женщине.

— Предохранитель-то подыми, — только и сказал Фрост. — Неровен час, нечаянно выпалишь.

— Я что, убила чина Конной Полиции? — спросила бледная, как полотно, Элизабет. Фрост пожал плечами.

— Это легко проверить. Я выгляну в окно. Если у тротуара не окажется дюжины лаек, запряженных в нарты, значит, парень соврал…

Глава восьмая

— Знаешь, — сказал Фрост, — погружая весло в воду, — я вспоминаю, сколько раз меня честили набитым дураком, и думаю, эти люди не так уж и крепко заблуждались…

Элизабет прильнула к наемнику. Довольно робко — Бесс никогда не чувствовала себя спокойно в столь крохотных, да к тому же еще резиновых, суденышках.

Берега, поросшие лесом, уходили вдаль, сближаясь по закону перспективы. Река тянулась на многие десятки миль, уходя за горизонт. Наемник посмотрел в сторону мальчика. Чильтон-младший безмятежно глазел вокруг и, казалось, отнюдь не разделял опасений женщины.

В карманах Каннингэма — или, всего скорее, лже-Каннингэма, — не сыскалось ничего особо любопытного. Водительские права, пачка банкнот, пара запасных магазинов для вальтера.

Короткое размышление подсказало Фросту наиболее безопасный ход. Если Каннингэм — откровенный самозванец, и удостоверение — подделка, то бояться нечего. Но ежели он действительно служил в канадской полиции и продался террористам, то убийство законника довелось бы объяснять чересчур долго, а оправдываться и доказывать свою правоту — и того дольше. В этом случае Монреаль делался местом неблагоприятным для здоровья и хорошего настроения.

Чильтон за Кевином не приехал. Его могли убить — маловероятно. Скорее, похитили. Баадер-мейнхофские недобитки, либо их местные единомышленники. Среди канадцев, говорящих по-французски, сепаратистские устремления набирали силу с каждым годом. Но все же, Канада — страна сравнительно спокойная. Здесь могут добиваться разделения на независимые области, однако лишь немногие безумцы согласятся убивать ради призрачной самостоятельности…

Из этих-то немногих полусумасшедших истериков, подумал Фрост, и навербовали себе помощников беглые немцы…

Кроме того, очертания всей затеи начинали проясняться. Чильтона, почти наверняка, похитили до беседы с Эндрью Диконом, в которой Фроста обвели вокруг пальца и выставили олухом Царя Небесного. ФБР и Канадская Конная, разумеется, решили использовать мальчика вместо наживки, дабы легче переловить террористов. Последние же, в свой черед, охотятся на Кевина, желая понудить очутившегося в их лапах доктора к усердному и добросовестному сотрудничеству. “Бомбардировщик-призрак”! Да в мире найдется уйма желающих выкрасть его чертежи — или еще лучше, просто угнать самолет! Но угонять — значит уметь обращаться с еще неизвестной, засекреченной машиной.

Чильтону террористы, безусловно, отводили роль технического консультанта.

Главный конструктор, лучший авиационный специалист Соединенных Штатов, человек, руководивший разработкой этого бомбардировщика от начала и до конца. Чего лучшего и желать преступникам?

Фрост уже сказал мальчику, что человек, позвонивший по телефону, всего скорее, не был Чильтоном, а потому и не захотел поздороваться с ребенком, хорошо помнившим отцовский голос. Кевин буквально просиял.

— Значит, папа не махнул на меня рукой! Значит, он просто не мог разговаривать!