Карантин

В соответствии с этим уровнем поступил и Никита.

– Извините, – пробормотал он, тут же вскрыл конверт и принялся бегло читать. Опять в письме ничего не было. Сплошная пустота с охами-вздохами, признаниями, клятвами, девичьими (а какими же еще, если «зазнобу» Никита и в глаза не видел?) мечтами. И ни одной ключевой фразы. Собственно, другого письма он и не ожидал. От него в Москву тоже пока шли подобные «пустышки».

– Извините, – повторился Никита и, изобразив на лице глупую улыбку, спрятал письмо в конверт.

Два доктора вежливо ждали, пока он закончит читать, и разговоров не вели.

– Ничего, ничего, – мягким, понимающим тоном проговорил Сан Саныч. – Дело молодое.. Ну а что у вас, Джон, за третье дело? – обратился он к доктору Киллигру.

– А третье дело у меня вот какое… – Американец нагнулся к баулу-"дюару", снял крышку.

Естественно, что не жидкий азот там находился, но тоже нечто холодное. С торжественным видом доктор Киллигру выставил на стол литровую бутылку виски и такую же бутылку тоника.

– Лед пока не вынимаю, – сказал он. – Растает.

Будем доставать по мере необходимости.

– Хм… – только и сказал Сан Саныч, вновь заломив бровь и превратившись в чопорного джентльмена.

– Понимаю вас… – несколько смущенно проговорил американец. – Все это несколько неожиданно… Дело в том, что у меня сегодня удачный день и надо бы эту удачу отметить. Но все мои коллеги сейчас заняты, работают не покладая рук… А тут как раз эта оказия с письмом. Дай, думаю, доброе дело сделаю и заодно радостное событие отмечу. Надеюсь, вы не против?

– И что же за удача вас посетила, если не секрет?

– Ну какие могут быть секреты между врачами! – заулыбался доктор Киллигру, весьма довольный, что его предложение пусть и завуалированно, но приняли.

– Открыть вакцина против «тофити»? – встрял в разговор Никита.

– Что вы, молодой человек! – рассмеялся американец. – Когда такое случится, весь наш госпиталь плясать будет! Моя удача несколько иного порядка.

Так сказать, маленькое открытие на промежуточном этапе. Мне удалось наконец идентифицировать вирус и его носителя.

– Переносчика? – попытался поправить Сан Саныч.

– Нет, пока именно природного носителя. – Доктор Киллигру с сожалением развел руками. – С переносчиком несколько сложнее. То есть сейчас уже точно установлено, что вирус передается только контактным способом между людьми через кровь. Но как он попал к человеку от гориллы? Ума не приложу…

– От гориллы?

– Да. Этот вирус в лизогенной форме существует в крови гориллы без каких-либо последствий для ее организма. Ну а в крови человека он переходит в инфекционную форму, которая и вызывает болезнь «тофити».

– Вы уже ознакомили со своим открытием медицинскую общественность? – поинтересовался Сан Саныч.

– О, да! Еще два часа назад я связался через спутник с нашим исследовательским центром по проблемам вирусологии во Флориде и передал им всю информацию.

– Так в чем тогда дело? – по-русски сказал Никита и простецки потянулся за бутылкой виски. – Ваше открытие надо обмыть!

– Что вы сказали? – спросил американец.

– Пить твой открытие! – объяснил Никита по-английски.

– О, да, да! – воссиял счастливой улыбкой доктор Киллигру и вытащил из «дюара» пластиковый пакет со льдом.

Пили, естественно, из мензурок. Сан Саныч пил чистое виски со льдом, а Никита с доктором Джоном – виски с тоником. Никита нарезал ананас, но к нему никто не прикоснулся.

Отхлебнув из мензурки, доктор Киллигру расплылся в довольной улыбке и начал разглагольствовать, что очень плохо, когда ближайший цивилизованный бар находится как минимум в пятистах милях, а ему, как научному сотруднику, ну просто крайне необходимо иногда расслабиться – причем не среди своих коллег, с которыми столько всего говорено-переговорено, что ничего нового не услышишь, а вот так, как сейчас, пообщаться с посторонними людьми, окунуться в иной мир… Это очень помогает в работе.

Иногда нетривиальное суждение абсолютно незнакомого человека может подсказать любопытный ход в научных исследованиях…

Никита слушал американца, кивал, где надо поддакивал, а сам тем временем решал непростую задачу.

Насколько искренен американец? Слишком все хорошо получается – прямо как на блюдечке с голубой каемочкой для его расследования этот визит доктора Киллигру. Почти месяц Никита кругами ходил вокруг американского госпиталя, подрабатывал там санитаром, делая больным уколы и вынося за ними судна…

А сам тем временем прислушивался, приглядывался, пытаясь выяснить, есть ли среди персонала сотрудники ФБР или ЦРУ и насколько работа американских медиков в эпицентре эпидемии «тофити» носит секретный характер? Но никто от него ничего не скрывал – и ни одного человека, хоть мало-мальски похожего на секретного агента, он не выявил. Однако чтобы вот так, в непринужденной обстановке, свободно поговорить о «тофити», случая в госпитале не представлялось. Поэтому и казался Никите визит доктора Киллигру несколько подозрительным. Но такую точку зрения можно было считать предвзятой, поскольку он рассматривал появление доктора Киллигру в бунгало Сан Саныча исключительно с позиций своей миссии. С точки же зрения обыкновенного человека, ничего подозрительного здесь не было.

Нормальное желание заработавшегося до чертиков в глазах научного сотрудника расслабиться. К тому же и повод веский.

А Никите грех такой случай упускать. Тем более что мини-открытие доктора Киллигру уже дает повод для частичной разгадки происхождения вируса «тофити». Остается теперь только уточнить некоторые детали… В конце концов, ничего не изменится, если даже вдруг окажется, что доктор Киллигру глубоко законспирированный агент ЦРУ, в чем Никита сильно сомневался. Даже наоборот, любой исход прямого разговора о «тофити» даст четкую дифференциацию: либо – да, либо – нет. И все это вскроется через один-два месяца, когда независимые исследователи со всего мира или подтвердят открытие доктора Киллигру, или опровергнут. Поэтому такой случай не просто нельзя было упускать, а НЕОБХОДИМО использовать на всю катушку!

– Могу говорить мой версия передача вируса, – наконец решился Никита на многоходовую комбинацию. Как в шахматах двинул первую пешку: «е2 – е4».

– Да? – удивился доктор Киллигру. – Будет очень интересно.

Но по тому, как он подмигнул Сан Санычу – мол, что нового может сказать санитар в присутствии двух врачей, Никита не поверил в его «интерес». Ну и черт с ним, пусть потешится. Лишь бы в разговор ввязался.

– Все дело разврат, вседозволенность сексуальных отношений. Понятно?