Караваль

Скарлетт лишь раз в жизни довелось попробовать глоток вина, но подозревала, что даже целая бутылка не могла бы ввести ее в такое радужное возбуждение. Невзирая на страхи, она испытывала непривычное чувство душевного подъема.

– Официально игра начнется завтра на закате и окончится девятнадцатого числа, также с заходом солнца, следовательно, в распоряжении каждого участника будет пять ночей, – продолжал свои объяснения Руперт. – Каждый из вас получит по одной подсказке, чтобы начать путешествие, остальные же придется искать самостоятельно. Мой вам совет: действуйте быстро – приз всего один, а заполучить его хотят многие. – Он шагнул ближе и протянул Скарлетт и Хулиану по карточке, на которой значилось: «La Serpiente de Cristal» – то есть по-испански «Стеклянная змея».

– У меня такая же надпись, как у тебя, – заметил Хулиан.

– Это и есть наша первая подсказка? – удивилась Скарлетт.

– Нет, – ответил Руперт. – Это постоялый двор, где для вас приготовлены комнаты. В них-то вы и отыщете подсказку – но только если успеете заселиться до рассвета.

– А что случится на рассвете? – тут же поинтересовалась Скарлетт.

Словно не расслышав ее вопроса, юный джентльмен потянул за шнурок, висящий у края балкона, и раздвинул занавеси. В небо взвились серые птицы. Красочные улицы внизу сделались многолюднее, а балконы, наоборот, опустели, поскольку все игроки одновременно устремились к выходу, спеша спуститься в город.

Скарлетт вновь испытала прилив серебристого восторга. Она на Каравале, о котором грезила куда чаще, чем о собственной свадьбе. Понимая, что может остаться всего один день, она уже воображала, как тяжело будет уезжать.

Руперт дотронулся до полей своего цилиндра.

– Помните: нельзя позволять глазам или чувствам вас обманывать. – С этими словами он вскочил на парапет балкона и спрыгнул вниз.

– Нет! – вскричала Скарлетт. Побелев, как полотно, она беспомощно наблюдала, как он падает.

– Не волнуйся, – успокоил ее Хулиан. – Смотри! – указал он на Руперта, фалды фрака которого превратились в крылья. – С ним все в порядке. Просто решил эффектно обставить свой уход.

Похожий на серую заплатку, тот продолжал скользить вниз, удаляясь, и, наконец, стал казаться парящей в воздухе крупной птицей. Очевидно, зрение уже начало подводить Скарлетт.

– Идем! – Хулиан решительно зашагал прочь с балкона, явно ожидая, что Скарлетт последует за ним. – Если бы ты внимательно слушала, то усвоила бы, что на рассвете все закроется. У этой игры комендантский час наоборот: утром двери запираются, а отпираются снова только после захода солнца. Так что в нашем распоряжении совсем немного времени на то, чтобы найти предназначенные нам комнаты.

Хулиан остановился у откинутого потайного люка, через который, очевидно, Руперт и вошел незамеченным. Ход этот вел на винтовую лестницу из черного мрамора, спиралью уходящую вниз, точно панцирь моллюска, и освещаемую хрустальными подсвечниками с оплывающими восковыми свечами.

– Малинка!.. – предостерегающе произнес Хулиан, останавливая Скарлетт на пороге.

На мгновение на его лице промелькнуло страдальческое выражение – как тогда, когда он ушел, оставив ее в часовой лавке.

– Что такое? – отозвалась Скарлетт.

– Нам нужно поторопиться.

Хулиан пропустил Скарлетт вперед, хотя уже через несколько пролетов она пожалела, что не он идет впереди – или что он и вовсе не оставил ее одну (похоже, именно так он и намеревался поступить, когда замешкался наверху). Теперь каждый сделанный ею шаг казался ему чересчур медленным.

– У нас вовсе не целая ночь впереди, – твердил он. – Если не успеем добраться в «Змею» до рассвета…

– … то останемся на холодной улице до следующей ночи. Да, знаю. Я шагаю так быстро, как только могу.

Если прежде Скарлетт казалось, что балкон находится на высоте десяти этажей, то теперь – что целой сотни. Она уже отчаялась когда-либо отыскать Теллу. Вероятно, ей было бы легче, если бы платье не льнуло так сильно к ногам. Мысленно она снова приказала ему принять более удобную форму, но оно упорно сохраняло прежнюю. Когда спуск наконец завершился, у нее тряслись ноги, а бедра покрылись тонкой пленкой пота.

Воздух снаружи был морозным и немного влажным, но снега под ногами, к счастью, не оказалось. Глядя с высоты балкона, Скарлетт и не сообразила, что половина улиц на самом деле – каналы, с поверхности которых испаряется влага. По ним шустро плавали полосатые лодки, яркие, точно экзотические птицы и изогнутые в форме полумесяца. У руля юноши и девушки – по виду, ровесники Скарлетт и Хулиана.

А вот Донателлы нигде не видно.

Хулиан тут же остановил лодку: аквамариновую с алыми полосками под управлением девушки в одежде той же расцветки. Даже губы у нее были накрашены красной помадой, и Скарлетт не могла не отметить, в какой широкой улыбке они растянулись, когда Хулиан подошел ближе.

– Чем могу быть полезна, красавчики? – спросила она.

– Красавица здесь одна, и это ты, – отозвался Хулиан, проводя рукой по волосам и одаривая девушку улыбкой, сотканной из лжи и греховных деяний. – Сумеешь до наступления рассвета доставить нас в «Стеклянную змею»?

– Доставлю, куда пожелаете, ежели заплатите, – ответила девушка с красными губами, особенно подчеркивая последнее слово и окончательно утверждая Скарлетт в мысли, впервые посетившей ее еще в часовой лавке: монеты в этой игре – валюта непопулярная.

Хулиан и глазом не моргнул.

– А нам сказали, что первая поездка за ночь будет бесплатная, – невозмутимо произнес он. – Моя невеста – особая гостья магистра Легендо.

– Вот как? – Девушка прищурила один глаз, будто с трудом веря сказанному, и вдруг жестом пригласила их на борт – к вящему удивлению Скарлетт. – Что ж, не стану разочаровывать особых гостей Легендо.

Хулиан молча запрыгнул в лодку и поманил Скарлетт. Их нынешнее судно на вид было попрочнее того плота, на котором они приплыли на остров, и удобнее тоже: на скамьях лежали пухлые подушечки. Тем не менее Скарлетт не могла заставить себя сойти с мощеной улицы.

– Не бойся, не потонем, – обнадеживающе произнес Хулиан.

– Я вовсе не о том беспокоюсь, а о своей сестре – что, если она бродит по городу в поисках нас?

– В таком случае, надеюсь, кто-нибудь напомнит ей о том, что солнце вот-вот взойдет.

– Неужели тебе в самом деле наплевать, что с ней станется?

– Будь мне наплевать, не ожидал бы, чтобы кто-нибудь обратил ее внимание на скорый восход солнца. – Нетерпеливым жестом Хулиан пригласил Скарлетт сесть, наконец, в лодку. – Тебе не о чем волноваться, любимая. Ее, скорее всего, поселили на том же постоялом дворе, что и нас.

– А если нет? – не унималась она.

– Даже в таком случае на лодке все равно будет куда больше шансов ее отыскать. Так нам удастся перемещаться быстрее, чем пешком.