Каре для саксофона
Шрифт:
Борисыч вышел за ним, неся под мышкой символический чек - всё, что оставалось от выигрыша.
– Билеты закажем из отеля?
– спросил Борисыч, догнав Михаэля.
– Какие билеты? Мы через пару часов отбываем в Италию, ребята за нами подъедут на машине.
– Ты серьёзно?
– Конечно. Не задавайте лишних вопросов, Аркадий Борисович.
"Своя ноша не тянет, или...доигрались"
Ева долго не могла отдышаться. Сбросив с ног туфли, она сидела, обхватив колени, и безучастно смотрела на удаляющийся берег. Рядом лежали футляр и белый чемоданчик с деньгами,
– Отнеси их в каюту!
– просил он.
Девушка равнодушно поднимала глаза и не трогалась с места. Последние слова Олега Петровича по телефону : "У тебя все получится - ты умница, вот так бы Макс - мой племянник что-нибудь замутил. Михаэль искренен в своей любви к тебе и, поэтому беззащитен"
Мысль: "Наверное, журналисты беснуются... Сенсация! А для него ва-аще шоковая терапия" - пульсировала у нее в висках.
Наконец, Димка махнул рукой и уже просто смотрел на неё из рубки: "А может, с Михаэлем у неё уже всё? Я смогу занять его место?" - думал он, и от этой мысли его бросило в жар. "Ну, конечно! А эти деньги по доверенности? Точно, не смогла устоять! Бежит, ломая себя... А мне остаться резидентом в Монако? Скука! Вот из-за любви бросить всё к её ногам, как сделал это он, не каждый сможет... Маленькая глупая девочка! Но я бы смог!"
Димка видел, как Ева с трудом подняла футляр двумя руками и, ступая без туфелек по палубе, пытаясь не упасть вместе с тяжёлой ношей и покачиваясь, отнесла его в каюту. "Это дитя еле тащит миллионы здесь, а что она с ними будет делать дальше!" - сочувственно улыбнулся Кратов, когда при втором заходе белый чемоданчик чуть не отправился за борт, оттянув девушке правую руку, и был пойман налету левой.
В каюте Ева набрала телефон Олега Петровича:
– Вы говорили с ним?
– Да, он все понял.
– Мы на месте.
– Молодец, ты делаешь все правильно...
– прозвучало в трубке и пошли гудки. После этих слов Ева почувствовала сильное облегчение.
– Остановись здесь и брось якорь, - почти приказала она, заглянув в рубку.
– Но это не безопасно!
– бесполезно сопротивлялся Димка.
– Не нужно дальше. Здесь отдохнём. Посиди со мной. Не хочу быть одна.
Яхтсмен, наконец, сдался, и судно встало в дрейф. Димка принёс фрукты и сок.
– Я отвезу тебя, куда скажешь, отправлю в любую страну. Помогу с любым банком. Всё, что захочешь! Если ты так решила - я не вправе тебя осуждать.
Но деньги - это ещё не всё, поверь мне! У меня они есть и не принесут счастья, когда ты исчезнешь, - безрадостно сказал он.
– Не скажи! Деньги - это шестое чувство, без которого остальные пять бесполезны, - ответила Ева.
– Ну, зачем тебе это?! Миллионный куш вскружил тебе голову! А, делай, что хочешь!
– Ошибочка! Семи миллионный! Ты очень надёжный друг.
– Чмокнула авантюристка капитана в щёку.
– Я сыграю для тебя, ладно?
– Буду рад, но потом отдаём концы. Я тобой рисковать не хочу!
– Обещаю! Этот концерт - последний!
Димка даже вздрогнул от сказанных слов. "Такие деньжищи, нас только двое...один! Куда этой птичке в драку. Много ли ей надо..." -
думал он.Но вот полились божественные звуки, в которых растворились тревога, грусть и предосторожность. Над всем властно царил саксофон, которым управляла хрупкая девушка. Теперь уже ночь молчала и прислушивалась чутко, удивлённо. Бирюзовое платье было словно дневной кусочек неба.
"Невозможно пресытиться женской красотой!" - думал Димка Кратов, любуясь Евой и вбирая в себя знакомую вереницу звуков композиции "Легкомысленный шепот".
Яхта покачивалась на волнах, музыка стихла, и только теперь звук работающего двигателя предупредил о приближающемся судне. Димка Кратов вскочил и нырнул в рубку. Оттуда он вернулся с оружием.
– Говорил, нельзя останавливаться! Уходить уже поздно. Не успеем!
– Да не волнуйся ты так! Может, туристы?
– Какие туристы?! О чём ты говоришь? Глупая, ты не знаешь, что творится вокруг!
– вспомнив про кровавую рану Виктора Онищенко, взволнованно говорил он.
– Ева, эти миллионы убьют тебя!
Димка бросился к гидроциклу, таща её за собой, но, вспомнив, что там нет горючего, решил спрятать девушку в трюме. А потом, подумав "Вдруг подожгут! Тогда она не выберется", остановился и закрыл собой, держа наготове оружие.
– Вали всё на меня! Денег не жалей, отдай!
На незнакомом судне заглушили мотор, оно вплотную приблизилось к яхте.
Ева вышла из-за Димкиной спины и, улыбнувшись, сказала:
– Чему быть, того не миновать, - и шагнула навстречу судьбе.
– Стой!
– отчаянно крикнул Кратов, пытаясь схватить её за руку.
Но было уже поздно. Судно пришвартовалось.
Легко перепрыгнув через леера яхт, к удивлению Димки, граничащему с шоком, на палубе его яхты оказался Михаэль. Ева бросилась ему на шею. Обнимая девушку и наслаждаясь пьянящим запахом её волос, он повернулся к друзьям, оцепеневшим от неожиданности происходящей сцены, и радостно объявил:
– Знакомьтесь, господа, это Алиса - девушка моей мечты, Ева - это концертный псевдоним, - а затем заглядывая в ее зеленые глаза, тихонько спросил: - Чем еще удивит моя принцесса?
Первым на подошедшей яхте пришёл в себя Борисыч:
– Не зря, я не мог поверить, что Ева, извиняюсь, Алиса способна на гадость, - торжественно констатировал свою оправдавшуюся догадку он и добавил:
– Да, кстати, Михаэль по российскому паспорту - Михаил, так что выходит -один-один .
– Господи! Александер, она нас, профессионалов, провела как юнцов. Какая интрига - Шекспир отдыхает, - перебивая Борисыча, воскликнул Алекс.
– Нет, Михаил, скажи, всё-таки твоя подруга Ева или Алиса хотела смыться с деньгами?
– попытался сохранять рассудительность, спросил Александер.
– Да просто Ева разыграла комедию, - называя по привычке по-старому и целуя её, весело ответил Михаил.
Всех отвлёк звук выстрела. Это у Димки Кратова упал взведённый пистолет, чуть не оставив дырку в его ноге.
– Димочка! Ну, прости, что ничего не сказала!
– бросилась к нему девушка.
– Не могла я открыться. Да и втягивать тебя в эту опасную историю я не имела права, - виновато добавила она.
– Нет, а ей такие игры в самый раз!
– воскликнул Димка.
Поставив на предохранитель опасную игрушку.