Карма хейтера

Пока Семён учил и воспитывал женское воинство, я под присмотром Марго решил проверить, из-за чего колючки дикобраза пользуются повышенным спросом. Плохо, конечно, что придётся испытывать их действие на себе. Не хочется ждать случая, чтобы сделать это на каком-нибудь пленнике, вот и решился. Поступил достаточно просто. Взял и уколол себя в руку. Даже мяу сказать не успел, как меня полностью парализовало. Как говорится, ни дыхнуть, ни перднуть. Самое хреновое, что эликсир здоровья не помог. Уже затухающим сознанием отметил, что вокруг моей тушки началась реальная паника.

Я прекрасно осознавал, что потерял сознание, и в тоже время почему-то вижу сон. Странное, честно сказать, ощущение. Где-то даже невозможное. Но сон смотрелся настолько реально, что его можно было без проблем спутать с реальностью. Тем не менее, я точно знал. Это сон. Я, как наяву, видел плачущую маму, обвиняющую папу, что он со своим мужским воспитанием довёл её кровиночку до ручки. Из транслируемой картинки я понял: родители решили, что я ушёл из дома, не вынеся всех тягот наказания. И мама сейчас заставляет сопротивляющегося папу срочно напрячь все связи, отыскать дите и вернуть ей под крыло.

Смотрелось все это настолько умильно, что слезы наворачивались. Самому себя захотелось отругать за черствость и невнимательность к любящим меня родным. Ведь я сейчас прекрасно видел: батя переживает не меньше мамы, но держит себя в руках. Помимо того, что успокаивает её, ещё и напряженно думает, как быть в этой ситуации. Действительно поднимать тревогу или подождать? Может, все само собой рассосется. Так уже не раз было.

Помимо сна, или вместе с ним я увидел виртуальную нить, связывающую меня с мамой. При помощи неё и шла трансляция этого сна. Разобраться, что бы это могло значить, не успел. Казалось, что меня стукнули чем-то тяжёлым по голове, и я резко очнулся, открыв при этом глаза.

Первое, что увидел, это обеспокоенность на лице Семена. Он, глядя на меня, выговаривал Марго, какие мы с ней бестолковые, и как мы его достали своими экспериментами. Как-то само собой вырвалось:

— Зато теперь точно знаем, в чем ценность игл дикобраза. За что Семён чуть не треснул меня по лбу. Во всяком случае, точно хотел это сделать, судя по сжавшейся в кулак руке и прищурившимся глазам.

Хотел ли Семён что-то сказать или решил добить, чтобы я не мучился, точно не знаю. Обстановку разрядила одна из девчонок, прибежавшая с тазиком, полным воды. Эту воду она выплеснула мне в лицо.

Я сам не понял, как оказался на ногах, и непроизвольно задал вопрос:

— Ты что творишь, дура?

Девушка не растерялась:

— Я же говорила, что вода поможет.

Краем глаза я заметил, как Семён прикрыл рукой голову. А Марго даже икать начала, стараясь сдержать смех. Весело нам здесь будет.

В следующее мгновение, мир застыл.

эпилог

Мир застыл, и перед глазами появилась кровавой красная надпись:

— Ты смог выполнить все условия, необходимые для возвращения в свой мир. По просьбе автора у тебя есть выбор: остаться здесь или вернуться домой. Предупреждаю, что, в случае возвращения, ты будешь лишен приобретённых здесь усилений и всего имущества. На принятие решения у тебя минута.

Мне не надо было думать и выбирать. Нет ничего такого, что могло бы заставить меня остаться здесь. Конечно, хотелось бы оставить себе артефакты, да и усиления лишними не будут. Но зачем они мне нужны, если все родные и близкие находятся в другом мире? Поэтому, ответил сразу, не думая, но не совсем так, как от меня ожидали:

— Я хочу вернуться домой. Но позвольте прежде попрощаться с другом. Хоть два слова сказать.

Я с волнением ждал ответа, понимая, что для отправивших меня сюда, смысла идти у меня на поводу нет. Как не странно, к моим словам отнеслись с пониманием. Это подтвердила появившаяся надпись:

— Хорошо, у тебя минута.

Время опять начало свой бег, и я оказался в знакомой комнате рядом с Семёном, и окружающими нас женщинами.

Не теряя времени, я сделал шаг и обнял друга:

— Спасибо за все. Меня сейчас вернут домой. Я безумно рад, что у меня есть такой друг, как ты. Живи счастливо.

Одновременно с этими словами я перестал обнимать Семена и начал снимать с себя артефакты и амулеты, передавая их растерянному товарищу. Когда закончил, просто произнес вникуда:

— Я готов отправиться домой.

Никаких спецэффектов с появлением портала не было. Мир мигнул, и я очутился у себя в комнате, абсолютно голым.

Когда оделся, невольно осмотрел окружающее пространство. Особое внимание уделил своим модным приблудам: ноутбуку, стилизованному под книгу, айфону последней модели. Голову посетила интересная мысль:

— Господи, каким же я был дятлом. Настойчиво загонял себя в рамки полной, беспросветной дури, путая мнимые ценности с действительно важным. Любовь к родным и их внимание менял на тупые тусовки, ничего собой не представляющие.

Озадачила другая мысль:

— Как дальше жить?

И тут же сам себе ответил:

— Как человек, а не тварь беспринципная. Нет уж, теперь все будет по-другому. Ведь в жизни ещё столько непознанного и интересного. Так какого хрена её тратить впустую? И родители не будут больше краснеть за непутевого сына.

Так просто определился со своей будущей жизнью. Человеческой жизнью, а не тупым времяпрепровождением. На душе стало так легко, как никогда раньше.

В таком приподнятом настроении пошёл в зал, где застал родителей стоящими у окна, что-то активно обсуждающими. Не удержался, подошёл, обнял обоих сразу:

— Как же я вас люблю!

Немного так постоял, любуюсь ошарашенным лицом отца, и наливающимися слезами глазами мамы:

— Мам, не уговаривай папу изменить свое решение. Буду работать санитаром. И простите меня за все.

Подмигнул ещё более удивлённому отцу, развернулся и ушёл в свою комнату. Там на секунду задумался, кивнул сам себе, подошёл к ноутбуку, кликнул на обложку книги, из-за которой пришлось столько пережить, и написал самый короткий комментарий в своей жизни:

— Спасибо за подарок!

Интерлюдия.

В комнате автора царила гнетущая атмосфера. Два таких разных и при этом чем-то похожих существа с напряжением следили за тем, какой выбор сделает попаданец.

Когда он попросил о том, чтобы попрощаться с другом, достаточно было одного красноречивого взгляда автора на духа, чтобы тот предоставил попаданцу минуту времени для прощания.

В тот момент, когда попаданец появился в своей комнате и, одевшись, начал осматриваться, автор даже загрустил — горбатого только могила исправит. Но, когда он подошёл к родителям и обнял их, в голове автора мелькнула робкая мысль: не все с этим человеком так плохо. Ну, а когда он отправил комментарий, в комнате раздались сразу два восклицания. От автора прозвучало: