Карты Люцифера
Шрифт:
Но глупые мольбы нисколько не тронули Артема. Упиваясь собственной значимостью и приобщенностью к великим тайнам, он покинул незадачливого коллекционера.
Длинными осенними вечерами Артем лежал на тахте, глядел в потолок и размышлял.
С чего все началось? С покупки у старухи византийских эмалей или еще раньше? С Ладейниковой?.. Со знакомства с Колычевым?.. Какова роль старца в этой истории? Трофим Петрович, скорее всего, знал Колычева… Если и не лично, то, во всяком случае, был наслышан о нем. А если старец из той же компании? Что Артем, собственно, о нем знал? Из старинного рода… брат живет во Франции… И
Этот вопрос так и остался без ответа.
А может, между небесами и тьмой ведется некая игра, сродни карточной? Артем нервно засмеялся. На звук его заливистых рулад прибежала мать. Она тревожно посмотрела на сына:
– Ты чего, Артемка?
В последнее время Артем нередко ловил на себе ее изучающий, обеспокоенный взгляд.
– Не волнуйся, мама, с ума пока что не сошел.
Она горестно покачала головой, но ничего не сказала. Видимо, подобный ответ ее ничуть не разубедил.
«Допустим, карты действительно волшебные, – продолжал размышлять наш герой, – и с их помощью можно вступить в контакт с дьяволом. Что бы такое у него можно потребовать в обмен на душу? Богатство, власть?.. Или, возможно, нечто подобное желанию Трофима Петровича?»
Так ничего и не надумав, он тихо засыпал, объятый сладкими предчувствиями.
Однажды, когда Артем остался дома один (мать решила последний раз в нынешнем году переночевать на даче), он взял в руки коробочку с пятиконечной звездой на крышке. А что, если попробовать?! Расклад он прекрасно помнил.
Был самый конец октября, тридцать первое число, понедельник… За окном шел дождь, к вечеру превратившийся в мокрый снег. На душе было так же слякотно, как и на улице, но как только Артем взял в руки карты, тоска вмиг сменилась непонятно чем вызванным возбуждением, которое все нарастало и нарастало.
Итак, нужно выложить треугольник, вершина которого – карта «Волшебник». Дальше, кажется, вот так… Он тщательно выкладывал карты, стараясь унять дрожь в руках. В центр треугольника помещается пятнадцатый аркан «Дьявол». Как будто все? Или нет… Кажется, нужно поменять местами карты «Повешенный» и «Башня». Ну, и…
Ничего не происходило.
Значит, все-таки чепуха, обман…
Неожиданно люстра мигнула и потухла.
Глава 22
ИЗ ПРЕИСПОДНЕЙ ЩЕЛИ…
Позвольте представиться:
Я крут и богат,
Давно пасу вас,
Направляя вас в ад.
Кто там, черт возьми, с электричеством балуется?! – заорал Артем, нервы которого были напряжены до предела.
Ответа, естественно, не последовало. Артем взглянул на расклад. Карты слабо светились в темноте. Ярче всего фосфоресцировала та, что лежала в центре треугольника.
Тут наш герой вдруг заметил: в комнате заметно похолодало. Он поежился. С чего бы вдруг? Отопление в доме включено почти неделю назад, и последнее время в квартире даже ощущалась духота. Наверное, на кухне распахнуло ветром окно,
решил Артем и хотел подняться, когда почувствовал: в комнате он не один. Некто или нечто находилось в дальнем углу комнаты. Он отчетливо ощущал чужое присутствие. Тягостное оцепенение навалилось на Артема. Тело превратилось в ком студня, ноги стали ватными, а сознание заполнил тот не передаваемый словами ужас, от которого шевелятся на голове волосы. Дыхание вмиг перехватило, он судорожно зашлепал губами, словно выброшенная на берег рыба.Между тем холод в комнате стал и вовсе нестерпимым. Мороз обжигал легкие. Однако, видимо, именно это обстоятельство помогло Артему прийти в себя. Он так и остался сидеть перед столом со слабо мерцающими картами, но нашел в себе силы произнести:
– Кто здесь?
Вопрос прозвучал еле слышно и, возможно, не достиг ушей вопрошаемого.
– Кто здесь? – повторил он чуть громче.
– Да не шуми ты, Артюша, – послышалось из тьмы. Артем узнал голос старца Колычева.
– Михаил Львович? – только и смог произнести наш герой.
– Он самый, Артюша, он самый…
– Но вы же… умерли… Или все-таки живы?
– Однако ты совсем не поумнел, – отозвалось из потемок.
– Почему здесь так холодно?
– Привычный для меня температурный режим. Ведь я сейчас нахожусь в холодильной камере среди невостребованных тел. А ты даже не побеспокоился о своем друге и наставнике. Мог бы поинтересоваться…
– Но я… Мне…
– Знаю, знаю! В последнее время пришлось нелегко. Только это обстоятельство тебя и оправдывает.
Повисло длительное молчание. Артем начинал приходить в себя. Присутствие старца, или кого бы там ни было, но именно в образе Колычева, почему-то немного успокоило его. Привычные интонации, знакомый ироничный говорок… Артем судорожно перевел дыхание.
– Но зачем вы пришли? – только и смог произнести он.
– Как зачем? Ты же сам меня вызвал. Карты на столе…
– Я не хотел…
– Что значит – не хотел? Хотел, именно хотел! Зачем уж теперь отпираться. Да и для чего тогда затеяна вся эта игра?
– Какая игра?
– Да с твоей персоной.
– Не понимаю…
– Ты и впрямь идиот. Неужели до сих пор не догадался? Все, что происходило с тобой, на самом деле – игра! Карты для чего мною придуманы? Ну, дошло?! Хотя таких, как ты, лучше всего использовать в городошной партии. В качестве рюхи. [49] Уж больно ты, братец, туп!
– Но если я дурак, то какой представляю интерес? – резонно возразил наш герой. Он уже совсем освоился в общении с духом.
49
Рюха – небольшая цилиндрическая чурка для игры в городки.
– В том-то и игра! Знаешь, в шахматах пешка при особых условиях становится ферзем? Так и с тобой… Особенность твоя, мил друг, в том, что в тебе хорошего и плохого как раз поровну. Равные пропорции, так сказать.
– Откуда это известно?
– Взвесили, разумеется. Те, кому должно этим заниматься. И решили поставить на кон твою бессмертную душу. В какую сторону она качнется.
– Так, значит, вы с самого начала… Неужели еще в пятидесятых, когда я с вами познакомился?!
В ответ послышалось знакомое хихиканье: