Карты судьбы
Шрифт:
Если драконы умеют смеяться, то Гейджи-Дракон засмеялась:
– С удовольствием!
Утро началось с сюрприза – никто из людей Грожа не пришел накормить пленников. Пираты и без того не жаловали их обильным питанием, но голодом еще морить не пытались. И никто их не охранял. Обычно все время кто-то торчал поблизости – слабое утешение, что Грож все-таки немного опасается своих пленников – а тут никаких следов.
– Может, они уплыли? – сказал Хорстон.
– Чего ж так сразу? – лениво возразил Саймон. – Им еще наш город выгребать и выгребать…
– Я же говорю, вчера
– Просто перепились… Будь они моей командой, утопил бы всех сразу.
– А кого не утопил, вздернул бы на рее! – поддержал Хорстон.
– Мечты, мечты! – капитан легко поднялся с лежанки в углу, размял ноющую спину. Синяки и ссадины еще не сошли. Приник рядом с Хорстоном к узкой щели в окованной массивной двери. Послышался слабый шум. Саймон прильнул к двери теснее. Пробормотал:
– Не понимаю…
Хорстон увидел, как напряглось его плечо.
– Что там?
Ригерт на миг оторвался от щели, взглянул горящим глазом.
– Похоже, идут наши. Без охраны.
Снова приник к двери.
– С ними…
– Кто?
Саймон сощурился и тихо засмеялся:
– Чертова девчонка! Я же говорил тебе, она жива! Понимаешь? Она жива!
– Где? Да дай же мне взглянуть!
Четыре кулака ударили по загудевшему дереву.
– Эй! Мы здесь! Мы здесь!
– Дракон отпускает вас, – сказала Гейджи. Саймону казалось, девушка все время прислушивается к чему-то, чего не могли услышать они. Может, сам Дракон говорит с ней беззвучно? – Берите то, что успели найти, и уплывайте. И никогда больше не появляйтесь у этих берегов.
Гейджи замолчала. Моряки переговаривались, задавали вопросы, но она молчала, потому что это ей было уже неинтересно. Она должна была донести до них Слово Дракона – и снова вернуться. Вернуться к ждущему ее морю. К ждущему Дракону.
– А что с теми… с людьми Грожа?
Гейджи не сразу услышала его. Или не сразу поняла. Потом Саймон с некоторым облегчением увидел на ее отсутствующем лице слабую улыбку.
– Они увидели Дракона. Убрались в спешке. Пусть плывут. Они не найдут дорогу обратно на остров. А может, и вообще никуда. Течения сменились. Меняется ветер. Торопитесь.
Саймон переглянулся с Хорстоном. Тот поспешно развернулся, зычным голосом раздавая команды. Моряки рысью кинулись в разные стороны. Ригерт повернулся к Гейджи и увидел, что она неспешно уходит прочь. Он окликнул ее пару раз, но девушка даже не оглянулась. Догнав, Саймон схватил ее за руку. Гейджи остановилась, с удивлением уставившись на него, словно забыла, кто он такой. Казалось, она то и дело просыпается, и увиденное всякий раз на некоторое время ставит ее в тупик.
– Ты куда?
– К нему, – просто сказала она, махнув рукой на море. Саймона как будто водой холодной окатило.
– Разве ты не плывешь с нами?
– Нет. Зачем?
– Но… ведь тебя, наверное, ищут и ждут? Родители… родственники?
Странно, что он не задал такой вопрос себе, когда увозил ее из Хейма… Гейджи слегка нахмурилась, словно решая в уме сложную задачу.
– Да. Наверное, ждут. Но я хочу быть здесь.
– Послушай, не мое дело вмешиваться в дела Говорящих…
– Действительно, не твое! – подтвердила она, пытаясь высвободить руку. Он не отпустил. Его настойчивость – и наглость – изумляли. Неужели
он думает, что может повторить свой старый трюк и снова силой увезти ее? А ведь она была сейчас ему даже благодарна: только из-за того похищения она оказалась здесь. Благодаря ему стала… целой.– Послушай, – повторил Саймон и замолчал. Потому что не знал, что может ей сказать. Что должен ей сказать – чтоб она осталась с ними.
С ним.
– Как же ты будешь здесь… совсем одна?
Гейджи пожала плечами.
– Я теперь никогда не буду одна. Ни на берегу, ни в море.
Саймон перехватил ее вторую руку.
– Я не могу оставить тебя здесь!
Ригерт начал ее раздражать. Гейджи вздохнула. Она надеялась, что обойдется без этого. Ее запястья легко повернулись в его пальцах – словно он пытался удержать холодных гладких рыбок.
– Смотри, что у меня есть! – сказала Гейджи тоном матери, успокаивающей капризничающего ребенка. Что-то блеснуло – и холодный браслет сомкнулся на его запястье. Его собственная игрушка, прихваченная Гейджи (на всякий случай) из каюты. Гейджи стремительно шагнула ему за спину, заворачивая его руку.
– Не делай этого, – пробормотал Саймон.
– Почему нет? – поинтересовалась ядовито. – Я их уже примеряла. Теперь твоя очередь.
Странно, что он не сопротивлялся. Гейджи без труда защелкнула браслеты на его широких запястьях. Равнодушно и сильно толкнула его – Саймон покачнулся и опустился на колени. И опять почудилось, что он уступает ей – как бы признавая ее право. Не вставая, торговец поднял голову, окинул девушку угрюмым взглядом.
– И куда ты теперь отправишься?
– О, – беспечно сказала Гейджи. – Друзья мне помогут…
Глаза Саймона остановились на камне на ее груди.
– Позовешь драконов?
И она рассмеялась. Подошла, наклонилась – перед самым его лицом покачивался сияющий камень. Сияли глаза Гейджи.
– Драконов? – выдохнула она. – Я – Дракон!
Нашел его Хорстон. Саймон сидел на песке и бессильно ругался. Помощник обошел хозяина, обозревая со всех сторон, и на губах его появилась усмешка.
– Ай да девочка! Нет, что за девочка!
– Ну, ты… – с внезапной усталостью сказал Саймон. – Ладно, раскуй меня…
– А ключика у тебя нет?
– Стареешь, Хорст. Ключи тебе понадобились…
Помощник быстро доказал, что ключи ему еще не нужны. Помог хозяину встать. Не глядя на него, Ригерт растирал занемевшие руки.
– Вижу, поговорили?
– Поговорили. Можем плыть. Она не с нами.
– А с кем?
Саймон помолчал. Его язык не поворачивался повторить ее последние слова: «Я – Дракон!». То, что она сказала, было слишком… огромно. Слова могли раздавить его, если бы он им поверил.
– Думаю, о ней позаботятся. Морской народ ведь остался?
– Грожу пришлось их оставить. Всем известно – Морской народ под милостью Отца Дракона.
– Ну вот, они и позаботятся о ней.
– Или она о них, – пробормотал Хорстон.
– В любом случае – мы с ней больше никогда не увидимся.
– Знаешь, парень, – спокойно произнес Хорстон, когда они шли к своим людям и своей шхуне, – я прожил не так уж мало лет и кое-что понял…
– Ну и что ты там такого понял?