Клан быка
Шрифт:
– Не надо, Лис…
Она закусила губу, моргнула, прогоняя предательские слезинки.
– Леш, ты…
– Не надо, Лис, – попросил Леха. Попытался улыбнуться. – Лучше… Пожелаешь мне удачи?
– Тебе? – вдруг как-то подозрительно робко переспросила Алиса.
– Да… – нахмурился Леха. Господи… На этот-то раз что не так ляпнул?
– Стандартного ни пуха ни пера?… – еще мягче осведомилась Алиса. И вдруг тряхнула головой:
– К черту и дьяволу такие пожелания!
– Но…
– Нам удачи!
Она шагнула впритык к Лехе – и чмокнула прямо в большой бычий нос. В носу защекотало, захотелось
– Ну да, конечно, настоящему мужчине эти телячьи нежности не нужны… – И вдруг эта чуть грустная улыбка пропала. А ее глаза были совсем близко.
– Чтобы ответный чмок случился как можно быстрее, Лешка. И без аватар.
И снова только пустыня… По одну сторону – темные волны дюн, по другую – скальная стена проносится в обратную сторону…
Леха на ходу клацнул по кольцу, вызывая карту: как там сатир? Закончил выговаривать хрюшкам?
Но сатир все еще был на опушке. Как и кабаны. Двое чуть поодаль, а один с сатиром. Клык, разумеется. Он у кабанов заправляет…
И о чем можно столько времени ругаться?
И главное – зачем?!
Ну выговорит ему сатир сейчас все, что о нем думает. А толку? Как бы только хуже не стало. Мало ли как гонка ляжет… Вдруг схрон окажется на последнем плато, недалеко от того места, где был? Тогда не дай бог, если кабаны и во время гонки решат посводить счеты.
А сатир их своими выяснениями только еще больше распаляет. Как он не понимает…
Алиса осталась далеко позади, а вместе с ней и все то, что согревало душу.
Холодный воздух в морду, и в голове такие же ледяные мысли. Как-то оно завтра ляжет?
Вот и кабаны теперь еще помешать могут. А ведь и без них проблем полно. Те же немцы… Наверняка их кто-то водит!
И почему сатир никак не хочет это признать? Непонятно…
И не только это непонятно. Вот хотя бы те рисунки на склоне дюны, которые наверняка он – а кому же еще-то? – сделал, а потом старательно затер. Обрывки слов, большие одинокие «Л», накорябанные глубже и крупнее остальных букв, словно и не буква это «Л», а какой-то символ, похожий на зубец… Про эти рисунки сатир не захотел говорить. Почему – тоже непонятно, его же хлебом не корми, дай потрепаться…
Вообще очень много непонятного. Словно бредешь по болоту, а кочки норовят утонуть прямо под ногами…
Стоп.
Леха тряхнул головой, прогоняя эти дурацкие сомнения. Стоп! Хватит.
Не надо об этом думать, иначе к завтрашнему утру можно перегореть. И запороть тот крошечный шанс, который все-таки вполне реален. Так что – прочь все эти мысли!
А чтобы это в голову не лезло… Ведь есть же чем заняться. Причем вполне полезное!
Алиса показала, как делать копию программы и триггер – ту штуку, через которую можно вызвать программу. И память хорошая. Но все-таки…
Если бы она о чем-то понятном говорила, то точно с первого бы раза все запомнил. С гарантией. Только ни черта это не знакомое!
Так что лучше не мандражировать попусту, а прокрутить в голове всю последовательность действий еще раз. Вбивая покрепче в память. А может, заодно и прояснится, что же скрывается за этой последовательностью действий…
Леха сам не заметил, как пошел медленнее.
В какой-то миг – словно очнулся. А до этого будто
спал наяву.Вокруг – ночь и пустыня. А сам – почти остановился, не дойдя даже до южного прохода.
Леха хмыкнул.
– Это все оттого, что не надо напрягать голову тем, кто этого не умеет, – пробормотал сам себе.
Но на душе стало полегче.
Потому что, кажется, все-таки удалось углядеть какой-то смысл в той последовательности действий, что показала Алиса.
Или только кажется?…
Но ведь можно и проверить. Ведь если угадал верно, то…
Леха завертел головой, оглядываясь. Где бы это проверить-то? Так, чтобы особенных следов от экспериментов не осталось. Вдруг понял не совсем верно…
Слева – пустыня, там все будет видно. Справа – скала, на ней тоже все видно будет… Разве что… Вон там выступ, а за ним небольшая выемка… Леха засеменил туда. Дуракаваляние это все, конечно. Практической пользы никакой.
Но до утра еще чертова уйма времени, и уснуть едва ли получится. Так что лучше уж так, чем мандражировать попусту, перегорая. Не так ли?
А что будет завтра… это будет завтра!
Ничего. Мы еще повоюем!
Часть пятая
ПОВОДЫРИ И ЮСТИРОВЩИКИ
Утром на небе впервые показались облака.
Похоже, к большой гонке программеры расстарались. С востока, вслед за солнцем, наползала белесая вуаль из ниточек пара. Ажурная, истаивающая на краях и просто фантастически прекрасная после недель совершенно пустой синевы…
– Ну что, рогатенький? – Сатир был тут как тут, будто караулил. – Как спалось, как боевой настрой?
За ночь ему явно полегчало. Прямо светится и лучится.
– Нормально, – сказал Леха.
– Да? А бодрости что-то не заметно… Ладно! Продирай глаза и слушай меня внимательно. Это наш последний шанс. Последний, понимаешь?… Мотни мордой, если понимаешь! – рявкнул сатир.
Вот ведь зануда… Леха кивнул.
– Вот так-то лучше. А то смотрит оно на меня осоловевшей рыбой, и не поймешь, понимает оно что-то или так просто смотрит, как баран на новые ворота… Так вот, шанс у нас – последний. А потому все будешь делать так, как я тебе скажу. Только так и именно так, как я скажу. Быстро, точно, без дурацких вопросов и самодеятельности. Как я скажу. Усек?
– Да.
– А чтоб ты не трусил, не жался и не дергался, где не надо… – Он вдруг выбросил кулачок, и от неожиданности Леха даже не успел среагировать.
Кулак врезался в нос, самую чувствительную часть тела. Леха отдернулся назад, ошалевший, предчувствуя ту дикую боль, что сейчас накатит…
Но боли не было. Словно в бок пальцем ткнули, и ничего больше.
– Янус поставил тебе боль на минимум, чтобы легче было. Если придется, можешь смело камикадзить. Главное, меня слушайся. Понял?
– Да понял уже…
– Ну а раз понял, то вставай – и вперед. И часам к десяти ты должен подгрести к Гнусмасу. Будем думать, что можно сделать одним бычком против двадцати кланов прогеймеров[Прогеймер (от англ. progamer, professional gamer) – профессиональный игрок в компьютерные игры, зарабатывающий этим себе на жизнь.] … Ну, давай. Ни пуха, и все такое… Ну пошел, пошел!