Клан быка

Леха еще успел усмехнуться, а потом влетел в джип. Чуть выше бампера, прямо в решетку радиатора.

Грохот воды, низвергающейся с неба, как отрезало.

Здесь был дождь, но куда слабее, чем в пустыне. Там и в двадцати метрах ни черта не видно, а здесь вон даже опушку Блиндажного леса, до которой сотня метров, можно разглядеть…

Леха не спешил подниматься. Все, дорога каперам свободна.

Все-таки сделал тевтонцев! Убить не убил, может быть. Но уж джипа-то лишил, это точно. А без машины им…

– Ну и что же ты делаешь, зараза? – вылетел из-за валуна сатир. Мокрый, взъерошенный, злой. – Ты что же меня не слушаешься, гад?!

Леха нахмурился, перекатился на живот и клацнул по браслету.

Недалеко от северного прохода – там, где им и положено, – светились точки. Штуки три зеленых, одна желтая, одна красноватая… эта точка пропала, а желтая стала кроваво-красной. Через миг пропала и она.

Остались только зеленые огоньки. Нет, их все же четыре штуки. И больше огоньки не гасли.

Одна команда?

Немцы, скорее всего… Добили тех, что шли в первом джипе, а сами живы и здоровы…

Ну и пусть их, что живы! Это уже неважно. Потому что ниже на карте зеленеют еще три точки – каперы!

Все еще дальше от стены, чем немцы. Но каперы-то не стоят на месте! Три точки резво скользят к южному проходу. Еще минута, и обгонят, а еще минут через десять будут здесь, в долине. У схрона. Первые.

– Я тебе кого велел брать?! – орал сатир.

– Но они же теперь не…

Леха осекся.

Четыре зеленых огонька сдвинулись плотнее – так же плотно, как было раньше, когда они сидели в машине… и двинулись к северному проходу в стене. Куда быстрее, чем мог бы человек на своих двоих.

Леха открыл рот – и закрыл, так ничего и не сказав.

– Ты почему первый джип не пошел добивать?!

Тот джип перевернулся, но остался на ходу? Не просто так немцы добивали другую команду… Черт бы побрал эти «хамми» с их надежностью!

– Я тебе что сказал делать?! – все орал сатир.

– Но первая-то команда в любом случае вне игры… Считай, это я их добил, а не немцы…

– Добил он!… – прошипел сатир сквозь зубы. – А если бы немцы успели среагировать? И просто объехали бы тебя, а?! И тех бы не добил, и немцы бы дальше ушли!

Леха скрипнул зубами, но ничего не ответил. Вскочил и бросился к стене, к черной щели прохода.

Все заново! Опять все заново, словно и не таранил уже их джип! Только времени на этот раз совсем ничего – жалкие семь минут, а потом Янус уйдет, и…

К черту, к черту такие мысли!

Леха влетел в темноту, привычно отсчитывая шаги до места, где тропка резко уходит вверх.

Крутой подъем вверх. Опять. Сколько раз уже сегодня по нему пробежал! Будто всю жизнь только и протискиваешься сквозь эту щель… Бесконечную на самом деле. Только она и есть. А все остальное – мираж, ложная память, никогда и не было…

Теперь еще и вода, льющаяся сверху, сбивает с ног, заставляет копыта скользить по камням…

А сатир все бубнил и бубнил изнутри головы, упрекал и распекал…

– Да хватит! – не выдержал Леха.

– Ты мне не хватит! – рявкнул сатир с новыми силами. – Чтобы больше никаких выебонов, парнокопытное!

Темноту впереди разрезал свет, тропа выровнялась, и Леха выбрался из расщелины. Рванул наружу, заранее пригибаясь вперед, чтобы уравновесить сопротивление воды, хлещущей с неба…

И оскользнулся, потеряв равновесие.

Теперь, когда выбрался из щели и тысячи грохочущих эхо остались позади, шум дождя вовсе не сильный. И сам-то дождь… Не в Кремневой долине дело. Дождь везде пошел на убыль. Здесь, в пустыне, еще слабее, чем в долине, – вон, ближняя дюна прекрасно видна. И та, что за ней, угадывается…

За водной пеленой больше не спрятаться.

Леха щелкнул по браслету – и оскалился, глядя на призрачную карту,

Немцам до скальной стены совсем ничего! А вот каперам до южного прохода…

Наверно, они сократили отставание – если верить холодному рассудку. Ведь немцы потеряли время сначала в перестрелке, когда случилась первая заваруха. Потом второй раз, когда протаранил их джип. Пока добили коллег-неудачников, пока перевернули их джип с крыши на колеса…

Но глаза говорят другое. Обе машины уже на самом краю пустыни, до проходов совсем ничего. И даже крошечное отставание – на какую-то минутку! – кажется огромным.

Леха понесся по мокрому песку, разгоняясь. А дождь-то все слабеет…

Небо разорвал яркий свет. За струями дождя сияли буквы:

ПОЕЗД В ТЕПЛЫЙ КРАЙ УХОДИТ.

ЧЕРЕЗ ШЕСТЬ МИНУТ.

ОТПРАВЛЕНИЕ ТОЧНО ПО РАСПИСАНИЮ.

Леха оскалился, попытался бежать еще быстрее, но бычья аватара не могла бежать быстрее. А дождь слабел на глазах. Уже только редкие капли. Воздух все прозрачнее, все чище…

И все тише. Капельки дождя едва шелестят по мокрому песку, ветер совсем пропал.

И в этой тишине – гул машины.

На карте между черной точкой и четырьмя зелеными огоньками всего две складочки дюн.

А дождя-то уже и нет. Теперь за пеленой не спрячешься…

– Давай быстрее, рогатое! У нас четыре минуты на все про все! Прибавь, иначе не успеешь к следующей дюне!

Леха тоже глядел на карту. И перешел на шаг

– Эй! Эй!!!

Леха взобрался по склону чуть выше и совсем остановился. До гребня дюны несколько шагов.

– Сразу под гребнем? – сообразил сатир. – Тогда ниже спустись! Ниже! На разгон не хватит!

Леха остался на месте. Только прижался вниз, чтобы рога и лоб не виднелись из-за гребня. От песка несло ржавчиной и мокрым железом.

– Ты чего делаешь, гад?! А ну ниже, я сказал!

– Уйди, – прошипел Леха сквозь зубы. Только сейчас его и не хватало, с его советами!

Гул машины все ближе. Накатил с новой силой, и Леха чуть приподнялся, готовясь к броску.

Тарана не выйдет… но ничего.

Ничего!

Уже привыкли, что вас поджидают на заднем склоне дюны? Атакуют, едва перевалите через гребень?